Наследники легенд
Шрифт:
Его ладонь излучала тепло и нежность – так и хотелось замурчать. Интересно, кроме меня еще бывают мурчащие драконы? Захотелось обнять его… Но не лапами же?
«У меня проблема, – заныла я мысленно. – У меня большая проблема…»
– Какая? – переспросил встревоженно Ил.
– Ты меня слышишь?
– Да. Я и с детьми так говорил. Наверное, это нормально. Для драконов. Так что за проблема?
– Я… – Я подумала, что, если сейчас заплачу, наберется еще одно озеро. – Я не могу назад… в себя…
Дэви остановился рядом с отцом и критически оглядел меня снизу.
– Нужно себя вспоминать, – сказал
– Я пробую, но у меня не получается. Сыночек, миленький…
– Я и так тебе помог туда, – насупился малыш. – Обратно нужно самой. А то так и останешься.
– Не бойся. – Ил обхватил руками мою огроменную морду. – Давай вспоминать вместе. Я буду рассказывать, а ты представляй…
Только для того, чтобы наслушаться комплиментов, стоило обернуться драконом. Я внимала негромкому голосу, но, вспомнив, как это было с драконом, думать теперь старалась не о себе, какие у меня глаза, волосы, руки, а о том, как чудесно было держать на руках сына, как Лара порой вечерами терзала мои волосы, сооружая какую-нибудь невообразимую прическу, как муж целовал меня поутру… И не только поутру… Мысли свернули не туда, зато я вспомнила себя всю, без остатка.
– Люблю тебя, – шепнула на ухо, наконец-то его обняв. – Всех вас люблю.
– У, как быстро все кончилось, – с притворной обидой протянул Сумрак, прижимая меня к груди. – И даже не прокатила. Жена называется!
Я могла бы пообещать, что обязательно сделаю это в следующий раз, но что-то подсказывало, что следующего раза не будет.
– Ты не должна была превращаться, – пояснил Дэви, когда я стала расспрашивать, что означают его слова о том, что он мне помог. – Ты не дракон. Ты человек. Когда-то ты выбирала и выбрала так.
Да, когда-то, когда я думала, что потеряла его отца навсегда, у меня был выбор: стать драконом или остаться человеком. И я приняла решение.
– Но ты летала, – улыбнулся сын. – Это даже не все настоящие драконы умеют. Рошан умеет и Ласта, – так они с Ларой называли Селасту. – А другой, старый такой, уже давно не летает…
На ночь стали у небольшой рощицы. Ил разбил палатку, мы с детьми насобирали хворост и дрова для костра. Провизии должно было хватить еще дня на два, и вопрос добычи пропитания пока не стоял. Долго, до полуночи, наверное, сидели у огня, разговаривали. Дэви и Лара делились своими секретами. Подозреваю, что далеко не всеми, но и того, о чем они рассказали, с лихвой хватило, и я боялась, что до рассвета не усну, потрясенная их откровениями, но отключилась мгновенно, стоило лечь. А утро встретила на диво отдохнувшей и спокойной. Было такое чувство, что все наконец-то встало на свои места: ни волнений, ни сомнений.
Не сомневалась я и в том, куда идти дальше.
Теперь, когда в пустоши возвращалась сила, можно было не только идти без труда, но и наслаждаться этим походом: трава, цветы, зеленые рощи, чистые звенящие ручьи… комары.
– Давай все-таки на драконе? – предложил Сумрак. – Устал, если честно. Не физически, а… Ну, понимаешь, да? И малыши в таком виде сильнее.
На последний аргумент возразить было нечем. Долгая дорога все же была для детей утомительной, а так и не устанут, и дорога уже не будет такой долгой.
– Хорошо, – сдалась я. К тому же безумно хотелось вновь испытать
Дэви и Лара, казалось, только этого и ждали. Иоллар еще не успел озвучить план, а черный дракон уже нетерпеливо бил хвостом и строил уморительные рожи, зовя скорее в небо.
– Да вы хоть дослушайте, куда лететь! – рассердился на такое непослушание строгий отец, но суровый тон был встречен улыбкой во всю драконью пасть.
– Мне кажется, они знают.
Земля осталась далеко внизу, ветер трепал волосы, а на душе стало грустно: как это мало в сравнении с испытанным недавно чувством абсолютной свободы. Но хоть так.
Полет занял не больше часа. Приземлившись на зеленом лугу у подножия одинокой горы, дети играючи сбросили нас с Ларом на траву и приняли привычный облик.
– Это здесь, – заговорщически прошептала дочка. – Совсем рядышком.
– Где? – огляделся Сумрак.
– Еще один карман, – пояснила я. – Тэриан сказал, что Велерина научилась создавать их. Видимо, и тот, в котором пряталась Башня, ее работа. Искажение было завязано на кровь, я прошла без проблем. Можно и здесь попробовать.
– Ну так… пошли?
Всего один шаг. А мне вдруг сделалось страшно. Действительно ли я хочу знать, что скрыто от посторонних глаз в усыпальнице величайшей чародейки прошлого? Действительно ли собираюсь оставить там силу, чтобы обрести утраченную свободу? А что, если я неверно истолковала намерения отказавшегося отпускать меня мира? Но одно я знала точно: этот мир задержал меня, чтобы однажды я пришла сюда, в место, где можно получить ответы. Мой путь начался задолго до того, как мы покинули Марони и прибыли на Саатар. Возможно, он начался еще в тот день, когда мы с Лайсом вышли из врат близи Сараста, и все эти годы сквозь горе и радости, обретения и потери я шла сюда, чтобы понять что-то очень важное. Отдать чужое и вернуть свое, и без разницы, о чем речь: о даре ли, о жизни…
– Пошли. – Я взяла мужа за руку и шагнула вперед.
Красота открывшегося нам места завораживала.
Зеленая долина, синее небо, отражающееся в ленивой реке, склонившиеся к воде ивы. Над сочной травой качались яркие головки цветов, над которыми с деловитым жужжанием летали пчелы и порхали беззаботные бабочки. Воздух пах вербеной и диким медом. Хватило одного взгляда, чтобы понять: в этот волшебный уголок сила вернулась не вчера, она была тут если не всегда, то уж точно с момента, когда выросло на невысоком холме над рекой строение из серого камня…
…Серый камень. Дикий плющ. Под ногами трава зеленым ковром…
Мой сон оживал, принимал осязаемые формы.
Высокие своды. Небо в узких окнах. Радужные блики от разноцветных витражей…
– Это не похоже на усыпальницу, – проговорил ошеломленно Иоллар. – Это не склеп, это…
– Дом, – сказала я. – Немного странный, но дом.
Маленький игрушечный замок. Башенки с высокими шпилями, зубчатые стены, окна-бойницы на втором уровне, а в нижних – цветные витражи: эльфы и люди, рыцари и принцессы, цветы, небо и искрящиеся водопады… Все это было в моем сне. А что там было еще?