Не грусти
Шрифт:
– Не-а, – виновато мотает головой подруга. Ну да, она ж все утро в интернете просидела, выискивая рецепты кулинарных шедевров для Ивана.
– Так о чем писать будем? – пытаюсь овладеть ролью строгой начальницы я. Хотя, по хорошему, вспомнить о руководстве нашим отделом из двух человек мне надо было еще в конце минувшей недели, чтобы сейчас не горели сроки.
– Не знаю… Письма все такие скучные. Тем более, лето. Все более-менее нормальные в этот время года письма в редакцию не пишут – они отдыхают и резвятся.
– Так,
– Супер! Давай!
Вообще-то, мы и раньше самые интересные вопросы и письма сочиняли сами. Иначе у читателей нашего и без того не слишком интересного еженедельника от скуки бы сводило скулы. В основном мы получали письма с жалобами на начальников, чтобы наша газета выяснила, когда же на предприятии автора письма выплатят зарплату сотрудникам. Про снежные завалы и ремонт канализации я уже упоминала. Еще пишут граждане о плохих дорогах и прочих неотъемлемых от отечественной действительности явлениях. Вот почему никому не приходит в голову спросить у уважаемой редакции, например, когда изобретут наконец эффективные таблетки для похудения? Или есть ли шансы у телескопа Хаббл сфотографировать инопланетян? Или нормально ли радоваться расставанию с мужем, если ты застукала его в постели с дылдой-брюнеткой?
Не бывает, короче, интересных вопросов. Но сейчас нужен был не просто вопрос, а целая тема «из письма». На три страницы же про телескоп отвечать не будешь. А если начать, то «Мой город» из не слишком интересного вообще превратится в скучный и унылый.
– Нужно что-то задорное, – словно прочитав мои мысли, сказала Света.
– Давай отвлечемся, пока кофе пьем, – предложила я. – Играем? Третий – твой, четвертый – мой!
Мы часто так веселились: смотрели на прохожих, отсчитывая мужчин, словно играли в святочное гадание. Третий прохожий мужского пола считался суженым Светки (неважно, что у нее Ваня есть), а четвертый, соответственно, – моим (я уже как раз, можно сказать, снова в поиске).
Третьим оказался потасканный мужичок под пятьдесят, в мятом пиджачке. Он с удивлением заметил, что мы, не скрываясь, на него пялимся. Я подняла чашку с капучино, приветствуя его, и подмигнула. Он улыбнулся, расправил плечи и гордо прошествовал дальше. Наверняка, счел себя неотразимым Аполлоном, и сейчас наверняка начнет клеиться к коллеге по работе. Ну что ж, удачи тебе, казанова!
Но нам нужно было срочно спасать ситуацию. То есть, писать статью.
– Свет, а давай вроде как создадим партию любителей мужчин.
– Давай, – легко согласилась подруга. А потом спохватилась: – То есть как это? Какую партию?
– Помнишь, на заре дикой демократии в нашей стране как-то была партия любителей пива? А потом партия любителей женщин. Давай напишем письмо в редакцию от каких-то тетенек, которые решили создать партию любителей мужчин. ПЛМ.
– Класс. Мне нравится, – одобрительно сказала Света. – И звучит хорошо. Почти как ПМС.
Потом она на минуту задумалась и спросила:
– Так ты действительно хочешь такую партию создать?
– Нет, конечно.
Вот так и рождаются фейки в прессе!
Мы придумали основные пункты устава и начали сочинять тезисы материалов съезда.
Внезапно Светка отвлеклась:
– Смотри: вон, наконец, и четвертый.
– Кто четвертый? – не поняла я. Потому что тезисов мы успели сочинить только два. Трудная, надо признать, работа!
– Так мужчина четвертый. Который твой. И почему-то на тебя смотрит. Тинка, да он сама судьба! Интересный какой! – умилилась подруга.
Я подняла глаза и неожиданно встретилась взглядом с Димой – моим пляжным спасителем. От удивления даже рот раскрыла. Откуда он тут взялся?!
Герой стоял на аллейке, идущей вдоль кафе, смотрел на меня и улыбался. Но потом, видно, успел прочитать всю игру чувств на моем лице и улыбаться перестал – наверное, решил, что ошибся, и я – это не я. Ну да, я почти голая (купальник не считается), мокрая и утопшая несколько отличаюсь от меня в цветочном костюме, с прической и макияжем.
Я помахала ему рукой, показывая, что все-таки нет, не ошибся.
Он подумал мгновение и свернул с аллейки ко входу в «Лакомку».
– Здравствуй, Тина, – радостно произнес он, подойдя к нашему столику.
– Привет, – ответила я. – Куда направляешься?
Светка воззрилась на нас с недоумением.
– Это Дмитрий, – представила парня подруге. – Он меня спас.
– От чего? – удивилась Светлана.
– От воды, – серьезно разъяснила я. – Ну, помнишь, я тебе рассказывала, что чуть не утонула недавно.
– Направляюсь на собеседование, – сообщил Дмитрий. – Можно присесть с вами?
– Давай, – почему-то обрадовалась я. Можно подумать, мне чего-то такого от него хотелось!
Дима сел с нами за столик, заказал стакан сока подошедшему официанту, и уточнил:
– «Интерьер плюс» закрылся, так что ищу новую работу. В «Моем городе» появилась вакансия арт-директора. Это, правда, газета, но в глянце сейчас с вакансиями вообще туго.
– Этого можно было ожидать. В смысле, закрытия «Интерьера». В кризис мало кто интерьерами интересуется, – заявила вдруг Светка.
– Не скажите, – вступился за честь почившего издания его бывший дизайнер. – Прекрасное – оно всегда прекрасно. Даже в кризис.
– Ну, не знаю, что прекрасного ты сможешь создать в нашем еженедельнике, – фыркнула я.
– В вашем? – недоуменно спросил Дмитрий.
– Ну да, я же там работаю. Со Светой вместе. Кстати, это Света, – запоздало сообщила я. – А еженедельник так себе. Главный редактор не слишком профессиональный, и еще меньше творческий. Так что арт-директору придется несладко. Кстати, у нас его и не было никогда! – вдруг вспомнила я важный факт.