Не горюй!
Шрифт:
один черный бюстгальтер чудесного фасона;
одно платье;
одна пара туфель.
Украшения:
помада ярко-красного шлюшечного цвета;
несколько слоев черной туши.
Инструкция:
отложите пока в сторону чулки, трусы и бюстгальтер. Они понадобятся позже.
Начните с женщины.
Проверьте ее глаза и кожу, чтобы убедиться, что не истек еще срок годности.
Добавьте вину, предвкушение, беспокойство, возбуждение, отчаяние и панику.
Тщательно перемешайте.
Оставьте
В ванной комнате средних размеров подготовьте женщину для бритья ног, окраски волос и покрытия лаком ногтей на ногах.
Перед началом обработайте тело дорогим лосьоном, время от времени переворачивая.
Добавьте чулки, забавные черные трусики и бюстгальтер чудесного фасона. Попрактикуйтесь перед зеркалом, принимая соблазнительные позы, позволяя волосам упасть на глаза, и поучитесь смотреть из-под ресниц.
Проверьте, что она все еще может ахать и выгибать спину и говорить нечто вроде: «Ох, милый, это было чудесно» или «О господи, только не останавливайся», при этом не меняя выражения лица.
Договоритесь с сестрой — лучше с Анной, — чтобы она присмотрела за вышеупомянутым ребенком.
Добавьте щедрую порцию ярко-красной помады, несколько слоев черной туши, короткое, на пуговицах, алое платье (красное — ведь цвет страсти?) и черные туфли с застежками вокруг щиколоток.
По желанию: презервативы в сумке не помешают.
Если нет возможности их приобрести — к примеру, не сезон, — придется воспользоваться самоограничением. Не идеальный способ, но иногда помогает.
Подавать в кровать с привлекательным мужчиной.
Я следовала этим инструкциям неукоснительно. Мне даже повезло, и я достала презервативы. Мне дала их Лаура. Что за женщина!
Я чувствовала себя превосходно.
Примерно в половине восьмого в воскресенье я была полностью готова.
Поцеловала на прощание Кейт.
Я уже пробиралась к двери, застегнув пальто практически до бровей, чтобы не увидела мама и не решила, что я похожа на потаскушку, когда зазвонил телефон.
— Клэр, это тебя! — крикнула Хелен.
О господи!
Но это была Лаура. Она звонила, чтобы пожелать мне удачи и поинтересоваться, научилась ли я надевать презерватив зубами, как она советовала.
— Нет! — крикнула я.
Мне до смерти хотелось поскорее закончить разговор и улепетнуть из дома, поскольку я боялась, что меня поймают.
— Почему? — удивилась она. — Ты же не можешь ждать, что он будет счастлив, если ты не предложишь что-нибудь новенького. Ты должна быть изобретательной.
— Но ты дала мне всею две штуки! — взволновалась я. — Я не хочу их испортить. И вообще, на ком мне прикажешь тренироваться?
— Ладно, будем надеяться, что ты не опозоришься в первый раз. Иначе тебе второй презерватив и не понадобится, —
— Прекрати, Лаура, я и так нервничаю.
— Прекрасно! — засмеялась она. — Всегда лучше получается, когда нервничаешь.
Я пообещала позвонить ей на следующий день и поведать все пикантные подробности.
— Ну а если я вернусь рано, то позвоню сегодня и все расскажу, — добавила я.
— Если ты вернешься рано, рассказывать будет нечего, — заметила Лаура.
Она была, как всегда, права.
— Слушай, я побежала, — раздраженно сказала я и повесила трубку, хотя Лаура еще что-то говорила о каком-то сложном сексе, который она наблюдала в Бангкоке. Но для этого требовалась более смелая женщина, не мне чета.
Понимаете, я в курсе дела, как заниматься сексом. Я ведь уже успела родить ребенка. Как бы иначе это случилось? Но что касается постельной акробатики, то тут я должна повиниться. Я предпочитаю обычную позицию.
Ну вот, я все сказала.
Мне так часто бывало за это стыдно!
Я не говорю, что не знаю других позиций. И в принципе я не возражаю против них…
Впрочем, сейчас не время обсуждать любимые позиции в сексе. Я только быстренько доложу вам, что ненавижу каннилингус. Видит бог, я предпочту что угодно пяти минутам этой гадости. Ведь после пяти минут чавканья они ведут себя так, будто ты должна им быть по гроб благодарна. Сияют так, что можно подумать, они медаль заслужили. И считают, что после такого «подвига» могут рассчитывать как минимум на год безропотного минета.
Разумеется, некоторым очень нравится, но… Уж извините.
Я наконец вышла из дому и поехала к Адаму.
22
Я оставила машину прямо у дома и направилась к двери, испытывая одновременно страх и возбуждение.
Адам открыл дверь сразу же. Я даже могла бы предположить, что он прятался в холле и из-за шторы следил за улицей в ожидании моего появления.
Кто знает, может, и так. Выглядел он, во всяком случае, таким же возбужденным, как я.
И явно волновался.
Передумал?
Струсил?
— Привет, — улыбнулся он. — Ты прелестно выглядишь.
— Привет, — ответила я и тоже улыбнулась, хотя и очень нервничала.
«Мне когда-нибудь нравился кто-нибудь так сильно, как Адам?» — спросила я себя и вздохнула.
Наверное. Надо быть реалисткой. Но в данный конкретный момент мне казалось, что раньше мне не нравился вообще никто.
Интересно, скоро мы окажемся в постели?
А вдруг я потерплю там полное фиаско?
Я могу показаться ему безобразной, особенно если вспомнить недавние роды. Или он мне покажется безобразным, потому что совсем не похож на Джеймса?