Навсегда

Гулд Джудит

— У тебя были четкие инструкции, черт тебя дери!

— Она даже не слушала, — оправдывался испанец, потирая шею. — Она очень упрямая. Красивая и упрямая.

— Дерьмо!

— Я тебе больше не нужен. Мне можно идти? — пытаясь сохранить достоинство, спросил испанец.

— Какой быстрый! Подожди!

— Ты сумасшедший, — проговорил испанец, продолжая потирать шею. Вдруг он встрепенулся: — Где моя цепочка?

— Какая цепочка?

— Одна из моих золотых цепочек! Ты порвал! Она потерялась!

— Прекрати орать! —

прошипел человек. — Тебя, наверно, в Северной Африке слышно.

Испанец встал на четвереньки и стал шарить руками по земле.

— К чертуцепочку!

— К черту? — Испанец злобно посмотрел вверх. — Она золотая, двадцать два карата! Ты знаешь, сколько она стоит?

— Вот, — сказал человек, вынимая кошелек из кармана. — Иди, купи себе новую игрушку для таких, как ты, — климактериков. — Он начал отсчитывать купюры.

Испанец жадно за ним наблюдал. Это были стодолларовые купюры. Он пытался определить, на сколько же потянет вся пачка.

Отсчитав пять купюр, американец протянул их жиголо.

— Этого больше чем достаточно. Испанец отрицательно покачал головой.

— Это была толстая цепь. Крупные звенья. Вот такие. — Он развел в стороны пальцы. — Она стоила девятьсот долларов.

— На еще пятьсот. И еще столько же за услуги в будущем.

У испанца загорелись глаза.

— Значит, я все еще нужен?

— Правильно, парень. — Человек положил руку на плечи испанцу. — У нас есть еще над кем поработать.

— Над кем поработать? Я не понимаю.

— Поймешь, парень, поймешь. А теперь иди жарься, зарабатывай рак кожи. А я… Мне надо немного поразмыслить.

Вот она. Прямо впереди. Она становилась все больше и больше, постепенно заполняя собой все поле зрения. Огромная яхта волшебно возвышалась над морем. Казалось, своим существованием она попирала все законы гравитации и плавучести. Полуденное солнце разбивалось о позолоченные металлические части, тонированные стекла цвета бронзы, о белоснежные борта.

Стефани, не веря своим глазам, рассматривала яхту, не чувствуя летящих ей в лицо соленых брызг. Рядом с этой громадиной она ощущала свою незначительность, даже ничтожество. Каких же средств потребовало сотворение этого чуда!

Она вспомнила слова незнакомца: «Богатые люди бывают разные. А очень-очень богатые… Это особая порода».

Внезапно вокруг потемнело. Солнце исчезло, и лодка оказалась в густой прохладной тени. Ее охватил озноб. Что это? Может, яхта окружена какой-то особой аурой, пробуждавшей в человеке животный, первобытный ужас?

Стефани посмотрела вверх, на палубы. Приближение ее лодки вызвало странное оживление: члены команды в белоснежной форме суетились, кричали ей что-то, размахивая руками.

«Что они волнуются? Неужели они думают, я такая идиотка, что собираюсь идти на таран?»

Именно в тот момент,

когда действительно можно было подумать, что она собирается таранить яхту, Стефани резко повернула руль вправо, и «Рива» пронеслась около транца яхты, почти в футе от огромной лодки «Магнум», укрепленной в темном, похожем на пещеру гнезде. На нависавшей над ней палубе была огромная надпись: «Хризалида», а под нею золотыми буквами была сделана другая: «Рио-де-Жанейро — порт приписки». Мелькнул флаг, похожий на американский. Но нет, на нем была только одна звезда, и полосы другие, это Либерия.

Палубу защищал от солнца туго натянутый голубой тент.

По количеству установленных на ней спортивных снарядов она могла соперничать с солидным спортивным центром. Здесь же находились сауны.

Зара и Эрнесто, оба обнаженные, лежали лицом вниз на массажных столах. Вокруг бедер у обоих были голубые махровые полотенца. Двое массажистов безжалостно мяли, колотили, шлепали, щипали и тискали их тела. Зарой занималась шведка — плотная, с сильными мужскими пальцами, над Эрнесто колдовал негр, бывший «Мистер Вселенная».

Рядом взлетала вверх огромная хромированная штанга. Это занимался Эдуардо.

Из невидимых динамиков неслась музыка Моцарта, пробиваясь сквозь мерные звуки шлепков и хлопков по телам.

Вдруг эта мирная картина резко изменилась. Послышался приближающийся треск моторной лодки, потом крики команды. Пробежал полковник Валерио, приказывая на бегу: «Всем оставаться вне зоны видимости. В эту сторону направляется неопознанная моторная лодка!»

Зара рывком вскочила на колени.

— Боже мой! — прошептала она, пытаясь прикрыть грудь полотенцем. — Эрнесто! — В широко открытых глазах был ужас.

— Кто бы это ни был, он не сможет попасть сюда, — заверил ее Эрнесто со спокойной уверенной улыбкой.

Жестом отпустив массажистов, он сел, поправил на поясе полотенце и соскользнул со стола. Эдуардо, опустив штангу, направился к бортику и перегнулся вниз, чтобы посмотреть, что происходит.

— Эрнесто! — опять прошептала Зара.

Эрнесто нежно погладил ее по щеке и улыбнулся.

— Ты же знаешь, мы всегда в безопасности.

Зара кивнула, но руки ее с силой вцепились в Эрнесто, когда из мощных громкоговорителей яхты раздался голос:

— Внимание на неопознанном судне! — Потрескивающий звук был настолько сильным, что мог перекрыть шум любого, даже самого сильного мотора. — Говорит капитан яхты «Хризалида» Фалькао. Пожалуйста, отойдите от яхты минимум на сто метров. Если вы останетесь на прежнем месте, ваши действия будут расценены как пиратство со всеми последующими мерами. Повторяю. Это предупреждение. В целях вашей безопасности отойдите минимум на сто метров от борта яхты.

Произнесенные первый раз на английском языке, эти слова были затем повторены на испанском, французском, немецком и португальском языках.