Наследники предтеч. Выживание

Непейвода Софья Николаевна

Посидев и послушав журчание воды, Свинтус отделил ещё пучок мха и автоматически принялся скатывать его в шарик. Росс переменил позу, моргнул и как бы между прочим спросил:

— Какое у тебя было образование там, на Старой Земле?

Я вздрогнула, не ожидая вопроса. Мне казалось, они принимают решение.

— Высшее. Биолог. Специализация — экология животных, энтомология, — добавила я, подумав.

— Где работала? Должность, степень? — тоном следователя, ведущего допрос, продолжил зеленокожий.

— В НИИ сельского хозяйства.

Научный сотрудник. Почти кандидат наук.

Неожиданно настроение Росса резко сменилось и весело хмыкнув, он насмешливо поинтересовался:

— Почему почти?

— Сюда попала. А здесь почему-то подходящей комиссии не нашлось, — не выдержав давления, ехидно-агрессивно поведала я. — Да и тематика работы тут заинтересует разве что историков. В этом мире многое отличается. И начинать исследования приходится с нуля. Мне, например, гораздо больше пригодились высоко теоретические знания, общие законы, а не частные случаи из практики на Земле. Хотя и они совсем небесполезны.

При воспоминании о прошлом мире меня охватила ностальгия. Всё-таки Земля — это родное, и её природа — потерянное богатство.

— Ладно, закончим с этой темой и перейдём к следующей.

Пока зеленокожий говорил, Свинтус старательно делал вид, что его тут как бы и нет. Какой же он тогда лидер? Или он просто боится Росса? Вполне возможно. Сделав небольшую паузу, зеленокожий продолжил:

— С кем ты жила и как выживала в этом мире?

Я снова насторожилась. Да что Россу вообще надо? Может, ему ещё всю подноготную выложить?

— Одна жила. А как выживала, это всё-таки, в первую очередь, моё личное дело. И я не собираюсь делиться этими сведениями.

— Тогда, может, соизволишь сообщить хотя бы самый минимум? Ты убивала? Грабила или воровала? Хотя, о чём я спрашиваю, — решив, что ответа не последует, зеленокожий разочарованно махнул рукой и отвернулся.

Однако в этом вопросе я посчитала, что не имею права утаивать информацию. Лучше сказать и уйти, чем соврать и завязнуть в болоте лжи.

— Не грабила и не воровала…

Он язвительно улыбнулся, и не ожидая иного.

— Но убивала. Два раза — с гарантией, один — почти, — я заставила себя замолчать, осознав, что в голосе проскользнули истеричные нотки.

Мужчины по-новому, оценивающе, осмотрели меня и переглянулись.

— Но о причинах и самом процессе предпочитаю пока не распространяться, — пытаясь выдержать спокойный тон, продолжила я. — Ещё вопросы? Или допрос окончен, и вы соизволите-таки сообщить мне своё решение? — в конце я снова с трудом сдержалась, чтобы не сорваться.

— Мы должны посовещаться с остальными, — вставая, холодно произнёс Свинтус. — Можешь подождать здесь, как только мы определимся, тебя известят, — снисходительно бросил он, и они удалились, а я разозлилась на себя.

Зачем нагрубила? В следующий раз надо лучше сдерживаться. Эти мужчины интересовались вполне естественными вещами, которые действительно необходимо узнать до того, как принять

или прогнать. Посидев в одиночестве и остыв, поняла, что мне не светит место в группе. Ведь, если посмотреть со стороны, обо мне складывается не лучшее впечатление: припёрлась чужая, не отличающаяся вежливостью, тётка и хочет, чтобы её мало того, что приняли, так ещё и на её условиях. Не жирно? Вздохнув, я подобрала ещё кусок коры. Пусть лидер не объявил вслух, но очень наглядно продемонстрировал своё решение. Но, всё-таки, стоит дождаться ответа. Хотя бы, чтобы просто уважать себя.

Где-то через полчаса к воде вышел зеленокожий. Присел рядом и долго смотрел на разбегающиеся от капель круги.

— Знаешь, мы обсудили твою кандидатуру и решили… — Росс сделал паузу и я обречённо вздохнула. — Что тебе стоит дать шанс. Так что мы тебя принимаем. И даже на твоих условиях.

Стоп! Я резко вскочила. Это что, согласие?! Не понимаю. Они же должны были прислать отказ!

— Но почему? Я ведь вам никто и никаким боком! Вы приняли неправильное решение… в смысле я не понимаю, с какой стати… — я замолчала, испугавшись, что сейчас сама всё испорчу. — Почему всё же вы решили именно так?

— Мой ответ зависит от того, что ты хочешь услышать: горькую правду или сладкую ложь? — Росс прищурился, и я поёжилась под пронзительным взглядом жёлтых глаз.

Каждый раз, когда зеленокожий приближался, внимание притягивало его странное, хищное и, одновременно, отчуждённое выражение лица. Такой убьёт и не поморщится. Непрошеная мысль заставила нервно сглотнуть, и почему-то захотелось выбрать сладкую ложь. Но если даже сейчас я так поступлю, то потом всё равно не успокоюсь, пока не докопаюсь до истины.

— Давай лучше правду, — тихо сказала я.

Росс задумчиво хмыкнул и отвернулся к реке.

— В твою пользу мы нашли несколько аргументов. Во-первых — ты хочешь присоединиться сейчас, когда мы, мягко выражаясь, не на коне. Во-вторых, посовещавшись, мы решили, что, скорее всего, ты ответила на вопросы честно. На те, на которые соизволила ответить, разумеется. И, наконец, в-третьих, ты нам не так чужда, как хочешь это представить… таинственная незнакомка. Негласно мы общаемся уже неделю.

Последние слова сильно смутили: меня выследили, а я-то считала, что хорошо пряталась.

— Мы, может, и не лучшие следопыты, но и не слепые. Хорошо лазаешь, кстати.

В голову тут же закралось нехорошее подозрение, что положительное решение приняли, только чтобы не лишиться бесплатного поставщика фруктов, но Росс продолжил, словно поняв, о чём я думаю:

— Но никто не обязывает тебя и дальше нас кормить. Это сугубо твоё дело, и мы можем договариваться об этом только в личном порядке. Орден занимается наукой, и от тебя мы требуем только соблюдения наших правил и общих законов. Заметь, мы даже согласились принять тебя на особых условиях, и если что, ты всегда сможешь нас покинуть. Ну как, идём к остальным?