Найденыш
Шрифт:
– Продолжим обсуждать ваши изысканные манеры, мисс Шиниз?
– Я так и поняла, что вы вызвали меня сюда именно с этой целью, ваше высочество.
Филипп хмыкнул.
– Не только. Но сначала, скажите, есть какие-нибудь новости?
– Новости?
– она приподняла брови, - что вы имеете в виду, ваше...
– Стоп. Я понимаю, что вам надо как-то ко мне обращаться, но пусть это будет как можно короче.
– Как?
– с интересом спросила девушка.
– "Сэр".
– Хорошо, сэр. Так какие новости
– Хочется узнать, что задумала ее величество королева. Вы ведь пришли сюда не просто так, чтобы меня проведать? Не так ли? Посылая Люка за вами, я был на сто процентов уверен, что вы приедете лишь в том случае, если у вас будет ко мне поручение. Это так?
– Вы очень проницательны, сэр.
– Итак?
– Ее величество завтра будет молиться в часовне с трех до шести часов. Она передает вам просьбу быть там в этот промежуток времени. Она говорит, что это очень важно.
– Молиться?
– переспросил Филипп, - три часа? Господи. Да чтобы замолить все ее грехи, и трех дней недостаточно.
Ромейн снова промолчала, хотя ей очень хотелось фыркнуть. Принц Филипп, как всегда, был в этом вопросе просто неподражаем.
– Это все, что она велела мне передать?
– Да, сэр.
– Очень хорошо. Так передайте ей мой ответ. Коротко и ясно: нет. Чтобы больше к этому никогда не возвращаться. Или вы ожидали чего-то иного?
– Я и не должна ничего ожидать, сэр. Мое дело - передать вам просьбу ее величества и выслушать ответ.
– И не думать, - добавил он, - понятно. Но все-таки, хотя бы для разнообразия подумайте, мисс Шиниз и скажите, неужели, вы одобряете все это?
– Сэр, служба у ее величества включает в себя то, что я должна выполнять ее поручения, но ни коим образом не выказывать своего отношения к ним.
– Ей и не надо. Мне скажите.
– Но это будет не совсем...
– Зато ее поручение "совсем", да?
– Филипп дернул бровью, - что "не совсем"?
– Не совсем лояльно по отношению к ее величеству.
– Я знаю, вы ее любите. Не пойму только, за что.
Ромейн задумалась. Любит ли она королеву Оливетт? Совершенно точно и недвусмысленно: нет. Но она хорошо к ней относится, правда, доброе и теплое отношение - это еще не любовь.
– Не то, чтобы..., - начала девушка и запнулась.
Что это с ней? Кажется, она вздумала откровенничать? Совсем с ума сошла.
– Не то, чтобы что?
– настаивал принц.
Отвечать пришлось.
– Я благодарна ее величеству за то, как она ко мне отнеслась.
– За то, что приблизила к себе? Кстати, она привезла вас из своей страны, так?
– Нет.
– Тогда откуда?
– Странно, что вы не в курсе, сэр. Все знают, что меня подобрали у переправы в тот день, когда его величество возвращался домой с новой женой.
Филиппа от этого напоминания передернуло. Но он быстро справился с собой и продолжал:
–
– Сидела в кустах.
– Зачем?
– изумился он.
– Я не помню, сэр. Это было довольно давно. Помню только, что там произошло какое-то несчастье.
– А ваши родители?
– Я не знаю, кто мои родители, где они и как их зовут, если вы это хотите узнать, сэр. Меня подкинули в семью смотрителя переправы. Я - подкидыш без роду и племени.
– Вы намеренно сообщаете мне эти подробности, чтобы я оставил вас в покое?
– спросил Филипп, - боюсь, это вам не поможет.
– Не поможет?
– переспросила Ромейн.
Он покачал головой.
– А что поможет?
– Не знаю. Может быть, если вы нахамите мне как-нибудь особенно грубо, я разозлюсь и прогоню вас прочь. Оставим это. Мисс Шиниз, попытайтесь оставить свое предвзятое отношение к ее величеству и скажите, что вы думаете о ее планах?
– Не думаю, что они могут осуществиться после того, как о них прознал король.
– Но вам они нравятся?
– А почему они должны мне нравиться? Достаточно того, что они нравятся ее величеству. Она не спрашивала моего мнения.
– Я спрашиваю.
– Если честно, то...
– То что? Мисс Шиниз, я полчаса пытаюсь это услышать. Пожалейте наконец мои нервы.
– Нет, - немного сердито отозвалась Ромейн, - нет, они мне не нравятся, потому что это безнравственно, отвратительно и глупо. Вы это хотели услышать, сэр?
– Именно, - подтвердил принц и издал смешок, - наконец-то. Безнравственно, отвратительно и глупо. Очень точное определение. И тем не менее, вы продолжаете носить мне какие-то записки и передавать поручения невзирая на то, как я это не выношу.
– Вы сами спросили о новостях, сэр.
– Да, - согласился он, - я спросил, потому что вы все равно мне бы это сказали, хотел бы я это слушать или нет.
– Ну, а что мне делать? Это моя работа.
– Ваша работа - портить мне жизнь?
– Что?
– Ромейн вытаращила глаза, - я порчу вам жизнь? Ну, это уже слишком!
– А как еще можно назвать то, что я нахожусь здесь?
– Но я в этом не виновата.
– Вы забыли добавить "сэр", - ехидно напомнил ей Филипп.
Ромейн мрачно посмотрела на него.
– Сэр, - припечатала она.
– Так, на чем мы остановились? Продолжайте, мисс Шиниз, вы так хорошо начали.
– Обвинять меня в том, что вы находитесь здесь, сэр, это все равно, что обвинять мистера Тернера в том, что у вас отвратительный характер, сэр.
Тут Филипп расхохотался.
– Мисс Шиниз, вы, как обычно, просто неподражаемы! Теперь вы будете говорить "сэр" до тех пор, пока это слово не завязнет у меня на зубах. Значит, у меня отвратительный характер?
– Я этого не говорила, сэр.