Не бойся
Шрифт:
«С углем и дровами придется подождать, зато увижусь со своим Алешей. Нужно в выходной съездить на вещевой рынок, купить шерсть, связать сыну теплые носки и варежки», — одолевали ее радостные и одновременно грустные думы.
Второй конверт содержал официальное разрешение на длительное, внеочередное свидание шестого, седьмого и восьмого ноября за ударный труд и хорошее поведение. Внизу стояла подпись самого начальника колонии подполковника Сазонова.
Она просидела несколько минут с задумчивым видом, затем встряхнула головой и отправилась
Уже после работы, забрав из яслей и садика детей, накормив их, Ирина Анатольевна отправилась с ними к Мухиным.
Ольга Никитична обрадовалась приходу гостей.
Казакова огляделась по сторонам.
— Что-то я твоих не вижу.
— Муж, как всегда, на дежурстве, а дочка в магазин за хлебом побежала, вот-вот должна вернуться.
— Я, собственно, на минутку забежала, по делу, к твоей дочери, — осторожно перешла гостья к причине визита.
— Что ты вечно торопишься, Любушку с рук не спускаешь? Положи девочку на диван, отдохни, все равно она спит. Придет Света, тогда все обговорим.
— Ой, здравствуйте, Ирина Анатольевна, — заполнил комнату девичий голос.
— Здравствуй, Светочка, — обрадовалась Ирина, укладывая грудного ребенка.
— Редко стали к нам заходить, — с легким укором сказала младшая Мухина. — Как Алеша, что пишет? Про меня совсем, наверное, забыл, ни единой весточки, — надула она губки.
— Ты на него не обижайся, не разрешено писать лишних писем, — пояснила Алешина мать. — Но в письмах ко мне только про тебя и спрашивает.
— Я уж думала — забыл. — Света удобно расположилась на стуле рядом с гостьей. — Рассказывайте, Ирина Анатольевна, рассказывайте, мне не терпится про него услышать, — заерзала она на стуле.
— Дело в том, что ему разрешили свидание с родственниками, — начала Казакова. — И он просит, чтобы ты, Светочка, приехала к нему вместе со мной. — Она перевела взгляд на мать. — Вот и все мое дело, Ольга Никитична, решайте.
— Я поеду, поеду! — вскочила, как ужаленная, Света.
— Кто ж тебя туда пустит? — охладила ее пыл хозяйка.
— Алеша пишет, что договорился с отрядным, нужно только отметить в формуляре, что она двоюродная сестра. — Ирина Анатольевна посмотрела на мать девушки умоляющим взглядом. — Не откажите моему мальчику, он и так ничего хорошего не видит, несладко ему приходится, не на курорте. Не откажите, Ольга Никитична, вечно благодарить стану.
— Совсем рехнулась, подруга, — остановила ее хозяйка. — На «вы» со мной разговариваешь, нечто я враг нашим детям? Пусть едет к своему Алеше, все уши про него прожужжала.
Света подскочила и расцеловала мать.
— Спасибо!
— Сумасшедшая, — отмахнулась та от дочери.
Ирина Анатольевна смахнула слезу.
— В должниках у тебя ходить буду.
— Прекратите немедленно. Обе. — Ольга Никитична протерла увлажнившиеся глаза. — Сама разревусь.
За чаем решили, что Сережа поживет у Мухиных, ну, а грудного ребенка придется взять с собой. Покидала
Две недели пролетели, как один день. Но Ирина успела связать теплые носки и варежки, закупить продуктов и собрать кое-какую мелочь. Билеты на поезд купила заблаговременно. И теперь они тряслись в общем вагоне. Света устроилась на краю нижней полки, у самого прохода. Алешиной маме пассажиры уступили место у окна, и она, откинувшись назад и машинально покачивая дочурку, дремала.
На станцию назначения поезд прибыл рано утром. Нагруженные хозяйственными сумками, всевозможными пакетами и свертками, с трехмесячной девочкой, женщина и совсем молоденькая девушка вышли на привокзальную площадь.
— Подержи. — Ирина Анатольевна передала дочку Светлане. — Схожу на вокзал и узнаю расписание автобусов.
Любаша, пока не было матери, проснулась и закричала, привлекая внимание немногочисленных ротозеев. Света сунула соску малышке в ротик, покачивая ее, принялась расхаживать вокруг груды вещей, которые они сложили в кучу. Ребенок притих и засопел.
— Простите, — окликнул Мухину грузный мужчина в форме старшего лейтенанта внутренних войск.
— Вы ко мне обращаетесь? — обернулась изумленная девушка.
— К вам, — подтвердил офицер. — Вы, случаем, не на свидание с Казаковым приехали?
— К нему, — пролепетала несмело Светлана.
— Мне Алексей так подробно описал твою внешность, что я сразу узнал тебя, — перешел Мирошниченко на «ты». — Это, — он кивнул на ребенка, — сестра Казакова, насколько разбираюсь в родстве. А где же его мама?
— Она пошла узнавать расписание автобусов, — ответила Света. — А вы Алешин начальник?
— Отрядный, — уточнил новый знакомый. — Догадливая, — похвалил он. — Вот только маршрутный автобус вам не понадобится, я на машине.
— Похоже, Алеша на хорошем счету, раз его родственников офицер на машине встречает, — сказала Света первое, что пришло в голову, лишь бы не молчать.
— Он у нас передовой, — поддержал Мирошниченко разговор.
— Вот и Ирина Анатольевна, — представила девушка офицеру приближающуюся к ним женщину.
В машине почти не разговаривали, каждый погрузился в свои мысли и не нарушал внутреннего уединения других. Когда уже подъезжали к месту, Светлана с интересом и затаенным страхом рассматривала зону, обнесенную высоким забором с колючей проволокой.
Машина мягко затормозила у ворот, рядом с которыми стояла вышка для наблюдения. Мирошниченко достал вещи из багажника и помог отнести их в комнату для свиданий.
— Устраивайтесь. В конце коридора направо — кухня, налево — туалет.
— А где же Алеша? — всполошилась Ирина Анатольевна, пропуская слова отрядного мимо ушей.
— Он скоро придет, — успокоил ее офицер. — Кстати, вторая комната тоже в вашем распоряжении.
— Благодарим, — почтительно склонила голову Казакова. — Но нам бы и одной хватило.