Наследник Крэнфорда
Шрифт:
— Ты! Тебя не будет со мной, — прорычал он.
— Нет, — проговорила она, с трудом скрывая свою радость. — Если я буду во Франции.
— Тогда я поеду туда за тобой! — пылко воскликнул Блейк, заключая ее в объятия. — Я докажу, что люблю тебя, даже если мне придется выстроить дом рядом с твоим и ухаживать за тобой в течение следующих десяти лет! — горячо пообещал он. — Я должен быть с
Его рот захватил ее губы по-собственнически, требовательно. Николь обвила руками его шею и отдалась во власть поцелуя. Нужные слова наконец прозвучали.
Николь улыбнулась:
— Мы можем остаться здесь, как ты думаешь? Мальчики будут вместе владеть Крэнфордом. И другие наши дети тоже.
— Другие… дети?
— Я слишком тороплю события?
Он улыбнулся, и их губы встретились в долгом томном поцелуе.
— О, любимая, я так надеюсь на это, — пробормотал он. — Ты не возражаешь, если я совершу какое-нибудь безумство? Внутри меня столько энергии, что хочется кричать и прыгать от счастья!
— Мы могли бы объединить это, — предложила она с обманчиво скромным видом. — Наш план иметь еще детей и твое высвобождение энергии.
— Отличная идея, — выдохнул Блейк, поднимая ее на ноги.
Но они еще долго стояли, нежно целуясь, обнимая друг друга.
— Темнеет. Раздвинь немного шторы, впусти последний дневной свет, мой дорогой Джозеф, — прохрипела Кей Беллами.
Было совсем не темно. Свет струился в окна, но Джозеф знал, что для нее свет меркнет.
Он сделал вид, что раздвигает шторы, и постоял у открытого окна, наблюдая, как его сын и дочь Джайлза с любовью обнялись.
— Надеюсь, Блейк понимает, почему я солгала про Джайлза. Мне так стыдно из-за этого. Я вела себя как эгоистка, — сокрушалась Кей. — А он из-за своей гордости непременно потеряет
— Нет. Каким-то чудом все уладилось, — мягко проговорил Джозеф.
Она должна знать. Джозеф сел рядом и рассказал ей, как молодой Джайлз был тайно влюблен в деревенскую девушку, которая трагически погибла, работая на ферме Крэнфорда. Джозеф объяснил, что сделал несколько серебряных браслетов для девушки, которая умерла прежде, чем Джайлз успел их ей подарить. Как убитый горем юноша не мог выносить вида Крэнфорда после этого и убежал от мучительных воспоминаний.
— Впоследствии он мог отдать эти браслеты только тому, кого очень сильно любил, — пробормотал он. — Своей дочери. Девушке, которая приехала развеять прах своего отца на церковном дворе. Которая так похожа на своего отца, что мое сердце дрогнуло, когда я увидел ее. Женщине, которую полюбил Блейк. Жизненный цикл прошел полный круг и завершился. Они будут счастливы вместе, не сомневайся.
Джозеф увидел слезы в глазах любимой.
— Кей, — нежно сказал он, гладя ее ладонь. — Ты наконец счастлива?
Она улыбнулась ему своей прежней ослепительной улыбкой, и глаза ее были цвета летнего неба.
— Да. Спасибо за то, что рассказал мне. За то, что ты здесь, — слабо проговорила она. — Я очень, очень счастлива. Я люблю тебя, Джозеф. И всегда буду любить.
— И я всегда любил тебя, Кей. Только тебя. Он проглотил ком в горле и нежно поцеловал ее в губы. И почувствовал, как жизнь отлетела от нее с тихим шорохом.
Глядя на нее, он видел не женщину, постаревшую раньше времени от жестоких болей, а прекрасную девушку, в которую он влюбился без оглядки.
— Мы встретимся вновь, — тихо пообещал Джозеф.
Подняв голову, он увидел сквозь пелену слез, как Блейк и Николь рука об руку возвращаются к дому. Позже он расскажет им о Кей.
А затем ему на глаза попалась бабочка-голубянка, цвета неба. Она впорхнула в комнату, лихорадочно забив крылышками по стеклу. Старая цыганская легенда припомнилась ему.
Мягко, благоговейно Джозеф обхватил ладонью хрупкую бабочку и с любовью, наполняющей сердце, отпустил.