Наследник
Шрифт:
– Что вы хотите этим сказать? – уточнила Ксюша.
– Да ничего особенного, – отмахнулся Арни, – Обычные детские страхи. Со мной занимался психотерапевт.
– Ну, да, – подтвердил телохранитель, сбавляя газ. Дорога начинала портиться и машину пару раз тряхнуло. – Он, безусловно, все объяснил тебе про игрушечную сиреневую мышь. Заодно вытащил воспоминания о дневной прогулке детдомовцев второго мая.
– Кстати, а что там случилось? – встрял Сашка. – Неужели мы попали под что-то типа ядерного взрыва?
– Сомневаюсь, чтобы мы выжили в этом случае, –
– Тебе плохо? – Ксюша пододвинулась ближе и взяла парня за руку, проверяя пульс. – Зря мы поехали за город. Надо было Элайю отвезти в больницу, а самим пойти в милицию.
– Шикарная мысль, – кашлянул Бульдог. – Учитывая, что в вашей поимке заинтересовано несколько крупных чиновников, включая мэра города.
– Не может быть! – охнул Сашка.
– Еще как может, – сказал мужчина, не отрывая глаз от дороги. – Сам видел их всех на тамариных сборищах. Удивительно, на какие гадости способны идти люди, чтобы получить доступ к самовозобновляемым ресурсам.
– К чему? – нахмурился Сашка.
– К вечной жизни, молодости, – пояснил Бульдог.
– Ну, сектантов обычно на этом и клинит. И, похоже, моя мачеха попалась на их удочку, – не удивился Арни.
– Все неверно, – телохранитель посмотрел на ребят в зеркальце заднего вида, – Во-первых, твоя мачеха сама создала эту секту. Во-вторых, она же целенаправленно занималась поиском детей, которые в момент перехода были рядом с порталом. В-третьих, самовозобновляемые ресурсы не ерунда. По крайней мере, в моем мире. Но ими надо еще уметь пользоваться. Мачеха твоя узнала обо всем можно сказать из первых рук. Она тоже была рядом в момент перехода. Случайно. Выехала на пикник в лесу. Тамару оглушило. Так что она не поняла толком, что произошло. Зато четко уяснила все про ресурсы. Вот сколько ты думаешь ей лет? – уточнил Бульдог у Арни, предупреждая вопросы растерявшихся ребят.
– Ну, не знаю, – наморщил лоб парень. – Может сорок…
– Твоей мачехе почти шестьдесят. С Сильвестром она стала встречаться от безысходности. Он был, насколько я помню, предпринимателем средней руки, постоянно попадавшим в какие-то неприятности. Еще у него всегда были проблемы с законом. И расписались они только после того, как мачеха тебя усыновила. Знаешь почему?
– Нет, – мотнул головой Арнольд.
– Сильвестра поразило, что женщина, которой было хорошо за тридцать, усыновив ребенка, стала выглядеть как восемнадцатилетняя девушка. Ты в курсе, что твой отец разбогател буквально в течение года после женитьбы? Вижу, что нет. А знаешь, почему он всегда таскал тебя с собой на переговоры?
– Ну, папа говорил, что хочет приучить меня к делу. Он всегда помогал, объяснял.
– Арни, – Бульдог свернул с разбитой дороги на гравийку, ведущую в заросли, – тебе не кажется странным теперь, когда тебе уже двадцать лет, желание отца посвящать семилетнего мальчишку в подробности контракта по поставкам оборудования? Могу поспорить, ты даже толком не понимал о чем идет
– Тогда не понимал, – согласился Арнольд. – Зато теперь я на этих контрактах собаку съел.
Бульдог хмыкнул.
– Твоя мачеха права. Ты всегда относился к своим способностям как к чему-то само собой разумеющемуся. Я видел как отец, читая вслух договор, внимательно следит за твоей реакцией. Ты в это время мог заниматься чем угодно: есть пиццу, листать комиксы. Но стоило тебе нахмуриться или сказать, что человек на подсунутой фотографии плохой, Сильвестр напрочь отказывался от дальнейшего сотрудничества с любой фирмой. Независимо от того, что она предлагала и на какие уступки шла. Пора понять, все деньги семьи Пименовых заработаны тобой и только тобой.
– Кажется, это называется интуиция. – Сашка попытался сделать умное лицо, но не выдержал, – Блин, если они его так успешно использовали, зачем убивать сейчас?
– Тамара стала стареть, стремительно стареть, – задумчиво сказал Арнольд. – Она меня достала походами по косметическим салонам. Я как привязанный должен был сопровождать ее везде и почти научился разбираться во всех этих кремах и примочках. Закончилось тем, что я упросил отца отправить меня на обучение за границу. Два самых счастливых года в моей жизни. Томка боится летать, а потому мы встречались с ней всего пару раз на Рождество. Отец, конечно, всегда был рядом. Как минимум раз в неделю мы с ним обсуждали дела.
– Да, – кивнул Бульдог – В последнее время ты стал входить в силу. За два года состояние Сильвестра выросло в два раза. Я предупреждал, а он никак не мог остановиться. Неудивительно, что им заинтересовались в городе и регионе. Разговоры Тамары о твоих сверхспособностях легли на благодатную почву. Возможно, ты отчасти прав. Мачеху подтолкнули к созданию секты. Тем более, что она начала много болтать о событиях пятнадцатилетней давности. С возрастом люди становятся более доверчивыми, не замечал? – спросил Бульдог.
– Зато я заметил, что мы уже на гравийке, – озабоченно произнес Элайя, – сбавьте ход и не потому что меня дико трясёт. Не надо обладать интуицией, чтобы понять – дорогой давно не пользовались. Лес старый и мы легко можем влететь в какую-нибудь яму или наткнуться на поваленное дерево.
Иллюстрируя его слова вдалеке показалось упавшее дерево почти перегородившее и без того неширокий проезд.
– Гений, – кивнул Бульдог, притормаживая. – У тебя все ушло в математику. Не удивлюсь, если ты станешь хорошим предсказателем.
– Боюсь, не успею, – хмыкнул Элайя. – Но, честно говоря, я предпочел бы физическое здоровье вместо всех моих способностей.
– За здоровьем это к нему, – телохранитель затормозил у дерева и обернулся, глядя на Александра, – В жутких условиях, практически на голодном пайке в семье алкоголиков вырос настоящий богатырь.
– Мне Михалыч очень помог, – краснея, скромно сказал Сашка.
– Михалыч только заметил алмаз и огранил его. Я очень надеюсь, что ты успеешь на соревнования. Ты ведь только о них и думаешь.