Навь
Шрифт:
— Остряк-самоучка, — Елизавета зачерпнула суп ложкой.
— Ну уж какой есть.
Я наслаждался хорошим мясом по-французски. Да, готовить здесь умеют.
— Папе ты понравился, — прервала щелкание челюстями Елизавета.
— Да с чего бы вдруг? — искренне удивился я.
— Не знаю, наверное, видит в тебе потенциал.
— Приятно слышать.
— Не зазнавайся.
— И не думал, — честно сказал я, допивая кофе, что довольно странно для двенадцатилетнего подростка. — Но лестно слышать. Приятного аппетита, мадемуазель, я вынужден вас покинуть.
— И вам того же.
Я отнес поднос с посудой на раздатку. Ну а что делать после
Василий заехал за мной, как и договаривались, в пять часов пополудни, еще до конца рабочего дня на заводе — ну а что толкотню-то создавать? По окончании рабочего дня тут будет много народу, садящихся по служебным автобусам.
Только я собирался сесть в наш «Руссо-Балт», как…
— Не подбросите до города?
— Конечно, милостливая государыня, — я распахнул дверь машины, освобождая вход в салон. — Я думал…
— Папа улетел по срочным делам. А машину ждать до восьми — уж увольте, — Лизка уморительно сморщила нос.
— Ну поехали.
Приятно ехать на заднем сиденье, любуясь предзакатным солнцем! Я закрыл глаза, намереваясь вздремнуть, не обращая внимания на деловито копающуюся в планшете спутницу. Я начал проваливаться в сладкую пучину дремы…
Пробуждение было резким от удара крупнокалиберной пули в радиатор. На нас напали.
Глава 14
Во все времена серьезных людей интересовал главный вопрос: где деньги? Где те самые заветные тугрики и тэньге, благодаря которым можно сибаритствовать и не беспокоиться насчет обеспеченного будущего для внуков. Но раз где-то эти самые деньги есть, то этот кто-то их тратит. И совсем печально, если этот кто-то тратит ваши финансы, не предоставляя какой-либо отчетности.
Двое уважаемых джентльменов попросили Лоренцо Герра о встрече. Один из уважаемых господ в костюме-тройке и галстуке бабочкой имел прямое отношение к МИ-6, второй в смокинге обладал явно выраженным техасским акцентом и числился по ведомству УСС. Но и тот, и другой были очень недовольны.
— Ваше преосвященство…
— Можно без официоза. Зовите просто Лоренцо. Или господин приор, если уж совсем хотите играть в шпионские игры.
— Мы не играем. Мы приехали, чтобы задать несколько вопросов.
— Вопросов? — Герра приподнял правую бровь. — А с какой стати вы решили, что имеете право мне задавать какие-либо вопросы? Или вы считаете, что Орден Святой Марии находится в вашем подчинении? Или я проглядел письмо из Ватикана, в котором меня просят оказывать вам содействие?.. Очень интересно. Господа, вы не у себя в посудной лавке, чтобы что-то спрашивать и кидаться чайным сервизом. Вы на чужой территории, где вы — никто. И попрошу это учитывать, если хотите продолжить нашу беседу.
Парочка переглянулась и британец примирительно поднял руки вверх:
— Наверное, мы в самом деле выбрали не совсем правильный тон. Просто хотелось обсудить возможные проблемы в деловом, конструктивном ключе, без лишних политесов и словесной эквилибристики.
— Принято. Слушаю вас, господа.
Теперь рот открыл янки:
— Наше непосредственное руководство очень бы хотело, чтобы вы или ваш доверенный представитель поставил нас в известность по поводу проводимой у русских операции. Вы задействовали чужие ресурсы, подставили под удар хорошо законспирированные кадры. Мы понесли потери, в том числе
— Не кажется.
Лоренцо совершенно не собирался вылизывать задницы визитерам. Он буквально заполночь вернулся из Рима, где провел несколько очень важных встреч и заручился поддержкой на самом верху Ватикана. Мало того, его непосредственное начальство получило железобетонные гарантии о будущем переходе во внутренние структуры церкви, поближе к столь желанным финансовым потокам, поэтому Великий Магистр благословил своего помощника на продолжение активной игры и пообещал, что с его стороны не будет никаких попыток осадить «зарвавшегося монаха». Да, шевеление в чужих конторах было замечено и волна неудовольствия докатилась через Атлантику в виде кратких писем и телефонных звонков. Но незаметные люди на государственном обеспечении еще не поняли, что правила давно изменились. И никто не будет плясать под дудку выскочек. Потому как временщики на должностях приходят и уходят, а Ватикан, Церковь и ее цепные псы остаются и продолжают свою работу из века в век. Поэтому приор наслаждался ошарашенным видом гостей и с интересом ждал, чем закончится этот разговор.
— Вы же понимаете, что мы предоставим подробный доклад о встрече, включая столь нелюбезный прием.
— Не понимаю. Не понимаю и не желаю понимать, входить в положение или еще как-либо выказывать вам расположение. Господа, вы обгадились в своих играх с медведем. Русские драли вас, ваши любительские шпионские сети и резидентов. В так называемых секретных департаментах кротов и дыр столько, что течет постоянно и последний дворник в Санкт-Петербурге знает, кому именно выдают фунты или доллары. В рублях платить у вас финансы не позволяют, поэтому и пихаете свои бумажки, которыми разве что сортир стоит обклеить… Поэтому повторю еще раз. Дела Ордена вас никоим образом не касаются. А если у меня лично или моей паствы возникут какие-либо проблемы, то я найду способы обрушить гнев божий на вполне конкретные головы. Это понятно?
Британец поднялся молча, а вот янки не сдержался:
— Не боитесь, что налоговая инспекция найдет скверно оформленную документацию? Или еще какие-либо шалости, на которые раньше закрывали глаза?
— Боюсь, что в этом случае налоговая зайдет в гости к вашему руководству. И уже не ради проверки слухов и сплетен, а с вполне конкретными документами на руках. Не смею вас больше задерживать, господа…
На следующее утро те же двое встретились в кафе, где завтракали перед возвращением домой. Любитель галстука-бабочки был спокоен, хотя выволочку по телефону получил знатную. А вот его коллега до сих пор то бледнел, то краснел и периодически в бессильной злобе сжимал кулаки.
— Представляешь, этот скот в самом деле выполнил угрозу. Президента уведомили, что проклятый орден в этом году не будет жертвовать ни цента на предвыборную компанию, а это больше двухсот миллионов долларов! Мало того, они еще подбросили прокурору штата пачку компромата и моего босса после работы встретили прямо у выхода из офиса, чтобы вручить повестку. Уклонение от налогов, махинации с недвижимостью и разное по мелочи. До сорока лет тюрьмы, если не придумает, как отбрехаться.
— Знатно нам продемонстрировали, кого лучше не трогать.