Наследники

Роббинс Гарольд

— В моем бизнесе нет места для шуток.

Прием сработал не хуже, чем с Синклером. Тон его изменился.

— Но ты представляешь, сколько это будет стоить?

— Неважно. Ты же видел последний финансовый отчет Синклера. Прибыль более ста миллионов.

— И что ты будешь делать, когда их получишь?

— Вставлю их в субботнюю программу. С девяти до одиннадцати вечера, — я обратил внимание, что он сказал «когда», а не «если».

Вновь он изумился.

— То есть хочешь вернуться к тому, с чего начинало телевидение. Теперь-то в это время

показывают только телесериалы.

— Показывают другие телекомпании, — уточнил я. — «Синклер» не удосужился снимать свои телефильмы.

Единственное, что у них есть, — это деньги. Вот я и хочу использовать малую их толику, чтобы прибрать себе часть рынка.

— Но это неверный ход, — запротестовал он. — Мы можем создавать свои программы.

Я понимал, что его гложет. За фильмы не полагалось десять процентов комиссионных, и ему не хотелось терять жирный еженедельный кусок.

— Совершенно верно. Но в следующем году. Ты же сам сказал, что в этом ничего не получится.

— Над тобой все будут смеяться.

— И пусть. Плевать я на них хотел. Главное — рейтинг. Им будет не до смеха, когда придет очередная выборка Нельсена.

— Когда ты хочешь начать?

Я легко читал его мысли. Чем меньше срок, тем выше цена, и он собирался компенсировать потери за счет других участников сделки. Как он это сделает — меня не волновало, при условии, что я получал фильмы.

— В январе.

— То есть времени совсем ничего. Влетит в копеечку.

— Ты это уже говорил, — я отпил из бокала. — Ты помнишь девиз кинокомпаний? «Фильмы — ваше лучшее развлечение». Что ж, я с ними согласен.

— Будем надеяться, что ты не ошибся, — мрачно ответил он.

— Я в этом уверен. А теперь давай закажем обед. Ты позвони своим мальчикам и скажи, что мы встретимся в моей квартире в одиннадцать.

Он потянулся к телефонному аппарату.

— Какой адрес? Двадцать пять, Сентрел-Парк-Уэст?

— Нет. Уолдорф-Тауэрс, пентхауз [7] Би.

От изумления у Джека разве что не отвисла челюсть.

— Я не знал, что ты переехал.

— Среди прочего, я сегодня занимался и этим. Мне нравится ходить на работу пешком.

7

Квартира на крыше здания.

Глава 4

На этот раз, когда я вошел в вестибюль, меня уже знали. Обе девушки за полукруглым столом радостно заулыбались.

— Доброе утро, мистер Гонт, — поздоровались они хором.

— Доброе утро, — ответил я.

Ко мне направился охранник, который днем ранее отвозил меня наверх.

— Доброе утро, мистер Гонт. Ключ от вашего лифта у меня. Я покажу вам, как им пользоваться.

— Благодарю вас, мистер Джонсон.

Он улыбнулся, довольный тем, что я запомнил его фамилию. Я последовал за ним в маленький коридорчик.

Остановились мы у другого лифта, рядом с тем, на котором поднимались в прошлый

раз. Он вытащил из кармана ключ и вставил в замочную скважину, расположенную на месте привычной кнопки. Повернул. Двери открылись. Мы вошли в кабину.

— Вам нужно лишь нажать кнопку «Вверх». Между вестибюлем и вашим этажом остановок не будет. Кнопка «Вниз» доставит вас в вестибюль.

Я кивнул, улыбнулся.

— Тут звонка нет?

— Нет, сэр, — на его лице не отразилось и тени улыбки. — Электронная система обнаружения металла имеется только в лифте мистера Синклера. Он распорядился установить ее в прошлом году, когда какой-то псих заявился к нему с пистолетом.

Я ожидал продолжения, но его не последовало. Оставалось только гадать, что такого наделал Синклер, если его хотели пристрелить.

— Приходящие к вам люди будут направляться в главную приемную на сорок седьмом этаже, — добавил охранник. — Оттуда они поднимутся на другом лифте, обслуживающем только пять верхних этажей. В нем постоянно находится лифтер, все прочие лифты в здании — автоматические. От этого лифта только три ключа.

Один — ваш, второй — у мисс Фогарти, вашего личного секретаря, третий — у секретарей-регистраторов в вестибюле, — он нажал кнопку «Вниз» и двери вновь открылись. — Вас интересует что-нибудь еще?

— Только одно: на каком этаже мой кабинет?

В его глазах я заметил удивление.

— На пятидесятом, сэр.

— Благодарю, мистер Джонсон, — он вышел из кабины, а я нажал кнопку «Вверх».

Мисс Фогарти уже ждала меня, когда открылись двери кабины. Лет двадцати шести, высокая, стройная, кареглазая, с темно-русыми волосами, перехваченными черной лентой, в строгом черном платье от Диора, из украшений — лишь золотая булавка на плече.

— Доброе утро, мистер Гонт. Я — Шейла Фогарти, ваш главный помощник.

Я протянул руку.

— Доброе утро, мисс Фогарти.

Холодная, чуть влажноватая ладонь подсказала мне, что она волнуется ничуть не меньше меня. Мое настроение сразу улучшилось. Я улыбнулся, она последовала моему примеру.

— Позвольте мне показать вам ваши владения.

Она повернулась, и я отметил про себя, что у нее отменная задница и отличные ноги.

— Расположение комнат на этом этаже точно такое же, как у мистера Синклера. Из сотрудников компании целый этаж занимаете только вы.

Я последовал за ней по коридору. Белые стены, расцвеченные картинами. Тот, кто их выбирал, несомненно, обладал отменным вкусом. Мне показалось, что среди них были подлинники Миро и Пикассо.

Мисс Фогарти поймала мой взгляд.

— Все картины из коллекции мистера Синклера.

Она открыла первую дверь.

— Тут просмотровый зал.

Я заглянул внутрь. Двадцать два удобных кресла плюс экран. Я кивнул, она закрыла дверь и мы двинулись дальше.

— Большой зал заседаний, — длинный стол, за которым могли усесться двадцать человек. — Есть еще малый зал заседаний, а между ними кухня. Шеф-повар приготовит к ленчу все, что вы пожелаете заказать.