Наследник рода. Том второй

Щербенко Михаил

В один из дней Остромир мчался за двумя антилопами, ничего не замечая вокруг, их белые хвосты маячили перед мордой Адху, и казалось, что осталась лишь пара скачков до верного удара. Чуть позади летел на скакуне хвалисс, однако он не стрелял, опасаясь задеть друга, да и не желая лишать того чести настигнуть дичь. Внезапно они оказались

у подножия длинной, голой возвышенности, которые нередко встречались в степи, юноша взлетел на неё первым и невольно потянул удила на себя, поражённый открывшимся зрелищем. Посреди пустого пространства возвышались две массивные каменные фигуры, изображавшие то ли людей, то ли чудовищ. Велиградец сразу забыл о преследовании и подъехал к изваяниям, дабы внимательно разглядеть их, рядом остановился и Кубрат. Обе фигуры оказались мужчинами, но с ужасными чертами лиц, огромными глазами и зубастыми ртами, в руках их были изображены мечи и кинжалы. Камень нагрелся на солнце, но всё же выглядел мрачным, покрытый выбоинами и трещинами.

– Впечатляют эти твари, – сказал хвалисс. – Это дело рук кунов. Они ставят этих идолов в степи, иногда по одному, иногда же целым десятком. Должно быть, это их боги.

– Да, похожи мордами на кунов, – кивнул юноша.

– Осторожно! Там всадники! – Кубрат поднял голову и сразу заметил опасность, он указал рукой на несколько тёмных точек, что приближались слева от путников. Им не было нужды выяснять, кто это, ибо теперь все могли оказаться врагами, поэтому они быстро развернулись и понеслись к своим. Оборачиваясь, велиградец замечал, что два десятка незнакомцев продолжают преследование, это были не караванщики или путешественники с вьючным скотом, но верховые бойцы, над которыми вспыхивали острия пик.

– Враги! – закричал Остромир, когда увидел ленту отряда бродников и левков, неспешно шествовавшего своим маршрутом. Он двигал над головой своё копьё, чтобы привлечь внимание. Однако Всеслав и сам заметил нежданных

гостей, поэтому скоро большая часть отряда двинулась навстречу паре беглецов.

– Стой! Нам незачем теперь бежать! Присоединимся к ним! – юноша первым остановил коня и развернулся, Кубрат встал рядом, выхватив из чехла лук. Два отряда сближались, окружённые безбрежной пустотой, и никто из них не знал ничего о другом. Внезапно они замерли на месте, разделяемые какой-то сотней шагов, и теперь, наконец, могли опознать друг друга.

– Что за люди? – спросил Лют. – Горцы или кабарские наёмники?

– Мушваны, – отозвался Сухан. – Горный народ, они редко покидают свои вершины. У этих есть кони, и, значит, они из знатных родов.

– Кому они служат? – вновь спросил молодой бродник.

– Иногда кабарам, но чаще сами себе.

Всадники имели длинные бороды, чёрные как смоль, их грубые, смуглые лица не выражали страха, широкоплечие фигуры чуть горбились как у хищных зверей. На груди у одной из их лошадей болталась чья-то отрезанная голова, попоны, казалось, были сшиты из человеческой кожи. Вооружены они были вполне обычно для кочевников – короткими копьями и луками, лишь у нескольких имелись сабли, похвастаться доспехами они также не могли. Не нужно было много времени, чтобы опознать в них разбойников, возвращавшихся из набега.

Остромир уже готовился к жаркой схватке, но волк не подавал сигнала, вместо этого он один выехал вперёд, будто желая вступить с горцами в переговоры. Он остановился перед ними, вонзив копьё в землю, словно хотел показать им своё снаряжение, потом повёл рукой, предлагая им разойтись миром. Мушваны молчали, да и, пожелай они говорить, это не принесло бы пользы, ведь отряды не знали языков друг друга. Наконец, горцы медленно повернули в сторону и порысили прочь, больше не глядя на встреченных путников.

Конец ознакомительного фрагмента.