Наваждение
Шрифт:
— Завтра минет две недели, дорогая. Как видите, близкие отношения просто еще не успели возникнуть.
— A у него приличное состояние? Я, к сожалению, не в курсе.
Миссис Ричборо широко улыбнулась, обнажив крупные, на удивление белые зубы.
— А разве у него есть состояние? Да, поместье, разумеется… Признаться, понятия не имею, богат он или беден, и, откровенно говоря, меня это абсолютно не интересует… Впрочем, я совершенно непрактична — привыкла, знаете ли, выбирать друзей по характеру, а не по кошельку. Деньги меня никогда
— А на что вы живете? — резко спросила Изабелла.
— О, у каждого есть свой доход… однако заниматься делами можно вполне поручить и банку. Секрет счастливой жизни, дорогая, — выбирать покрой платья, исходя из имеющейся материи… Однако уже поздно. И что же вы решили?
— Видимо, соглашусь, ибо вы очень настойчивы.
— Я и не сомневалась в вашем согласии…
— При условии, что об этом никто не узнает.
Миссис Ричборо принялась ее всячески заверять.
— Утром, — пренебрежительно перебила ее Изабелла.
— Благодарю. Я так рада вашему согласию. Прекрасно понимаю, насколько связаны и зависимы девушки. Вот вам и «свободная страна»: девушки — настоящие рабыни своего узкого круга… Приедете в Уэртинг тем же поездом, что и в прошлый раз? В «Метрополе» спросите меня. Автомобиль будет ждать, и мы сразу отправимся, втроем.
— Откуда вы знаете, что мистер Джадж выздоровеет и сможет поехать?
— О, уверена. С ним ничего серьезного, дорогая. Пораньше уложу его в постель, настою, пусть хорошенько выспится.
— Он, вижу, попал в хорошие руки, — Изабелла встала.
— Так поступила бы любая женщина. Как можно оставить человека на произвол гостиничного персонала, — миссис Ричборо тоже встала, прошуршав волной изысканных мехов… — Передать ему что-нибудь?
— Передайте мои сожаления касательно его болезни.
Изабелла протянула руку, которую вдова приняла слишком, пожалуй, порывисто; она к тому же подняла вуаль и наклонилась ближе в ожидании. Однако Изабелла не проявила особой сердечности. Уразумев, что прощального поцелуя не последует, миссис Ричборо спешно закрыла лицо.
— Слышала, вы, дорогая, выходите замуж?
— Да… А кто вам сказал?
— Мистер Джадж намекнул… Я так рада!
— Благодарю! Все же я предпочла бы, чтобы моих личных дел не обсуждали.
— Он так одинок, у него так мало знакомых, о которых можно поговорить…
— Повторяю, у него нет никакого права обсуждать мои дела. Я этого не люблю.
— Дорогая, он лишь намекнул, возможно даже и вовсе не намекал, — всему виной моя интуиция… Я согласна, согласна, до свидания — до завтра. Между прочим, если потрудитесь черкнуть ему пару строк, авторучка и бумага у меня есть.
Сочтя предложение по меньшей мере странным, Изабелла отказалась. Они расстались, и каждая пошла своей дорогой.
Пятью минутами позже Изабелла остановилась на уже опустевшем бульваре, вытащила из волос шпильку
ГЛАВА XIII
Обед в «Метрополе»
На следующий день с утра лил дождь, но в первом часу, когда Изабелла поднималась по ступеням «Метрополя», на небе уже то и дело пробивались голубые просветы. Приехать раньше помешала тетушка, зато теперь Изабелла могла распоряжаться своим временем до самого вечера: к счастью, у миссис Мур оказались срочные дела и ей пришлось отправиться в город.
Джадж ждал в холле. Тепло пожав Изабелле руку, он упредил ее оправдания:
— Счастлив, что вы все-таки пришли, мисс Ломент. Чуть раньше, чуть позже — совершенно не важно: мы совсем не спешим. Миссис Ричборо сейчас подойдет.
В ту же секунду действительно появилась вдова. Как всегда, в бархате и мехах. Высокая и стройная, с тонкой, как у молоденькой девушки, талией, она приближалась весьма грациозно, однако стоило Изабелле увидеть угловатое, почти ведьмовское лицо, как сразу воскресли старые чувства — недоверие и неприязнь.
Уже миновал полдень, и перед отъездом решили пообедать в отеле. В ресторане Изабелла, к полному ужасу, обнаружила знакомую, в свою очередь узнавшую и ее, — Луис Лесильс, приятельницу Маршела и Бланш.
Луис обедала с двумя молодыми офицерами и, судя по обстановке, пребывала в прекрасном настроении — на столе уже стояло шампанское. Приветствовав Изабеллу поднятым бокалом, она встала и, лавируя между столиками, направилась к ней. Дерзкая, красивая и смуглая — вылитая цыганка, — она раскраснелась и была шумно весела.
— Так вот ты где! — воскликнула она, покосившись на миссис Ричборо и Джаджа.
— Похоже, не только я, — парировала Изабелла и, отложив вилку и нож, спокойно добавила: — Ты, вижу, недурно здесь развлекаешься.
— Еще бы! Мы празднуем! Жаль, не могу представить тебя: мы здесь инкогнито. В эту самую минуту я как бы на Регент-стрит.
— Браво! А я — в Брайтоне. Посему дело закрыто.
Луис громко рассмеялась.
— Надо бы отметить, — она окинула взглядом стол. — Что вы пьете? Только бургундское?.. Понимаю… — Луис перешла на шепот, — со временем у тебя туговато, да? Где ты их откопала?
К несчастью, миссис Ричборо расслышала.
— По-моему, я вас где-то видела, — снисходительно заметила она все еще стоявшей у стола Луис. — Ваше имя буквально вертится у меня на языке.
Даже не взглянув на нее, та безразлично усмехнулась:
— Да, на глаза попадается множество людей. Ха-ха, Изабелла! Какой очаровательный у нас денек!.. Звать тебя к нам, разумеется, бессмысленно?
— Ты же видишь, я не могу.
Пока Луис возвращалась к своим нетерпеливым кавалерам, Изабелла иронически наблюдала за миссис Ричборо, которая с большим трудом сдерживала негодование.