Наваждение
Шрифт:
Она покачала головой.
— Это была глупая затея. Пожалуй, я лучше уеду. — И, глядя в глаза Бейба, добавила:
— Я благодарна вам. И рада, что вы меня не ненавидите, как все остальные члены вашей семьи.
— Я не могу вас ненавидеть, Элл. Откровенно говоря, я всегда испытывал к вам интерес. Вокруг ходило столько слухов, сплетен, это делало вас загадочной… Я видел вас несколько раз на улице, — признался он, — и считаю, вас безумно привлекательной, просто не могу понять, как отец мог… — Тут с него слетела показная опытность, и он покраснел.
Элл снисходительно улыбнулась.
— Вы
Она слышала, что Бейба часто видят с женщинами старше себя, и могла предположить причину. Живя в тени X. Д. рядом с неуемным властолюбцем, старшим братцем, он не пользовался успехом, на него мало обращали внимание. И немудрено, что его влекло к женщинам старше себя: он искал у них теплоту и поддержку, которых был лишен в семье.
— Я очень рада, что вы не похожи на своего брата, — сказала она. — Он так переполнен ненавистью, что его даже жаль.
Голубые глаза Бейба затуманились, как будто он вспоминал свои отношения с Дьюком. Но через минуту природная веселость взяла верх.
— Может быть, молодой жене Дьюка удастся его изменить. Она прекрасная девушка, отличный товарищ. Возможно, с ней он станет немного человечнее.
Заиграла музыка, и Бейб пригласил ее танцевать. Это был медленный волнующий фокстрот, музыканты играли его так, будто просыпались после долгого сна. Бейб вел ее в танце по площадке с уверенностью и ловкостью старшего, напевая ей на ухо мелодию.
— Вы посещаете школу танцев? — спросила она. — Прекрасно танцуете.
Бейб ухмыльнулся.
— О нет, меня учила мать, когда мне было лет восемь. Говорила, что чем раньше начнется обучение джентльмена светским манерам, тем лучше.
Протанцевав несколько медленных танцев, Бейб поговорил с руководителем оркестра, и тот исполнил вариацию на «Пепперминт Твист». Несколько пар задвигались в модном тогда танце, но остальные выглядели озадаченно и ушли с площадки.
— Ну-ка, давайте расшевелим эту компанию, — по-мальчишески засмеялся Бейб и потянул за собой Элл. Подумав, что терять ей нечего, она сняла туфли. Приседая и поворачиваясь под музыку в твисте, она чувствовала, что они с Бейбом стали центром внимания, но в этот момент шепотки и взгляды за ее спиной, сопровождающие каждое ее движение, перестали ее трогать.
— Не мог удержаться, — заявил Бейб, когда они сели, еле переводя дыхание. — X. Д., наверное, рвет и мечет, но меня это не волнует. Клянусь, старик не узнает радости, пока она не подойдет и не укусит его за нос.
Элл расхохоталась вместе с ним, чувствуя, что они вдруг стали в чем-то сообщниками.
— Вы бывали когда-нибудь в Нью-Йорке, в «Пепперминт Лонж»? — спросил он.
Она отрицательно покачала головой.
— Там отлично играют. Не то что эти замороженные музыканты. Мы должны туда пойти когда-нибудь. Мне нравятся нью-йоркские клубы.
Элл молчала, вспомнив, как много лет назад X. Д. обещал показать ей места, далекие от Виллоу Кросс, но не выполнил это обещание. Она так нигде и не побывала.
Бейб прервал ее воспоминания:
— Может быть, захотите как-нибудь съездить? Похоже, он читал ее мысли.
— Я бы с радостью поехала, — сказала она немного печально, решив, что это ей не суждено.
Бейб опять ухмыльнулся, и Элл вдруг увидела, каким очаровательным
Элл уже покорили его мальчишеские манеры и легкий нрав. Его можно было полюбить, оценив веселую искренность. Единственный из всех мужчин семьи Хайлендов Бейб не был заражен манией величия. Он просто пользовался тем богатством и роскошью, которые ему давала «Хайленд Тобакко».
Когда он предложил отвезти ее домой, Элл тут же согласилась, попросив только позаботиться о ее машине.
— Нет проблем, Элл. Завтра утром кто-нибудь из слуг пригонит ее вам.
Он привез ее на шикарной красной машине с огромной скоростью. Она никогда не видела таких машин: двенадцатицилиндровый красный «ягуар», все блестящие детали которого были сделаны не из хрома, а из бронзы.
Как и старший брат, он с любопытством посмотрел на ее дом, и, когда принял приглашение войти, она постаралась сгладить неловкость, которую чувствовала.
— Voila, — сказала она, усилив французский акцент. — Прошу в логово блудницы!
Но Бейб не засмеялся. Внимательно осмотрев гостиную, он перевел глаза на Элл.
— Если я задам вам вопрос, вы скажете мне правду?
Несмотря на высокий рост, он своей непосредственное напомнил ей маленького мальчика. Она сдержала улыбку.
— Я постараюсь.
— Это насчет X. Д… Я думаю… Вы еще скучаете по нему?
— Нет, — тихо ответила она, глядя в его глаза, и догадалась, почему он спросил. — Нет, — повторила она спокойно, — совсем нет.
Он молча смотрел на нее, потом слегка наклонился.
— Мисс Гейбриэл… Вы бы не возражали… Она не стала ждать продолжения и, протянув руку, легонько обняла его за шею.
Его губы коснулись ее губ, поцелуй был так сладок и продолжителен, что напомнил ей о тех временах, когда она испытывала благоговейный трепет перед былой любовью, о которой давно забыла.
— Я всегда хотел тебя, — страстно прошептал он, когда они оторвались друг от друга, — всегда думал, что это сумасшествие, что ты с ним…
Конечно, она понимала, чего хочет Бейб. К ней теперешней это не имело отношения, просто раньше она принадлежала X. Д., и теперь его сыночек хотел потягаться с отцом.
Но это не имело для нее значения. Он был очень мил, а она совершенно одинока. Он был здесь, и он был Хайленд. Ведь Ники все еще не имела отца.
В последующие недели Элл и Бейб стали любовниками, партнерами, друзьями. После закомплексованного X. Д. и мрачного Дьюка Бейб был сам свежесть и простота, подарив Элл то, чего она никогда не знала — радость детства. Жадный до развлечений, он составил ей замечательную компанию, они объехали все уединенные придорожные закусочные, где много пили и танцевали до утра. Если Элл не могла отослать Ники к Кейт или оставить с Луизой, она принимала Бейба дома. Поиграв с Ники (Бейб великолепно мог играть в прятки), Бейб и Элл устраивали вечеринку в гостиной, распевая непристойные песенки и упиваясь шампанским, пока не приходили в такое состояние, что там же занимались любовью. Они вдвоем сплетничали о «тех», злорадствуя, что их тайная связь, оскорбительная для Хайлендов, привела бы X. Д. в бешенство.