Не бойся темноты
Шрифт:
— Зачем ты притворялась, будто оно тебе нравиться? — зло спросил он.
Тамара сжалась под его яростным натиском. Ей даже показалось, что она уменьшилась в размерах. Или может это опять он на нее ментально воздействует. То, что Дани не гнушался таких мерзких способов, как внушение она испытала теперь на себе. И сразу же подумала, что Карлайл старший ее предупреждал, просил. А она не послушалась. Вернее не успела даже осознать все и понять, что делать дальше. А Даниэль не медлил.
Она не ответила. Только стояла и смотрела, отчаянным взглядом. Просто потому, что не находила слов.
Молодой
От этой мысли она не прониклась пониманием. Ей не стало его жалко. Девушка только тихо отступила подальше в чисто животном инстинкте защитить себя от этого безумца.
— Я так не хочу, — наконец произнес он.
— А я вообще никак не хочу, — эхом откликнулась Томка, — Отпусти меня.
Даниэль посмотрел ей прямо в глаза. В этих кристально чистых омутах не отражалось, ни единой эмоции. Томка отчаянно пыталась найти в них отклик. Но невозможно найти душу там, где ее нет. А у демонов ее отродясь не имелось. Была только сущность. Дикая, жадная и вечно голодная сущность.
— Я не могу.
Томка почувствовала, что нервы на пределе. Ко всему прочему она снова стала ощущать жар. Видимо, когда Даниэль выпил ее эмоции, то каким-то образом забрал и болезненные симптомы гриппа. И теперь они стали возвращаться с новой силой. Как же жарко.
— Пожалуйста, — жалобно прошептала Тома, — Мне плохо…. Я заболела. Пусти…прошу.
Некоторое время он смотрел не нее все тем же пустым взглядом и наконец отмер. Резко развернулся и стремительно покинул комнату, оставив ничего не понимающую девушку в одиночестве.
Тамара присела на краешек дивана и, обхватив плечи зябко, поежилась. Хотелось закрыть глаза, прилечь и уснуть так, что бы забыть обо всем. Вычеркнуть из памяти события последних часов.
Буквально через пару минут в столовую вихрем ворвалась Дженни. Она встревожено посмотрела на девушку, приложила ладонь ко лбу и досадно поцокала.
— Тома, дорогая. Ты вся горишь! Пойдем в спальню, я укрою тебя пледом и дам жаропонижающего.
— Не надо, — резко ответила девушка, — Я хочу домой. Где мои вещи?
— Ты про рюкзак? — немного ошарашенная враждебностью девушки вспросила Дженни.
— Я надеюсь, этот двуличный псих не бросил его колледже?
Дженни ошарашено выпучила глаза. Вот и тебе скромница и тихоня.
— Томочка зачем ты так о нем? Дани очень хороший мальчик.
Томке было в тот момент глубоко наплевать, что ее поведение может показаться бестактным и даже оскорбительным. Достали. Как же ее достали эти нелюди.
— Дженни вы, конечно, извините за грубость, но я хочу как можно быстрее покинуть ваш дом. Вы же станете мне препятствовать?
Если женщину можно было шокировать еще больше, то Томке это однозначно удалось.
— Я? Препятствовать? — переспросила Дженни, — Конечно не буду. Я только не…
— Отлично! — перебила ее Томка на полуслове, — Тогда верните мне рюкзак и я пойду.
Несмотря на острое желание
Хотя кого она обманывала. Он найдет ее везде, если захочет. А то, что снова захочет девушка не сомневалась.
Глава 8
Лилиан Мур по давней привычке любила засиживаться на работе до позднего вечера. Именно по ночам на нее частенько находило вдохновение, которое нужно было куда-то выплеснуть. До зуда кончиков пальцев, до зубной боли. И поскольку Лили была натурой не творческой, то все вдохновение направлялось на повышение раскрываемости в ее отделе. И сегодня, похоже, была такая ночь.
Ведьма по обыкновению сидела за своим черным лакированным столом и тщательно помешивала чай в чашечке, серебряной ложечкой. По часовой стрелке десять раз, против часовой стрелки семь раз. Она изящным движением руки аккуратно положила ложку на блюдце и как подобает истинной леди, поднесла фарфоровую чашечку к губам и осторожно отпила, делая маленький глоточек. Впрочем, леди Лили не была. И посмей бы ее кто так обозвать, ведьма не моргнув и глазом, заговорила ему язык на пустословство. Аристократию Лили ненавидела всеми фибрами своей ведьминской души. Собственно было за что. Исключением был Карлайл, с которым она дружила не одну сотню лет.
Ведьма откинулась на спинку своего роскошного кресла и положила босые ступни на стол, метнув в сторону ботильонов убийственный взгляд. Эти сволочи натерли мозоли! Лакированные неумехи поспешили спрятаться в коморке, что служила для ведьмы архивом. От греха подальше.
Лилиан презрительно фыркнула и принялась за чай, время от времени бросая на боковую стену кабинета задумчивый взгляд. И чем меньше становилось в чашечке чая, тем сильнее начинали мерцать глаза ведьмы. Наконец она опустела, и тонкие пальцы с длинными черными ногтями медленно поставили хрупкую посудину на стол, а сама ведьма, ощутив, как быстрее начинает бежать кровь по жилам, легко соскочила с кресла. Лили подошла к стене, где были расклеены фотографии и, склонив голову на бок, не моргая странными сияющими глазами, стала рассматривать их.
— Так, так, та-а-ак…, - хрипло протянула она, постукивая ногтями по подбородку.
Первая фотография была сделана более года назад. Натали Ройс незадолго до смерти. Высокая светловолосая девушка с задумчивыми карими глазами. В круглых несуразных очках. Фото было сделано для очередной олимпиады в колледже. Поэтому Натали с умным видом прижимала к груди учебники по высшей математике. Следующее изображение уже принадлежало ее телу, которое нашла в лесу на одном из популярных туристических маршрутов группа подростков. Растерзано до неузнаваемости. Следственный отдел долго не мог определиться с именем трупа, пока друзья Натали не заявили о пропаже. Это несомненно была она.