Наследник 2

Шимохин Дмитрий

Пить я старался поменьше, как и есть, в основном те блюда, которые ел царь, ведь его убили совсем не ядом, так что на этот счет можно было не опасаться.

Пир закончился уже после заката, и меня провели в покои.

С утра было вновь посещение собора, и я стоял рядом с царем, получив в лицо дозу освященной воды и пропахнув ладаном насквозь, в этот раз кадилом в лоб не пытались зарядить — и то хорошо.

После утренней службы царь с боярами ушли заседать, а меня нашел парень, который и разбудил перед пиром.

Одет он был

в хороший кафтан, но без вышивки.

— Князь Андрей Володимирович, мне приказано вас сопровождать, — и он кивнул еще на троих стрельцов, что были с ним рядом.

— Как зовут-то тебя? — обратился я к парню.

— Василий Иванов сын Бутурлин, — представился парень. — Стольник я.

— Ну, пошли тогда, Василий Иванов сын Бутурлин, — и я направился по дорожке, ведущей к воротам из кремля.

Вот только сразу за воротами мне дорогу преградили пятеро поляков, среди которых был и мой знакомец по боям на торге.

— Ты оскорбил меня, мою семью. Мою честь, — процедил. — Я требую боя или извинений, — прошипел он. От злости у него еще больше проявился акцент.

Глава 10

Глава 11

— Хах, — вырвался из меня смешок.

У самого мысли забегали, так как вариантов хватало. Это могло быть провокацией. Вот только чьей? Не сильно я разбираюсь в дворцовых раскладах, здесь могло быть до десятка заказчиков, пока я не укрепился или не вырос. Мог ли быть это сам Дмитрий, сомнительно, конечно, но и отказываться от такого варианта нельзя. Воротынский, с которым вчера у меня случился конфликт, вполне мог, да тот же Мнишек мог, в особенности если уже есть какие-то договоренности о свадьбе, да и с десяток людей, находящихся в тени, могли быть заинтересованы.

Я же пробежался взглядом по ляху и понял, что нельзя откидывать варианта, что это его инициатива. Наглости у него на троих, да и полудурок, как по мне, к тому же он вчера на пиру вполне мог слышать, как я отпрашивался у царя.

— Да ты понимаешь, кому это говоришь?! Проклятый схизматик, — зло рявкнул Бутурлин.

Лях окинул меня взглядом и заулыбался, как и его сопровождающие.

— А что? Я шляхтич, он шляхтич. Он меня оскорбил, я и требую боя.

— Он царев родич, князь и Рюрикович, не тебе, пес, покушаться на него. К тому же он отрок, и за него отвечают родичи, царь Дмитрий Иоаннович, вот к нему и иди, — тут же отбрил ляха Василий Бутурлин.

— Он князь, и его признали. Какой же он отрок, коли смеет оскорблять шляхтича, — стоял лях на своем.

— Ты меня знаешь, а вот я тебя нет. Мож, ты такой же шляхтич, как свинья, что громко орет, — не удержался я от подколки и провокации.

Ну, не всегда получается у меня смолчать, даже когда надо. Порода такая.

— Я, панове, Анджей Липский, из славного рода, писарь царя Дмитрия Иоанновича. Готовый биться за свою честь. Или ты струсил? Понятно, какие князья тут на Московии, —

оскалился Анджей.

— Ну, для кого-то, может, ты и пан, для меня и рода моего ты не выше прочих, — не удержался я от еще одной шпильки.

Анджей же нахмурился.

— Выйти на бой с тобой много чести, — улыбнулся я как можно более дружелюбней.

— Боишься, — прошипел пан. — Трус, ты запятнал себя и весь свой род трусостью, о том все узнают.

«На хрен бы его послать, и все дела, вот только я стал заложником роли, которую играю. И такое не смог бы пропустить или простить, — мелькнуло у меня в мыслях. — Можно, конечно, попытаться отыграть труса, вот только в таком случае мне будет сложно поднимать народ, коли обо мне такая молва пойдет. Не любят трусов!»

— Как биться будем? — сквозь зубы вырвалось у меня, на мои слова Анджей улыбнулся, а его дружки одобрительно закивали.

— Пешими на белом оружии, хотя можешь хоть, что брать. Копье, лук, а то скажут, что пан Анджей ребенка убил, — довольно протянул лях.

Мне же захотелось его прибить, благо я вытянулся вверх, и не уступал ему ростом, хотя до деда мне было по-прежнему далеко.

— Василий Иванович, где лучше биться будет, чтобы никто не помешал? — обратился я к своему спутнику.

— Да… — возмущенно начал Василий.

— На Москве-реке можно, возле мельницы Вершка. Там место хорошее, ровное и тихое, — вдруг раздался голос одного из стрельцов.

— Принимается, — тут же проговорил лях. Сегодня на вечерне там. Надеюсь, ты не придешь, — осклабился он и тут же прошел мимо меня.

— Ты чего влез? Не тебя спрашивали, — вызверился на стрельца Василий, я же махнул рукой.

— Андрей Володимирович, мне к царю бежать надо, все обсказать. Коли случится с тобой чего, с меня всю шкуру спустят, а то и со всей моей семьи.

— Вот после боя и расскажешь! Тебе приказано меня сопровождать, вот и сопровождай. Я тебя не отпускал, — тут же отбрил я его.

— Да как же? — возмутился Василий.

— Приказ был? Был. Вот и сопровождай, — я сделал шаг вперед, перекрестился на икону на воротах, поклонился ей и двинулся дальше.

Через три шага меня догнали.

— Андрей Володимирович, ты понимаешь же, что Анджей старше и опытней? Он наверняка тебя убьет, царь осерчает. Не надо тебе туда ходить, — попытался воззвать к моему разуму Василий.

— Да, ты прав, — протянул я, признавая правоту спутника. — Вот только я русский князь, и не дело князьям от смерти бегать. Тем более от какого-то ляха. К тому же… — Я хитро глянул на Василия, ведь у меня уже появился план, как провести этот бой. Анджей сам подставился, дурак чванливый.

— Что? — вырвался вопрос у Василия.

— Я не просто князь. Я русский князь, а это значит, со мной господь бог, — и я перекрестился.

Василий глянул на меня удивленно, но тоже перекрестился, как и стрельцы, которые смотрели на меня с одобрением и даже с уважением.