Не грусти
Шрифт:
Необычайно изумленный Сергей Филиппович все же попытался овладеть собой и произнес:
– Максим, здравствуйте… Э… Вижу, вы попали в стесненные обстоятельства? – пытался демонстрировать хорошие манеры сосед и при этом не пялиться на тощий зад Максовой лахудры.
– Ладно, согласен! – проорал Максик мне в щель, игнорируя соседа. – Одежду выноси!
– Так не пойдет! – Закричала я в ответ. – Сергей Филиппович, мне Максик квартиру хочет подарить, а можете прямо сейчас бумаги оформить?
Тут
– Валентина, я подтверждаю, как адвокат, что квартира ваша… Мы все сейчас оформим… Вы только одежду верните… Будьте выше этого…
Ха. Еще чего.
– Счас принесу, – соврала я на голубом глазу, а сама рванула в кабинет – за документами на квартиру. И ручкой. И листком бумаги. Вернувшись на боевую позицию, приоткрыла дверь (предварительно набросив цепочку) и помахала на всякий случай рогом. Чтобы враг не забыл, что у меня есть оружие.
Максик содрогнулся.
– Ну, где одежда? – злобно спросил он. Ага, уже пришел в себя, мерзавец!
– Не торопись. Вот тебе ручка и бумага, – сунула я в дверной проем письменные принадлежности. – Расписку пиши.
– Какую расписку?! – завопил муж.
– Так насчет квартирки, – сладко проворковала я.
– Пишите, Максим, ведь пообещали, – подтвердил Сергей Филиппович. Странно, что он все еще находился тут. Видно, так и не смог оторвать взгляд от Максовой любовницы.
Муженьку хватило ума не спорить с адвокатом. Он быстренько соорудил расписку под диктовку соседа и швырнул мне в квартиру.
– Все правильно? – обратилась я к Сергею Филипповичу.
– Правильно, – подтвердил он немного испуганно.
На меня внезапно накатилась смертельная усталость, я решила больше не гневить карму, и сообщила сладкой парочке:
– Так, у вас две минуты, чтобы добежать вниз. Лифт, кстати, не работает. А вот ровно через две минуты я сброшу ваши шмотки с балкона. И все твое имущество, Максик, сброшу тоже. И чтобы твоей ноги в моей квартире больше не было. Вы же оформите окончательно все документы завтра, Сергей Филиппыч?
Адвокат интенсивно закивал, и Максик с лахудрой помчались вниз, распугивая по дороге всех наших соседей по подъезду, которых угораздило в это время проходить мимо.
Но настоящее представление началось, когда я приступила к художественному разбрасыванию одежды мадам и Максового имущества. Они ловили свои шмотки под взглядами и шуточками зевак, которых собиралось все больше и больше. В конце концов, мне стало их даже жалко, особенно мадам: а вдруг он ей и правда жениться обещал? Да еще вдруг женится? Ох и натерпится
– Все, спектакль окончен, зрители могут расходиться, остальные вещи я упакую и тебе как-то передам.
А напоследок не удержалась и добавила:
– Желаю счастья в личной жизни!
Потом пошла в душ и яростно и долго мылась, смывая с себя годы жизни с нелюбимым Максом, унижение, злость и отчаяние. Я смотрела, как теплые струи воды стекают по моему телу, пока уже не перестала различать где вода, а где слезы. Такие странные выдались выходные, изменившие жизнь. Может, лучше было вчера утонуть?
Глава 5
Как бы мне хотелось иметь легкий характер! Не расстраиваться из-за мелких неприятностей, с легкостью прощать обиды и не замечать чужих ошибок.
Я не такая. Характер у меня тяжелый – по крайней мере, так считают некоторые окружающие. Мои мама и бывшие мужья – в их числе. Это значит, что я не соглашаюсь с их правилами жизни, а живу исключительно по своим. Если же кого-то они не устраивают – это их проблемы. «Сложная девушка», – вздыхала бабушка всякий раз, когда я доказывала ей, что религия есть опиум для народа, а религия и вера – разные вещи. И вообще, что бог – почти как кот Шредингера: никто не доказал доподлинно, что его нет. И в то же время нет бесспорных аргументов за то, что он есть. И верить в дедушку с седой бородой – наивно, а не верить в высший разум – глупо.
Очевидно, что я – сложная личность, склонная к рефлексии. Иначе зачем сейчас, вместо того, чтобы радоваться открывшимся перспективам свободной жизни в обожаемой квартире, я тоскливо смотрю в окно, все еще лежа в постели? Хотя уже почти восемь, и я катастрофически опаздываю на работу. Где, кстати, сегодня намечена планерка, и уже через полтора часа нужно быть кровь из носу в офисе. А за окном (некстати думаю я) – прекрасное летнее утро, достойное того, чтобы выйти к нему во всей красе.
Рывком поднимаюсь с кровати, делаю несколько махов руками и пару наклонов (это моя обычная квази-зарядка) и бегу в душ. Завтрак игнорирую – после совещания можно будет выбежать в соседнее кафе и перекусить. Но вот одеться надо по первому разряду. Потому что после личной драмы лучшее спасение – идеальный внешний вид. А что у меня вчера случилось? Именно личная драма, драматичнее не бывает! Хотя, как ни странно, переживала я не сильно. Ведь, возможно, случившееся было лучшим выходом для меня. Жаль, что самооценка все-таки пострадала: как подлый Максик мог предпочесть мне какую-то тощую девицу?!
И я надеваю любимый костюм в цветах. Купленный пять килограммов назад. Вы понимаете, как он сидит на мне теперь? Одно неверное движение – и брючки разлетятся во все стороны красочным фейерверком из коттоновых цветов. С веселым треском. Зато в этом костюме у меня осанка – ух! И живот совершенно плоский. Потому что втянуто все – дальше некуда. И мысли о еде кажутся святотатством.
Легкий макияж, расческа, помада – и отражение в зеркале мне понравилось.