НАСТОЯЩЕЕ ИМЯ
Шрифт:
– Я не могу связаться с вертолетом, Рон. Ты не знаешь, в чем дело?
– Знаю, Дик. Он должен долететь до места, и он долетит. На борту мой сын.
Наступила продолжительная пауза. Эфир был чистым, без шорохов и тресков.
– Я так и думал, что за этим стоит нечто неординарное. Ты ведь не
Томпсон-Пиркс молчал.
– Надеюсь, ты понимаешь, что это ничего не меняет? – вновь возник
– Да, я это понимаю.
– Ты очень подвел меня, Рон. Да и всех нас подвел. Я ведь сообщил в Центр, что успешно
– Извини, Дик. Мне очень жаль.
Уоллес вздохнул.
– Ладно, Рон. Мы долго работали вместе, какие тут могут быть счеты. Но ты
– Где ты сейчас?
– Там, куда садился вертолет. Скоро поеду обратно. Наверное, через
– Да, Рон, это будет нормально. Через полчаса. Ты настоящий мужчина. Мне
– Прощай, Дик.
Телефон ожил снова. На этот раз звонила Луиза.
– Ты где, Рональд? Я хочу приехать к тебе!
– Я сам приеду к тебе, девочка. Знаешь, раньше меня звали Томом. А ещe
– Что? Что ты говоришь?! Ты где, Ронни?!!
Пиркс совсем отключил телефон.
Ровно через полчаса, опустив левое и правое стекла, он развернулся и медленно поехал в сторону города. Вскоре впереди раздался рев мотоциклов, четыре фары, как неводом перекрыв шоссе, быстро приближались. Они охватили "ситроен" полукольцом: черные кожаные куртки, темные отблескивающие маски
Он выстрелил первым: вначале влево – темное стекло шлема разлетелось вдребезги, на миг за ним мелькнуло белое лицо, но оно тут же тоже стало темным
– Пш! Пш! Пш! – лобовое стекло машины брызнуло осколками, сквозь маленькие дырочки ворвался ледяной ветер смерти. Перегнувшись вправо, Пиркс выстрелил ещe дважды – второй мотоциклист слетел в кювет, но тут сразу две пули
Макс прилетел в Лондон ночью. Переночевал в аэропорту, утром абонировал в Британском банке сейф на предъявителя, спрятал бриллианты, тщательно записал шифр и пароль. Потом из таксофона позвонил Худому. Перед тем, как отправиться на встречу, он зашел в непривычно чистый общественный туалет, разорвал на крохотные клочки французский паспорт, спустил в унитаз и тщательно промыл. Он
Часть четвертая. Всем по заслугам.
Глава 1. Крупные заказы.
– Они все смотрят на меня! Понимаешь – смотрят! И сдерживают улыбки! Или
Фокин тяжело вздохнул. Эти сцены стали ежедневными и аппетита за
– Тебе просто кажется. Доктор сказал, что это остаточная реакция, это
Лучше бы он этого не говорил. Как бензином плеснул в тлеющий костерок…
– Много знает твой доктор! Да и ты вместе с ним!
Наташа уперла руки в бока и широко расставила ноги, приняв агрессивную позу базарной торговки. Раньше она так не делала –
– Это же не вас били и насиловали в подвале! Не вас хотели убить! Не на
– Ну не ходи на работу, посиди какое-то время дома, – увещевающе сказал
Лицо жены исказилось.
– Умный какой! Да там тоже сразу все узнают! И скажут – раз оттуда ушла,
Это могло продолжаться до бесконечности. Наташу будто подменили: она стала некрасивой, вздорной и злой. Казалось, за все пережитое она хочет
Фокин отставил недопитую чашку с чаем и встал.
– Я пошел на службу.
– Иди. Скатертью дорожка!
День начинался испорченным настроением. Как и все последние дни. После выписки Наташи, жизнь превратилась в ад. Спускаясь по лестнице, Фокин бросил в рот сигарету. Он то бросал курить, то снова начинал. И эта борьба с собой доставляла мазохистское удовольствие и отвлекала от действительности. Когда делаешь себе уступку, мир вокруг становится немного веселей… Он щелкнул
У подъезда стояла неновая "ауди-100" с затемненными стеклами. Он насторожился. Правое стекло съехало вниз и наружу выглянуло широкое лицо с оспинами на щеках, спадающими на лоб жесткими волосами и прищуренными
– Садись, дело есть! – не здороваясь, бросил Клевец.
После короткой заминки, Фокин сел рядом с ним.
– На службу? – спросил тот, и не дожидаясь ответа, завел мотор. – Я тебя
– За этим и приехал?
– Слушай сюда, – не обращая внимания на подколку, деловито произнес Клевец. – Один мой агент дал информацию. Сделан "заказ" на кого-то из ваших. Дословно он сказал так: "Раньше "конторских" боялись, а теперь заказывают, как
– Кто этот "из наших"? – грубо спросил Фокин.
– Не знаю. Но птица крупная. Доставил "Консорциуму" большие неприятности. За его голову дали сто тысяч зеленых. Сейчас он где-то за границей, кажется в
Грубость и незаинтересованность Фокина мгновенно исчезли.
– А кто исполнитель?
– Мой человек не знает. Но сказал – чистодел. Уже многих в расход пустил,
– Не интересовался, – ответил Фокин. – Мало ли мрет по Москве народу…
И увидев станцию метро сказал:
– Останови, мне на метро быстрее.
Добравшись до кабинета, он позвонил Пасько. Судмедэксперт оказался на
– Слышь, Саша, если при вскрытии вы причину смерти не установили, что
– Так и пишем: вскрытие показало, что покойный умер в результате
– Не гони туфту! – без изысков рыкнул Фокин.
Пасько усмехнулся.
– Ну, немного не так… Пишем: острая сердечно-сосудистая недостаточность.
– Почему?
– Да потому, что так и есть. Кровеносный сосуд спазмом перехватило, кровоток нарушился – и готово! А когда мы режем – вся мускулатура уже
– Ага, – озадаченно произнес Фокин. – И много таких случаев?