Настольная книга писателя
Шрифт:
Б.Пильняк
56. БЫСТРО-МЕДЛЕННО
Я пишу очень быстро и легко, так что это даже меня пугает. Приключенческие романы мне случалось писать за месяц, за двадцать дней.
П.Вежинов
Продолжительность работы над разными вещами вообще у меня очень неодинакова. Например, «Белая гибель» заняла около двух недель, «Гравюра на дереве» - два с половиной месяца, а «Сорок первый» - написан в два дня.
Б.Лавренев
По
П.Дашкова
Больше всего времени уходит на мозговую атаку. Пишу без черновиков. Страниц десять в день. Роман — за полтора-два месяца. Потом он несколько дней вылеживается. Потом я его перечитываю. Со стороны. Как чужой.
В.Доценко
Обычная моя норма - пять страниц в день. В состоянии полного покоя могу выдать три нормы.
П.Дашкова
Бывали случаи, когда писал круглые сутки и больше, не вставая из-за стола. Так написаны «Изергиль», «26 и одна». А «Рождение человека» в три часа. Даже, кажется, меньше.
М.Горький
Роман «Сухая долина», который содержит 600 страниц, я написал за шесть месяцев, причем перерабатывал его три раза. Знаете, какой это труд?
П.Вежинов
Я самый быстрый писатель в мире. Вы назовете какого-нибудь Сименона, но у него был штат помощников в несколько десятков человек. Он только приводил их разработки в единое целое. Любой мастер западного бестселлера - это целая фабрика. Понятно, они могут каждый месяц выдавать по книге. А я работаю сам.
В.Доценко
Я медленно пишу.
С.Довлатов
Тот, кто быстро пишет, не научится писать хорошо; но тот, кто пишет хорошо, научиться писать быстро.
Квантилиан
Пишу настолько быстро, что однажды мой почерк сравнили со следом гусеницы, которая окунулась в чернила и пошла ползать по бумаге. Если оставить текст до завтра, я сам не смогу его прочесть, так что приходиться быстро перепечатывать то, что было написано также очень быстро.
У.Фолкнер
Русский писатель нетороплив в работе — не то что западный. Многие западные писатели пишут по сотне рассказов в год!
Ю.Казаков
Флобер был мучеником. Он писал так медленно, что с отчаянием говорил: «Стоит самому себе набить морду за такую работу».
К.Паустовский
Я медленно всегда писал.
И.Соколов-Микитов
Я не умею и не люблю писать долго, да и времени никогда нет. С другой стороны, считаю, что человек должен успеть это прочитать за один нормальный вечер после работы. Я пишу довольно плотно, детали укладываю в одну фразу, не расписывая, использую реалии, что вокруг нас. Такие реалии хороши тем, что их можно только обозначить и все сразу узнаваемо. При таком использовании системы знаков писать долго просто не нужно.
А.Кабаков
вопрос: Сколько
ответ: Я работал над ней в течение нескольких лет. Герой Сантьяго мне нравится больше других созданных мною персонажей. Я потратил восемьдесят дней, только чтобы отшлифовать и перепечатать повесть на машинке.
Хемингуэй
Я написал «Когда я умирала» за шесть недель. «Шум и ярость» - за шесть месяцев. «Авессалом, Авессалом» - за три года.
У.Фолкнер
57. ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА
Мориак не написал ни единого романа от первого лица, и, тем не менее, он ни разу не смог оторваться ни от родного ему мира окраины Бордо, ни от среды католической буржуазии, в которой вырос. Следовательно, сам того не желая, Мориак всю жизнь писал автобиографию от третьего лица. Можно, наоборот, от первого лица вести повествование, полностью вымышленное.
Э.Базен
Вначале с формой от третьего лица работается легче, чем потом, когда осознанные или неосознанные личностные ценности стали очевидными в разностороннем освещении от третьего лица; не потому, что автор как личность возомнил о себе больше, а потому, что маскировка изветшала, и он вынужден потом прибегнуть к нетронутой форме от первого лица.
М.Фриш
Возможно, повествование от первого лица рекомендуется именно при самоуглубленности - его обеспечивает более строгий контроль. Можно, ради контроля, написать от первого лица, а затем перевести это в форму от третьего лица, дабы удостовериться, что последнее не только маскировка; но тогда остаются фразы, которые выигрывают в объективности, только когда они написаны от первого лица; переведенные же. слово за словом, в безобидную форму от третьего лица, они производят впечатление трусливости; автор не преодолевает себя, когда пишет от третьего лица, он только увиливает.
М.Фриш
Две трети романа написаны от третьего лица, а потом включается первое (А. Иванов. «Географ глобус пропил»)
А.Велединский
Повествование от третьего лица тоже не может помешать читателю увидеть автобиографическое именно там, где личный опыт претворяется в выдумку.
М.Фриш
Для исповедальной литературы (максимальная искренность по отношению к самому себе) повествование от третьего лица более плодотворно.
М.Фриш
Неприкрытые повествователи от первого лица, такие, как Генри Миллер, Витольд Гомбрович и другие, не создают исповедальной литературы и потому переносимы, что их «я» наделяется определенной ролью. Авторы подобного рода кажутся скорее невинными, они творят из собственной плоти и сами живут в своем творении, - едва ли когда-нибудь возникает впечатление, что они вытаскивают на свет божий лично интимное: они скорее являются собственным литературным объектом, собственным образом, поэтому им не приходится скрывать тщеславие, оно свойственно самому образу наряду со всем остальным.