Не дрогни
Шрифт:
За отелем она поворачивает направо, просто потому что швейцар смотрит влево. Она не знает, куда идти и где ждать звонка от Энди Фэллоуза. Через квартал спрашивает прохожего, есть ли где-нибудь место, где девушка могла бы отдохнуть, может, даже перекусить.
– Как насчёт Дингли-парка? – говорит он и показывает в сторону, куда идёт она. – Шесть-восемь кварталов, много скамеек, много тени, и фудтраки будут работать.
– Разве не там будет завтра благотворительный матч?
– Да, но это совсем на другой стороне парка.
– Спасибо, сэр.
– Всегда рад помочь
Он уходит, а Крисси, польщенная, идёт дальше.
Кейт проводит пресс-конференцию с четырёх до пяти в зале отеля «Лэйк Рум». Она выглядит свежей и цветущей после упражнений и быстрого душа после бассейна.
Холли стоит в глубине зала, незаметная, хотя это её родной город, и она сама неоднократно попадала в заголовки местных новостей. Невысокая, с сединой, лицо непримечательное, но аккуратное, она обладает талантом казаться чуть недалёкой. Рука её находится в сумочке, касаясь, но не сжимая баллончик с перцовым спреем. Она узнаёт большинство местных журналистов, а также национальных теледив – Клариссу Уорд, Лорен Симонетти и Тревора Олта. Корри получила то, чего хотела: после того, как тур Кейт запретили в Толидо, он превратился в крестовый поход. У всех репортёров есть фотография Кристофера Стюарта из Айова-Сити; Джером передал пачку Холли перед тем, как отправиться говорить с Томом Аттой в Дингли-парк. Она попросила начальника охраны отеля раздавать их. Бакайский Брэндон, местный подкастер и знаменитость, сидит в первом ряду в старомодной шляпе репортёра и с катушечным магнитофоном на кожаном ремне через плечо. Он наклоняет микрофон (современный, без сомнения) к себе, чтобы задать первый вопрос.
– Мисс Маккей, в этом городе на свободе псих – так называемый убийца «заместителей» присяжных, а теперь и опасный сталкер охотится на вас. И тем не менее городская полиция проводит завтра ежегодную игру по софтболу «Пистолеты и Шланги».
Кейт отвечает:
– У вас вопрос, сэр, или вы просто хотите просветить нас?
Журналисты посмеиваются, но Бакайский Брэндон не сдаётся.
– Я просто даю фон, ведь вы – чужая в нашем городе. Вопрос в том, как вы оправдываете риск не только для себя, но и для вашей аудитории?
Для Кейт это лёгкая мишень.
– С момента решения по делу «Доббс против Джексон» в июне 2022 года по всей стране закрылись более сотни женских клиник. Эти организации…
Брэндон перебивает с улыбкой:
– У вас есть ответ, мадам, или вы просто хотите поумничать?
Это вызывает ещё больше смеха, и впервые Кейт кажется немного растерянной.
– Закрывшиеся центры предоставляли много услуг помимо абортов – мазки Папаниколау, контрацепцию, маммограммы, службы по усыновлению. Как вы это оправдаете?
Бакайский Брэндон не колеблется:
– Вы так и не ответили на мой вопрос.
Холли ожидает, что Кейт станет спорить – она любит оставлять за собой последнее слово – и с облегчением замечает, что на этот раз Кейт отступает, лишь заявляя, что меры безопасности в Минго будут достаточными,
Пресс-конференция переходит к другим темам, лишь к концу снова возвращаясь к Кристоферу Стюарту. Репортёр из Associated Press спрашивает Кейт, связан ли Стюарт с какой-либо террористической организацией, например, с ИГИЛ или Армией Божьей.
– Насколько нам известно сейчас, он связан только с церковью в Висконсине под названием Церковь Истинного Святого Христа. С вопросами о террористических связях вам лучше обратиться к ним.
Холли думает, и не без удовольствия, что сегодня вечером и завтра диакон Фэллоуз получит множество вопросов и комментариев.
Последний вопрос задаёт Питер Апфилд из «Вестерн Кларион». Он говорит раздражённым, обвиняющим тоном:
– Как вы ответите, мисс Маккей, если завтра этот человек Стюарт совершит нападение и будут жертвы?
Кейт едва заметно улыбается:
– Это всё равно что спросить мужчину, бьёт ли он до сих пор свою жену, не так ли? Как бы ни отвечали на такой вопрос, он всё равно придаёт обвинению вес. Я ожидала подобного от человека, который работает на такую газетёнку, как «Кларион». Спасибо, дамы и господа.
Кейт идёт по центральному проходу и, когда подходит к Холли, среди некоторых местных журналистов слышится шёпот – они наконец узнают её.
Бакайский Брэндон выкрикивает:
– Как давно вы работаете на Кейт, Холли?
Холли не отвечает и не расслабляется, пока Кейт не возвращается благополучно в свой номер.
Корри в своей комнате звонит на местные радиостанции, опровергая слухи, что Сестра Бесси завтра вечером представит Кейт. Она говорит, что Сестра будет занята – будет петь Национальный гимн на благотворительной игре по софтболу в двенадцати кварталах отсюда. По всем дальнейшим вопросам – к пресс-секретарю Сестры Бесси, но Корри не знает, кто это.
Кейт, временно без дел, предлагает Холли поужинать с ней в номере. Холли соглашается, и они садятся на диван, просматривая меню. Цены пугают, но Кейт говорит Холли:
– Заказывай всё, что хочешь. Я позволяю людям заказывать всё, что они хотят, только если они спасают меня от того, чтобы мне вмазали по голове.
Пока ждут еду, звонит Иззи. Холли извиняется и уходит в свою комнату. Иззи начинает с поздравлений за то, что Холли вычислила нестабильного молодого человека, который преследует тур Кейт Маккей.
– Когда всё только началось, я сказала Лью Уорику, что если ему нужен крутой детектив, ему стоит позвонить тебе.
– Иззи, это не совсем…
– Я оказалась более права, чем думала. Ты потрясающая, Холли.
Как обычно при комплиментах, Холли хочет сменить тему. На фоне слышатся крики мужчин и звон металлических бит по мячам.
– Ты же в Дингли-парке, да?
– Да, практически весь день тут.
– На пресс-конференции Кейт Бакайский Брэндон спросил, почему полиция проводит игру, если убийца «заместителей» присяжных всё ещё на свободе.