Найти и сохранить
Шрифт:
Теперь уже губы его ласкали мягкую кожу ушей и мочек. Он целовал их до тех пор, пока она не напряглась от желания.
– Знаешь, чего бы я хотел? – тихо шепнул он.
– Чего? – переводя дыхание, спросила она.
– Чтобы ты разделась, – за страстностью его голоса она услышала нотки любопытства.
Идея ей понравилась, и, встав с постели, она, забыв о застенчивости, начала раздеваться.
Виктор наблюдал за ней с кровати. Она стянула через голову свитер, и это движение показалось ему невероятно сексуальным. Затем она сняла джинсы. Он потянул ее к себе. Это еще не все, но
Устроившись рядом с ним, она ждала поцелуев, которые должны были последовать. Но он подарил ей только дразнящий поцелуй и потянулся рукой, чтобы расстегнуть ее лифчик. Сдвинув его, он опустил лицо и губами захватил сосок. Волна удовольствия прокатилась по ее спине и груди, пока не охватила все тело. Она уже была готова.
И потом Маделин уже не помнила, как он снял с нее нижнюю часть ее туалета.
Но она отдавала себе полный отчет о наступлении момента неистового желания слиться с ним воедино. И он накрыл ее тело, и они стали единым целым. Его рот стал требовательнее, и тело начало двигаться с удвоенной силой. Ее собственное тело как бы перестало существовать и на гребне его страсти понеслось по волнам.
Сначала она была потрясена глубиной его желания, но это быстро уступило место каскаду чувственных наслаждений, которые он вызывал в ее теле. Все прежние эмоции затухли. Когда он еще крепче сжал ее, она ощутила сумасшедшее биение его сердца прямо у себя на груди. Она провела руками по его голове, затем опустила их на спину и, уже бесконтрольно втискиваясь в его объятия, почувствовала, как он покрылся потом.
Судорожный ритм начал еще более ускоряться, и так до тех пор, пока она полностью не растворилась в нем. Все эмоции и чувства сплелись в одну мощную, всепоглощающую страсть. Возникло такое ощущение, что в слепоте она отчаянно тянется к чему-то очень нужному, чего ей недоставало, и готова кричать от нетерпения. И тут их единение достигло пика, и волны удовольствия начали растекаться по всему телу. Она ощутила, как напряглось его тело, как дрожь пробежала по его членам. И поняла, что и он достиг оргазма.
Его изнеможенное тело опустилось на кровать рядом с ней. Эмоции еще клокотали в нем, но она уже осознавала, что дыхание его успокоилось. Его тяжелая рука приятно покоилась на ее груди. Через несколько минут она посмотрела ему в глаза, благоговейно улыбаясь.
Он кивнул, показывая, что понимает ее невысказанные мысли. Медленно прижал ее к своей крепкой груди и поцеловал в! голову.
Лежа рядом с ним, она чувствовала полное безграничное удовлетворение. Когда зазвонил телефон, она не могла понять, что это за звонок.
– Черт! – пробормотал он.
Она вскочила.
– Телефон. Кто может звонить в такой час?
Во всем Лос-Анджелесе номер ее телефона знали только три человека – Виктор, Франсин и ее тетка в Джорджии.
– Ошиблись номером. Не подходи.
Она замотала головой и потянулась к аппарату.
– Может, что-нибудь важное, – откашлявшись, она взяла трубку. – Алло?
– Маделин, это ты?
– Да, тетя.
– Я пыталась дозвониться весь день, но никто не отвечал, и я страшно расстроилась. Голос
Маделин виновато улыбнулась.
– Нет, тетушка. Это не от смога. Почему ты звонишь? Что-нибудь случилось?
– Не совсем.
В тоне тетки было что-то зловещее. И Маделин не могла не вспомнить, как тетя рассказывала про страшную депрессию тридцатых годов – у нас были кое-какие неприятности.
– Скажи мне, в чем дело.
– Ну хорошо. Меня кладут в госпиталь. Ничего страшного. Проведут маленькое обследование, сделают анализы. Я просто хотела предупредить тебя, что дома никого не будет, на случай, если Дэви позвонит.
Маделин напряглась. Ее беспокойство усилилось.
– На предмет чего тебя хотят обследовать?
– С желудком что-то не в порядке. Не волнуйся за меня.
– Как я могу не волноваться? Завтра же первым рейсом я вылетаю домой.
– В этом нет необходимости, говорю тебе.
– Первым же рейсом, – твердо повторила Маделин. – До завтра.
– Ну хорошо, дорогая. До свидания.
Маделин положила трубку и повернулась к Виктору.
– Тетушка заболела, – не глядя на него, сказала она. – Полечу домой.
Виктор ничего не ответил, только сложил губы в ироничной улыбке. Вот тебе раз! Когда он уговаривал ее улететь, она отказалась. А теперь, когда между ними что-то стало завязываться, она собирается улететь.
– Ты вернешься?
– Обязательно! – и добавила: – Если ты за время моего отсутствия не разыщешь Дэви.
– Понятно.
Значит, если он найдет Дэви, то их взаимоотношениям настанет конец. Они оба догадывались, что такое могло когда-нибудь произойти. А сейчас он почувствовал себя слишком расстроенным и обозленным на весь мир, чтобы остаться здесь еще хоть на минуту. Выбравшись из кровати, он начал быстро одеваться.
– Утром позвони мне и сообщи номер своего телефона в Альберте, – он знал, что говорит как рассерженный сержант со своими солдатами, но не мог играть роль понимающего любовника.
От неожиданности она села.
– Ты уходишь?
– Похоже на то.
– Почему?
– У меня куча дел, – отрывисто произнес он.
– Ты обиделся на меня? – кротко спросила Маделин.
Нагибаясь, он поднял ботинок.
– Совсем нет. Обстоятельства вынуждают. Позвони мне утром, хорошо?
Скоро дверь хлопнула, и она осталась сидеть на кровати одна. Наклонившись вперед, она обняла руками коленки и задумалась. Они провели восхитительный вечер, но теперь в ее душу закрадывалось подозрение, что это произошло в первый и последний раз.
Виктор посмотрел на отличный полированный стол, затем обвел взглядом комнату. Какой разительный контраст с обшарпанной обстановкой в кабинете Кросби, где он был только вчера, когда разговаривал с капитаном по поводу своего возвращения в управление полиции. Они с радостью готовы были принять его обратно. И даже согласились снять требование пройти соответствующую переподготовку в академии.
Но он согласился по другой причине. И конечно, не из-за денег. Просто он не мог жить без этой работы. Он любил ее и знал, что именно там может принести реальную пользу.