Насмешница

Тиммон Джулия

Терри смотрит на окно, без слов проходит к нему и поправляет занавески.

— Не суетись, — говорю я. — Я на минуту. Не предупредила заранее, потому что… в телефоне села батарея, а зарядное устройство я забыла дома. — Взволнованно сглатываю. — А с работы… не позвонила, потому что надумала заскочить к тебе уже по дороге.

Терри, явно не вполне мне веря, медленно кивает.

— В прошлый раз я забыла взять сумку с туфлями, — объясняю я. — В спальне, ты наверняка видел.

— А, да. Я убрал

ее в кладовку, чтобы не мешалась под ногами, — говорит Терри до боли равнодушным голосом, и у меня что-то обрывается внутри. Он проходит в кухонный сектор с таким видом, будто меня здесь уже нет, и принимается готовить кофе.

— Может… вынесешь мне сумку? — растерянно спрашиваю я.

— Прости, я спешу, — отвечает он. — Ты уж, пожалуйста, сама. Дорогу в спальню ведь еще не забыла?

Он усмехается, а я хлопаю ресницами. Надо было правда выждать время, не теребить свежие раны в душе, мысленно ругаю себя. Он определенно думает, что туфли — это предлог, вот и держится победителем.

Не добавляя больше ни слова, быстро прохожу в спальню, беру из кладовки сумку и хочу так же поспешно выбежать, чтобы поскорее исчезнуть, но приостанавливаюсь и смотрю на нашу кровать. В груди поднимается горячая неспокойная волна. Черт! Черт…

Старательно прикидываясь безразличной и озабоченной делами, которые больше не касаются Терри, выхожу и устремляюсь к двери.

— Пока, — произношу, уже берясь за ручку.

— Подожди, — вдруг говорит он не слишком ласковым, но и не столь убийственно ледяным тоном.

На мгновение замираю и поворачиваю голову.

— Что?

— У меня к тебе одно дело. — Терри хмурясь засовывает руки в карманы. — Гм… — Он кивает на кофеварку. — Будешь?

Кручу головой.

— Нет, спасибо. Не хочу тебя задерживать. Ты же сказал, что…

Терри поднимает руки.

— Да-да, времени у меня в обрез. Но этот разговор займет всего минут пять. Пока бы пили кофе, все обсудили бы.

Я снова качаю головой.

— Что за дело?

— Понимаешь… — Терри потирает нос, — деду я пока не рассказывал о разводе. Он себя неважно чувствует. А на следующей неделе ему стукнет семьдесят пять. Бедняга задумал устроить для нас праздник. Хочет пригласить Тайбора с Рейчел, Каролину, Фредди, Кларксонов… и, естественно, нас с тобой, — добавляет он сдавленным голосом.

Настораживаюсь.

— Что ты предлагаешь?

Терри, глубоко вздыхая, наливает себе кофе.

— Хочу попросить тебя… уважить старика. Съездим к нему, сделаем вид, что мы…

— До сих пор муж и жена? — спрашиваю я, картинно изгибая бровь.

Терри разводит руками.

— В каком-то смысле… да.

— Что значит «в каком-то смысле»?

— Это значит, что нам не придется делать ничего особенного. Просто явимся, поздравим старика.

Если хочешь, можешь целый вечер общаться с другими, в мою сторону даже не смотреть. Я притворюсь, что увлеченно спорю с Кларксоном. Его разболтать — дважды два…

Подбочениваюсь.

— А если бы я не заехала?

— Тогда бы я сам позвонил, — говорит он, делая глоток кофе.

Наступает напряженное молчание. Я, вместо того чтобы уточнить дату и прикинуть, буду ли я свободна в тот день, раздумываю, не преследует ли Терри неких тайных целей. Об этом как будто ничто не говорит, но мне, к моему великому удивлению, страстно хочется в это верить.

Что со мной? — гадаю я, глядя на бесконечно родной профиль бывшего мужа. Досадно, что он не ползает у моих ног на коленях, не умоляет и не канючит? Или дело в чем-то другом? В чем?

Терри допивает кофе, ставит чашку в раковину и нетерпеливо дергает головой.

— Если это для тебя очень сложно…

— По-моему, я еще не ответила, — перебиваю его я.

Он извинительно приподнимает руки.

— Понимаешь, если открыть старику правду прямо перед его торжеством, которое он затевает в основном из-за нас, боюсь, его хватит удар.

Он не преувеличивает. Бабушка Терри умерла еще молодой, а родители погибли при совершенно немыслимых обстоятельствах: во времена, когда в Бруклине царствовала мафия, они случайно попали в уличную перестрелку. Мать скончалась на месте, а отец жил еще несколько часов и умер в больнице. У нас с бывшим мужем похожие судьбы: моей мамы не стало, когда мне было восемь лет. Ее сбил грузовик, груженный строительными материалами. Меня воспитывали отец с братом, а Терри — дед.

В меня вложил всю душу папа, а Терри — свет в окошке для деда. Не сомневаюсь, что старик в самом деле устраивает этот праздник больше для нас двоих.

— Если ты еще не знаешь, не помешает ли это твоим планам, давай свяжемся позднее, — предлагает Терри, уже начиная нервничать.

Я снова задумываюсь о том, в чем причина его тревоги. Боится, что я обижу его обожаемого деда, или хочет, чтобы мы еще хоть единственный вечер побыли мужем и женой? Или то и другое? Или?.. Довольно! — приказываю сама себе.

— А Рейчел, Фредди и Тайбору что мы скажем? — спрашиваю я, хоть и не вижу в этом большой сложности. Просто вдруг ловлю себя на том, что хочу потянуть время.

Он всплескивает руками.

— Они все поймут без лишних объяснений.

— Значит, нам всей компанией придется целый вечер ломать комедию? Думаешь, у всех это получится? А если кто-нибудь проболтается?

— Мои ребята не подкачают, — с уверенностью произносит Терри. — Мы вроде братьев, из таких передряг друг друга вытягивали, бывало шли на такой риск, что тебе и не снилось.