Навыки. Колыбель
Шрифт:
– Ну что там? – Паша озвучил общий вопрос, явно мучавший всех присутствующих.
– А вы не слышали?
– Нет, все было тихо, - теперь говорила Лена.
– Хм, наверное, так нужно. Заходите по одному и ничего не бойтесь, - уже представляя, как будут выходить от наставника люди и проклинать мою молчаливость, я немного приободрился и ушел в свою комнату, не забыв при этом поинтересоваться у Дока состоянием Данила.
– Все хорошо, признаки болезни уходят, - Владимир Анатольевич слегка замялся, но все же продолжил, -
– Думаю это следствие усвоения эссенции, не волнуйтесь особо.
– Ага. Ты к себе?
– Да, нужно выполнить первое задание наставника, - и помахав перед внимательным и дружелюбным взглядом книгой, отправился к себе.
Первым делом, заперев за собой дверь, я без сил рухнул на кровать. Все эти блуждания по лесам, непонятные сражения и бег по пересеченной местности, здорово меня вымотали. Посмотрев на часы, решил, что могу себе позволить небольшой сон и лишь затем, приступать к чтению
Глава 15. Тренировки.
Бывает так, что время для одного единственного человека словно меняет свой ход. Кажется, что лично для тебя одного, вся вселенная замерла на пике перехода из одного состояния в другое и вот этот самый миг перехода, все тянется и тянется. Это твое время, которое принадлежит только тебе, и лишь действие или бездействие решает, какими будут последствия пересечения Рубикона.
Что ж, мне хочется верить, что те два месяца, на пике перехода из одного состояния в другое, были потрачены мною не зря. Каждый день, ночь, любое свободное время, было потрачено мной на тренировки.
Наставник, тренер, мучитель, бездушная тварь – это только малая часть кличек, данная нашему общему учителю. За два месяца изнурительных тренировок, в особняке прибавилось народа: казначей нанял нескольких частных детективов, и назначил поверенных – эти люди искали Навыки и предлагали им слиться с нашим отрядом. Многие соглашались, и теперь в любом закоулке практически в любое время дня и ночи можно было расслышать звуки чужих языков. В основном это были ругательства. Но что поделать, если именно эта часть любого языка осваивается наиболее быстро?!
Все это прошло мимо меня. Прогулок в парке больше не было, как не было и просмотра новостей и составление примерного списка возможностей навыков. Работать в школу меня тоже не звали, и как это удалось решить все тому же банкиру, известно лишь ему и богам. Последним, впрочем, нет до этого дела.
Во снах, как бы я не просил и не молился, царила тьма и пустота - Ника не отзывалась на мольбы. А тренер, видимо зная, или же предчувствуя что-то нехорошее, гонял всех нас до последних крох сил, заставляя выкладываться на полную мощность.
Мы тренировались поодиночке, малыми группами и даже полным составом. Для тренировок Наставник открывал нам порталы в различные осколки, где можно было набраться опыта, собрать ресурсов и … умереть.
В
Для траура времени не было, поэтому после каждых похорон, по большей части с закрытыми и пустыми гробами, мы выпивали по рюмке дорогущего коньяка и шли тренироваться.
Особенно выделялся Данила, получивший усиление после победы над болезнью и выпитой воды из источника. Теперь его оружие, при желании, приобретало огненный шлейф, запросто сжигающий врагов. Да и общее состояние улучшилось – он стал быстрее, сильнее и выносливее.
Все чаще я слышал разговоры по поводу того, что именно ему бы стоило стать чемпионом. Но парень, к этому не стремился, и мне лишь оставалось гадать из-за чего. Может быть, он был благодарен мне за спасение, может быть, не хотел брать на себя ответственность. Не знаю. Мы никогда не разговаривали на эту тему. Собственно, мы вообще мало разговаривали.
На памятной тренировке, перед тем как во сне явилась богиня, тренер впервые не стал меня ругать, а напротив похвалил и попросил присесть:
– Прошлой ночью, во время медитации, со мной связался судья, - наставник многозначительно на меня посмотрел, словно ожидая какой-то бурной реакции. Но мне было все равно. Ну, связался и связался, мне то что? Судья так и не наградил меня после выполнения квеста, а я так и не показал ему жемчужину. – Ему запретили с тобой связываться и давать награду.
– Но разве мы не можем пользоваться всеми доступными шансами для усилений? – наверное, впервые за месяц у меня появились эмоции в голосе. – Разве не нам позволено убивать своих конкурентов везде и при любых обстоятельствах?
– Да это так, ученик. Но награда судьи…ее посчитали излишней, - наставник немного помолчал, как если бы он хотел собраться с мыслями. – Та жемчужина, которую ты хранишь, откроет тебе путь к тому, чего боятся даже боги. Они этого не планировали.
– Испугались? – что же, сейчас моя вера в богов может и пошатнуться.
– Скорее, не захотели портить себе развлечение, - наставник ухмыльнулся, видя, как изменилось мое лицо. Все же, он был частью этих самых богов и не позволял никому вольностей в плане неверия или пренебрежительного отношения.
– Зачем ты тогда мне это рассказываешь? – усталость снова затёрла все остальные чувства, сведя на нет все желания и стремления. Быстрей бы договорить уже и идти спать. – Чтобы сказать, что судья не виноват в том, что выдал задание, но не может дать награду? Тогда не стоит, я не в обиде.