Наживка
Шрифт:
– Очень удачный образ, Джино.
– Спасибо. Фактически мне даже нравятся такие извилины. Меня просто бесит, что министерство транспорта прокладывает абсолютно прямые дороги, как будто ни в одной машине руля не имеется. Чертовы штаты становятся одной безобразной решеткой. Эй, что это там такое?
Магоцци увидел первые вспыхнувшие за поворотом огни и начал притормаживать. Чем ближе они подъезжали, тем больше видели автомобилей с мигалками. Четыре местные полицейские патрульные машины, «скорая помощь», служба спасения, пожарные и, что хуже всего, пара телевизионных фургонов со
Он остановился нос к носу с машиной местной полиции, перегородившей дорогу.
– Спорим, что тут и стоит дом Джека Гилберта.
– Черт побери, – тихо пробормотал Джино. – Надо было его посадить вчера вечером. Прокляну себя, если сукин сын мертв.
К правой дверце подошел высокий светловолосый загорелый патрульный, похожий на фотомодель из модного журнала. Магоцци предъявил значок.
– Отдел убийств, полиция Миннеаполиса. Детективы Магоцци и Ролсет. Это дом Джека Гилберта?
– Да, сэр. Только у нас тут не убийство.
Магоцци с Джино облегченно вздохнули.
– Рады слышать, офицер. А что же случилось? Мы хотели задать Джеку Гилберту пару вопросов по делу, которое сейчас расследуем. Он жив-здоров?
Полицейский оглянулся на сгрудившиеся машины.
– Я бы не сказал. С виду как бы ничего не заметно. С ним сейчас врачи скорой, похоже, он в сильном шоке. Говорит, кто-то пытался его убить.
Едва они успели выйти из машины, подскочил шеф полиции Вейзаты и представился. Выглядел он еще лучше патрульного, если такое возможно, и был лишь чуть-чуть его старше. Магоцци пришел к выводу, что селиться в Вейзате позволено только красавцам.
– Очень приятно познакомиться, детективы. – Шеф Бойд сверкнул жемчужными зубами. – Прошлой осенью вы потрясающе справились с делом «Манкиренч». А сейчас занимаетесь убийствами в Верхнем городе, да? Я читал, что один из убитых отец Гилберта.
– Правильно, – подтвердил Джино. – Мы как раз ехали поговорить с Джеком Гилбертом, кое-что прояснить и наткнулись на ваш парад. Немалые силы собрали, шеф. Что стряслось?
– Вчера вечером или сегодня утром?
Джино вздернул брови:
– Вчера вечером?..
– Тогда и началось. Часов в одиннадцать Гилберт в панике позвонил в службу 911. Ему показалось, что кто-то проник на участок, мы выслали пару машин для проверки. Они довольно быстро доехали, никого не нашли и, по правде сказать, заподозрили ложный вызов. Мистер Гилберт был… – Он дипломатично умолк.
– …в доску пьян? – предположил Джино, и шеф Бойд улыбнулся, почти виновато.
– Ну, только вернулся с похорон отца, – пояснил он, отчего Джино себя почувствовал безжалостным сукиным сыном. – По-моему, в последнее время у него серьезные неприятности. У нас с ним возникали проблемы, несколько раз останавливали на дороге, присматривали, чтобы в целости и сохранности добрался до дома.
Джино взглянул на Магоцци:
– Хотел бы я жить в таком доме.
– А утром, – продолжал шеф, – к нам почти со всей округи начали поступать сообщения о стрельбе в доме Гилбертов. Когда мы приехали, Джек был на грани истерики, размахивал пистолетом, весь двор и машина жены изрешечены.
– Господи
– Ну, мы не совсем уверены. Правда, полный разгром, кругом куча пуль, но исключительно девятого калибра. Гильзы тоже. Кое-что вытащили из обшивки гаража и из стволов деревьев.
– Что вы хотите сказать? – спросил Магоцци, и шеф смущенно дернул плечом.
– Мистер Гилберт держал в руке еще теплый «смит-и-вессон» девятого калибра и прямо признался, что полностью расстрелял обойму в предполагаемого убийцу. Мы, разумеется, все отправляем в лабораторию, просто на случай, если стреляли двое из разных пистолетов девятого калибра.
Магоцци задумчиво посмотрел на него:
– Не верите в другого стрелка?
Шеф Бойд уставился в сверкающий асфальт под своими сверкающими ботинками и вздохнул:
– Знаете, Джек Гилберт десять лет здесь живет, с тех самых пор, как я стал шефом полиции, и всегда вел себя несколько… странно. Хотя в принципе чертовски славный малый. Приблизительно год назад стал с катушек съезжать. Сильно пьет, соседи часто жалуются, и, как я уже говорил, нам не раз приходилось его на дороге отлавливать. Еду однажды обедать в центр города, смотрю, мистер Гилберт шагает по тротуару мимо магазинов в купальном халате, ни много ни мало. Я в рекордное время впихнул его к себе в машину, спрашиваю, какого черта он расхаживает по улице в таком виде, а он посмотрел на себя и сказал: «Будь я проклят». Богом клянусь, не знал даже, что на нем надето. Можно было взять его прямо на месте, отправить на психиатрическую экспертизу по судебному постановлению, подвергнуть принудительному лечению…
– Может, полезно было бы, – заметил Джино.
Шеф Бойд тихо хмыкнул:
– К сожалению, местные жители не считают аресты полезными, независимо от благих намерений полиции. Признаюсь, наша работа зависит от политики гораздо сильней, чем хотелось бы.
Магоцци понимающе кивнул:
– Мы в городе часто сталкиваемся с той же самой проблемой. Когда патрульный просит адвоката дыхнуть в трубочку и видит на анализаторе показатель выше всякого допустимого, он сначала непременно подумает, не повлияет ли задержание на его следующее выступление в суде со свидетельскими показаниями. Печально, но факт.
Шеф отвернулся в сторону тошнотворно ухоженных деревьев.
– Мой парень сказал, вы желаете расспросить Гилберта. Он сам не свой. Надеюсь, вы его не подозреваете в убийствах в Верхнем городе?
– Он вам нравится, да? – улыбнулся Магоцци.
– Пожалуй. Человек, по-моему, хороший, только с пути где-то сбился.
– Ну, в данный момент мы его не подозреваем, но думаем, он скрывает какую-то информацию, которая нам могла бы помочь. Хотим просто поговорить.
Они нашли Джека Гилберта, обмякшего в кузове «скорой», в шортах и рубашке поло. Голые ноги свешиваются с топчана. Выглядит так, как и должен выглядеть горький пьяница, выходящий из длительного запоя. Мутные припухшие глаза, отечное лицо, раскисшие губы. На лбу повязка, к щеке приложен холодный компресс. Он поднял глаза на подошедших детективов, приветственно взмахнул бутылкой с водой.