Настя 2

Журин В. А.

Теперь уже Настя, надолго задумалась, смотря в одну точку и ища в своей душе ответ на сказанное, а то и того хуже, оправдание. Наконец, обдумав что сказать в ответ, женщина, проговорила.

— Про муров это ты верно подметила. А вот вчерашний день ты быстро забыла. Вчера нас на кластере поджидало четырнадцать человек. Седого, Чеха, Галу убить, меня в плен под пытки пока боссам из Лесной Сказки не стану петь что они хотят. Тебя с Танькой в станки определить. Знаешь, что это?

Виктория, утвердительно кивнув головой, проговорила.

— Слышала.

— Вот именно что слышала. Я, когда одну такую бедолагу застрелила она пока душу богам Улья отдавала все спасибо шептала за то, что для нее все наконец то закончилось. Так вот, краса моя, всем поджидавшим нас вчера мужикам было плевать кто с кем якшается и на какие части разбирает их интересовали только жемчужины. Большие красные жемчужины, обещанные за нас всех. Дальше соображай

сама или у Седого спроси он еще тот философ, разъяснит.

Немного помолчав, Настя продолжила речь.

— Ты вот что, краса моя, Седого не сторонись не чужой он тебе. Не рви душу не ему не мне. Что такое любить до безумия уж поверь мне на слово, я знаю. Вон он, даже для тебя где-то кофе натуральный раздобыл, а пока у Кровника отсиживались половину своей порции лапши скармливал да старался в лежанку твою всего побольше насовать что бы она потеплее была.

Глаза Насти, внезапно из обычных превратились в неподвижные, холодные, змеиные. Смотря в лицо ошарашенной от такой быстрой перемены женщине, она проговорила ледяным тоном.

— Порвешь душу моему ребенку, закопаю, живьем.

Резко встав, Настя отправилась на свое место отдыхать, а замершая перепуганной мышкой Виктория, растерянно смотрела в след этой безумной хищнице, отчетливо понимая, что в последних словах, оброненных ей, нет ни капли шутки.

Глава 9

Настя, порционально матерясь сквозь зубы так что бы не сбить дыхание, тащила на себе Татьяну вместе с ее худосочным рюкзаком, вдетым в одну лямку и болтающимся из стороны в сторону на спине женщины. Раз за разом упираясь взглядом в округлую попку Виктории, свисавшую с плеча бегущего впереди Седого. Вот ведь дуры пустоголовые, куры не ощипанные не даром говорят, баба на кластере — это любопытная обезьяна с гранатой, ягодку малинку они увидели рядом со стоянкой, нашлись мамки кормилицы. Да еще додумались, сговорившись меж собой пойти ее по-тихому собирать. Ну да, рядом же, всего то от стоянки метров тридцать. Но и это еще не весь абсурд ситуации. Когда на них выскочила пара тупых бегунов эти дырки на ножках вместо того что бы молча побежать к лагерю, устроили этот спасительный забег под свой оглушительный визг с соревнованием между собой, кто громче, блин поубивала бы. И надо же было ей после обеда задремать, разморило на сытый желудок. От ругательств ее отвлек подбежавший с боку Чех.

— Эта, Настя, давай я ее понесу.

Предложил он, на бегу подставляя свое плечо для передачи на него живого груза. Женщина, чтобы не сбить дыхание, молча, отрицательно мотнула головой. Нужно потерпеть и отдалиться от своей стоянки подальше там недалеко жилой массив и пусть перезагрузка была с неделю назад все одно на нем полно зараженных. Если не справятся по-тихому, то оттуда понабежит столько желающих до их мясца что придется устраивать настоящую войну. А оно им такое надо? Сознательно глубоко вдохнув несколько раз, Настя, запустила свой дар. От увиденного ей захотелось собственноручно задушить свою ношу, притом немедленно. У них на хвосте помимо десятка бегунов с тройкой лотерейщиков, висел матерый кусач. Вот ведь гадство паскудное.

— Чех у Седого забери.

Шикнула Настя.

— Седой, готовься там отожратый кусач.

Наконец, выбрав место для боя, Настя, резко остановившись, бесцеремонно сбросила со своего плеча Татьяну, кулем с картошкой, полетевшей на землю. Не обращая внимания на возмущенный женский мат с низу, она, окинув взглядом своих бойцов, сорвав с пояса клевец приготовилась к схватке. Выбежавших на них радостно урчащих бегунов, убить получилось практически сразу, а вот с подоспевшими лотерейщиками так удачно не получилось, и возня затянулась, дав возможность вступить в бой главной фигуре. Кусач с ходу оценил происходящие, резко крутанувшись зараженный сбил с ног, оказавшихся рядом с ним Галу и Чеха, кеглями для боулинга отлетевшими от удара. Затем в один здоровущий прыжок, метнулся к сидевшим с выпученными от страха глазами Виктории и Татьяне, попытавшись сцапать обоих сразу. Но путь к такой желанной еде, преградила Настя, пристально смотря глаза в глаза твари. Этой заминки Кусача, хватило что бы Седой, сосредоточась зацепился своим даром за монстра. Почувствовав резкое жжение в голове, Кусач первым делом попытался убить стоящую перед ним еду, пялящуюся на него немигающими глазами. Схватив ее в свои лапы, яростно зарычав, монстр рванул свою добычу раздирая в разные стороны. Растерянно смотря на растаявшую в его когтях жертву, Кусач забившись в предсмертных судорогах, рухнул на землю, жалобно подвывая на тоненькой ноте, а в следующий миг мир для него погас.

