Наследство для двоих
Шрифт:
– Лейн рассказал мне о тяжелой финансовой ситуации, в которой вы оказались, – неуверенно начала Рейчел. – Все эти долги и так далее… И я понимаю, что перспектива того, что Ривер-Бенд будет на аукционе, не может радовать вас. Поэтому, чтобы его не пустили с молотка, я предпочла бы купить его сама.
– Каким образом? На деньги моего отца? – Эбби с горечью вспомнила слова Лейна о том, что ее отец успел перед смертью обеспечить Рейчел.
– Да, на это пойдет большая часть денег со счета, который он открыл на мое имя, – признала та.
«Большая часть». Это значило, что Дин оставил ей очень крупную
Она почувствовала, что внутри ее что-то оборвалось, и была уже не в силах сдерживать скопившиеся в ней ярость и ненависть.
– Я скорее сожгу Ривер-Бенд до основания, чем его получите вы! А теперь вон отсюда! Убирайтесь, прежде чем я велю вышвырнуть вас! Слышите? Вон! Вон!!!
Эбби уже ничего не слышала и не видела перед собой. Она истерично кричала на Рейчел, которая, бессознательно ища защиты, прижалась к Лейну.
Внезапно между ними оказался Маккрей и крепко сжал запястья Эбби.
– Успокойся. Ты уже достаточно ясно выразила свое пожелание.
Не в силах унять ярость, она вся тряслась, а голос ее срывался.
– Убирайтесь! – в последний раз выкрикнула она. Лейн довел Рейчел до машины и помог ей сесть за руль. По ее лицу ручьем текли слезы, но Эбби знала, что боль, жившая внутри ее самой, гораздо сильнее этих крокодиловых, как она считала, слез. Взглянув на мать, она увидела, что та выглядит сломленной и растерянной.
Когда машина тронулась с места, а Лейн направился обратно к ним, Бэбс беспомощно проговорила:
– Я лучше пойду в дом.
– Да, мама, – натянутым голосом ответила Эбби. Маккрей отпустил ее запястья, и она пошатнулась. Ее подозрительный взгляд был устремлен на Лейна. Теперь-то она знает, кому он по-настоящему симпатизирует.
– Мне очень жаль, что ты настроена так враждебно, Эбби, – начал он. – Рейчел хочет купить Ривер-Бенд, чтобы он остался в семье.
– Очень хочет, да? Как благородно с ее стороны – заботиться о семейном гнезде! А как, по-твоему, должна чувствовать себя мама, зная, что отец оставил ее нищей, а Рейчел благодаря его заботам теперь в состоянии купить Ривер-Бенд? Неужели ей и без того было мало страданий? Ведь на протяжении всей жизни она знала, что отец ее не любит! Неужели она заслужила, чтобы ей напоминали, что он обеспечил ребенка своей любовницы, забыв о своей жене и законной дочери? – с горечью говорила Эбби.
– Я представляю, что ты сейчас испытываешь…
– Представляешь? Я в этом сомневаюсь. Потому что сейчас я испытываю то же самое, что и мама. Я ненавижу этот дом. Я жду не дождусь, когда продадут и его, и все, что в нем есть.
Эбби развернулась и пошла прочь. Маккрей не промолвил ни слова, но ей было наплевать, что он подумал. По крайней мере, сейчас. Она даже не думала, что можно так сильно ненавидеть.
18
– А теперь подпиши здесь.
Лейн открыл последнюю страницу договора о партнерстве и указал Рейчел на строчку, помеченную крестиком. Женщина четко расписалась и поднялась из-за массивного
– Вот и все, – удовлетворенно сказал он, сложив стопкой копии документа и подвинув верхнюю ей. – Возьми свой экземпляр. Ты счастлива?
– Еще бы! – улыбнулась Рейчел. – Иметь тебя своим партнером… – Она обернулась и посмотрела в окно, откуда открывался великолепный вид на город. Лишь одно могло сделать ее еще более счастливой – обладание Ривер-Бендом.
– Предлагаю поужинать и отпраздновать это событие.
Его голос прозвучал над самым ее ухом, и Рейчел поняла, что Лейн вышел из-за своего стола и стоит теперь рядом с ней. Почему же она не услышала ни звука? Ах, да, его роскошное кресло на колесиках слишком дорого стоит, чтобы еще и скрипеть, улыбнулась про себя Рейчел. Она оглядела кабинет, снова восхитившись его чистотой и современным дизайном. Как и во всех остальных помещениях этого здания, в просторном кабинете преобладали стекло и хромированный металл. Кабинет располагался в угловом помещении небоскреба, поэтому отсюда открывался изумительный вид на центр Хьюстона. Рейчел нравились симметрия и стиль, в котором была выдержана эта комната. Все предметы обстановки соответствовали друг другу, и из этой гармонии не выделялся даже огромный письменный стол.
– С удовольствием. Кстати, – повернулась она к Лейну, – ты не сказал мне, разговаривал ли ты с Эбби после того, как… – Рейчел оставила фразу незаконченной. Было понятно, что она имеет в виду их последнюю кошмарную встречу на прошлой неделе.
– Я звонил ей вчера и сообщил, что мы отправляем ей каталог предметов, выставляемых на продажу. Она должна была проверить его на предмет ошибок. Имена некоторых лошадей такие мудреные, что на них можно сломать язык. Арабские, разумеется. Без словаря не разберешься. – Рейчел не улыбнулась на его шутку, и Лейн тяжело вздохнул: – Ты еще не передумала? Ведь ты же знаешь, каково им будет.
– Нет, я по-прежнему хочу, чтобы мы купили Ривер-Бенд. – Она закрыла глаза, и перед ее внутренним взором снова предстало лицо Эбби, написанные на нем ярость и вызов. Это придало ей дополнительной решимости приобрести их владения. – Ты, видно, считаешь, что это с моей стороны непорядочно?
– Нет-нет, ничего подобного. – Лейн помолчал, словно обдумывая мысль. – Откровенно говоря, после того, как ты ушла в тот день, Эбби сказала мне, что они с матерью ненавидят свою ферму. По ее словам, она ждет не дождется, когда Ривер-Бенд будет продан.
– Так и сказала? Что это на нее нашло? – Рейчел была удивлена и почувствовала возмущение. Это было настоящим предательством по отношению к их общему отцу. – Ривер-Бенд – это память о Дине. Его семья владела этим поместьем в течение полутора веков. Как она может мечтать о том, чтобы продать его какому-нибудь постороннему человеку?
– Не знаю, но именно так она и сказала.
– Ну что ж, я этого не допущу. Я просто не могу позволить, чтобы такое случилось. – Она взглянула на только что подписанный документ, копию которого все еще держала в руке. – Я знаю, ты думаешь, что я глупа и сентиментальна. Может, нам стоит порвать эту бумагу? Ты ведь не одобряешь моего намерения купить Ривер-Бенд…