Седой, устало присев на корточки, подрагивающими руками неспешно снял флягу с живчиком с пояса и отхлебнул оттуда хороший глоток живительной влаги, улыбнулся, выставляя на показ свои желтые фиксы. Настя, стоя позади твари,

оглядев своих бойцов, облегченно выдохнула, все живы затем перевела взгляд на сидевших в обнимку Татьяну с Викторией меж тем по въевшийся привычке запуская свой дар и едва не подпрыгивая на месте.

— Седой, хлебай живчик до дна.

Рывком на выдохе, проговорила она, смотря на затрещавшие кусты.

— Элита.

Наконец, проломив кусты на полянку выбежал монстр, почти безраздельно владеющий свободными кластерами на просторах мира Улья. Оглядев всех прожигающим, полным злобы, ненавидящим взглядом, зараженный заставил поежившись вздрогнуть и испуганно втянуть головы в плечи. Элита поражала своей мощью, силой, исходящей незримой энергией заставляющей опытных бойцов в близи нее терять трезвый рассудок. Туша в несколько тон весом, сплошь облаченная в костяную броню с причудливо выступающими острыми шипами негромко зарычала, распространяя по поляне низкий, вибрирующий звук накрывший собой присутствующих. Гала, безвольно выпустила из своих ручищ оружие, медленно и обреченно опустилась на колени. Чех, пытаясь сопротивляться примененному дару местного царя, попытался отвернув от твари взгляд, податься в сторону, разрывая дистанцию. Но вместо этого, сворачиваясь по спирали, неуклюже завалился на землю. Седой, попав под дар зараженного, плюхнулся на пятую точку и выронил из расписанной синим рисунком руки, флягу с живчиком из которой на траву еле слышно булькая, потекли остатки недопитого напитка. Таня с Викторией как сидели, обнявшись и замерши так и не сдвинулись с места лишь не мигающе вперили свои взгляды в злобные глаза элитника. Настя, видя происходящие, ощутила на себе залипающую волну низкого звука, попытавшуюся парализовать ее волю. Но вместо ожидаемого безволия и апатии на нее накатила дикая, раздирающая по живому душу, злоба. Безумно вытаращив свои глазища как мать, защищающая своих детенышей, женщина, неосознанно, утробно зарычала и бросилась на удивленную тварь в атаку. Умудрившись в своем безумном броске увернуться от просвистевшей рядом с ней лапы с когтями, Настя со всей дури бахнула своим клевцом в тонюсенький зазор между костяными пластинами зараженного. Руку больно дернуло выворачивая, вынужденно выпустив свое оружие, женщина по инерции пролетела дальше, попутно кувыркнувшись и перебросив со спины в руки бесполезный в этом бою автомат. Встав на ноги, Настя, поймав в прицел морду элиты, начала стрельбу короткими очередями пытаясь попасть в глаза зараженного. Снова мелькнувшая с быстротой молнии когтистая лапа, на сей раз не промахнувшаяся, а ухватившая стальной хваткой дурную еду. Затем, разочарованный рев твари и растаявшая фигурка, пронзенная длиннющими когтями. Появившаяся сзади элиты Настя, ловко швырнула гранату в капюшон закрывающий споровый мешок твари. Точно закинуть не удалось, но рвануло на его уровне. Сразу после взрыва, точно сбросив с себя наваждение ее бойцы повскакивали со своих мест. А сидевшие мышками, напуганные до смерти женщины, зашевелились. Виктория, дико вытаращив глаза, ухватив за ворот перепачканного в земле камуфляжа, пыталась оттащить подальше от места безумной схватки еще не пришедшую в себя Татьяну. Настя, тяжело дыша осознала, что не успевает увернуться от очередной атаки зараженного, что бы не говорили про дары Улья это не сказка, хоть несколько мгновений на перерыв надо. Внутренне приготовившись вместо визга от пронзивших ее когтей издать грозный рык, женщина, получив удар в плечо полетела на землю ощутив, как кончики когтей твари, разрывают камуфляж на спине. Перекатившись в сторону, она увидела Чеха, вскакивающего на ноги после толчка в ее плечо. Хищно осклабившись, Настя снова побежала на тварь теперь уже осознавая, что ее дар готов, а отошедший от ошеломления Седой не упустит своего шанса поквитаться за случившееся.

Едва затих закладывающий уши рев элиты, Седой рухнул на землю, безвольно улыбаясь и растирая по лицу льющую ручьем кровь из носа. А Настя, скорым шагом обойдя поверженную тварь, выдернула из своих брюк ремень поудобнее захватывая его край. Поймав за волосы сперва дернувшуюся в сторону Татьяну, женщина с оттяжкой хлестнула ее ремнем по заднице. Затем, ловко дернув рукой в сторону, уронила запищавшую во весь голос подругу и перехватила стремящуюся убежать подальше Викторию. Яростно полосуя кожаным ремнем по филейным частям виновниц всего случившегося она со змеиным шепотом, выговаривала визжащим женщинам.

— Я вам, курицы пустоголовые, макаки крашенные, покажу как за ягодкой бегать. Кормилицы вы наши заботливые чуть всех суки не угробили. Вам зачем голова дана? Думать это не про вас я это теперь знаю.

Остановила ее воспитательный процесс, усевшаяся рядом, прямо на землю Гала.

— Мам, может хорош. Они ж уже обоссались вон какие пятна растеклись, осознали значит.

Закинув себе ремень на плечо, Настя, села возле квазухи и задрав голову уставилась в прозрачную синь неба. Затем, толкнув в могучие плечо Галу, заразительно улыбнувшись, громко проговорила.