Наследницы
Шрифт:
— Именно поэтому я решила продолжить его дело: чтобы репутация «Деспардс» осталась незапятнанной.
Это был прямой вызов. Она бросила перчатку к его ногам.
— Надеюсь, так и будет, — только и сказал он.
Они с вызовом смотрели друг на друга, когда открылась дверь и вошла миссис Хеннесси с георгианским серебряным подносом в руках, на котором стоял великолепный севрский сервиз и две тарелки с бисквитами.
Кейт метнула в ее сторону испепеляющий взгляд. Георгианского серебра удостаивались только самые почетные гости. Миссис Хеннесси недвусмысленно
— Можно поухаживать за вами? — довольно игриво спросила она.
— Нет, — решительно возразила Кейт. — Благодарю вас, миссис Хеннесси.
Кейт сама разлила кофе в чашки, кипя от ярости, с трудом унимая дрожь в руках. Пока Блэз пил кофе — целых две чашки — и налегал на шоколадные бисквиты — Кейт неодобрительно зафиксировала количество, — она еще раз проглядела бумаги. Когда она задала свой первый вопрос, Блэз поставил чашку, поднялся, подошел к столу и, склонившись над Кейт, показал красивым длинным пальцем на подчеркнутые цифры. Кейт чувствовала его тепло, свежий запах его лосьона, цифры у нее перед глазами поплыли, и она с трудом заставила себя сосредоточиться на том, что он говорил о прошлых и будущих продажах, доходах, расходах, накладных, заработной плате и всем прочем.
— И я смогу в любое время заняться нью-йоркским отделением? — спросила Кейт.
— Не лучше ли сначала научиться управлять лондонским? — язвительно произнес он.
— У меня впереди целый год, — холодно напомнила Кейт.
— Мой вам совет, сконцентрируйте усилия на том, что вы умеете. К тому же в Нью-Йорке вас никто не знает.
— Это легко исправить.
— Я бы на это не рассчитывал, — сурово заметил Блэз. — На первом аукционе моя жена имела бешеный успех. Прямо сейчас с вами никто не будет разговаривать. Сначала проявите себя.
— И проявлю, — пообещала Кейт. — Не беспокойтесь.
— Я и не беспокоюсь. — Блэз сам удивился, что сказал это искренне. Кейт, несомненно, была умна. Она мгновенно замечала спорные места и задавала ему вопросы, которые он сам бы задал на ее месте. И как она держит себя в руках! Интересно, кто за этим стоит. Очевидно, кто-то весьма влиятельный. Быть может, какой-то мужчина, привлеченный благоприятными перспективами? — Так вот, — продолжал Блэз. — У вас есть полгода на то, чтобы войти в курс дела. Соревнование начнется с первого января будущего года. До этого я постараюсь утвердить завещание. Я постараюсь как можно быстрей сдвинуть это дело с мертвой точки.
— Не сомневаюсь, вы способны двигать горы, — сладким голосом сказала Кейт.
Она могла поклясться, что его красивые, плотно сжатые губы дрогнули, но он ничего не ответил. Засунув руку в карман пиджака, он вынул маленькую связку ключей и протянул Кейт.
— Они вам понадобятся.
— Благодарю вас.
Ключи от письменного стола отца, его сейфа и бара.
— Вот копии документов. — Кивком головы Блэз указал на пачку на столе. — Советую вам внимательно их изучить. В случае затруднений я с удовольствием отвечу на любой ваш вопрос. У вас ведь есть моя визитная карточка? — спросил он ехидно.
— Где-то
Раскрыв небольшую серебряную коробочку, он протянул ей визитку.
Кейт проводила его до двери — так всегда поступал ее отец с важными гостями, — и они снова пожали руки.
— Желаю удачи, — сказал он.
Когда он уже выходил, Кейт остановила его:
— Вы забыли сказать: пусть победит достойный.
Он обернулся.
— Насколько я знаю, достойный не всегда побеждает.
Кейт захлопнула дверь.
— Боже, — сказала она, клокоча от ярости. — Меня в жизни никто так не злил!
Не успела она сесть за стол, как появился Ролло.
— Ну как?
— Он нарисовал весьма привлекательную картину.
— И ты поверила ему?
— Поживем — увидим. Не могу сказать, что с ним легко, но, судя по всему, ему можно доверять. На этом пока и остановимся.
— Это событие нужно отметить. Сейчас двенадцать тридцать. «Старая гвардия» ждет тебя.
Только в пятом часу они отвезли всех на вокзал, где каждый сел на свой поезд. Мисс Хиндмарш выглядела несколько помятой, и ее несравненная дикция слегка пострадала от выпитого шампанского. Трое мужчин были прилично навеселе.
— Чудесно, дорогая Кэт, просто чудесно, — восторженно признался Уилфрид Смит. — Совсем как в доброе старое время…
Они подняли друг за друга множество тостов, прежде чем Ролло удалось направить разговор в нужное русло.
На обратном пути на Кингс-роуд он мрачно сказал Кейт:
— Встреча была очень полезной. Теперь мы знаем, где проходит линия фронта. Непредсказуемая Вениша Таунсенд оказалась в стане врага. Этого я не ожидал.
— Чаще всего они повторяли имя Пирса Ланга, — задумчиво заметила Кейт.
— Он новичок, в «Деспардс» всего три года. Был личным помощником твоего отца. Взят по рекомендации Доминик.
— Раньше у папы никогда не было личных помощников.
— Потому что он в них не нуждался. Мне кажется, что Доминик подсунула Пирса Ланга только для того, чтобы следить за всем, что происходит в «Деспардс». В настоящий момент он в Европе. Могу поклясться, получает очередные инструкции.
— Возможно.
— Ты слышала, что они сказали? Он бегает за Доминик высунув язык. — Ролло хмыкнул. — Как бы его не забрали в полицию за аморальное поведение.
— Одного я не могу понять: если Пирс Ланг действительно ее шпион, то для чего ей понадобилось шпионить за папой? — озабоченно сказала Кейт.
— Прежде всего, ты не понимаешь самой Доминик дю Вивье. Она совершенно не похожа на тебя. У нее другой образ мыслей, другие представления о жизни. Она любит заговоры и интриги ради них самих. А если она всех и вся подозревает, то, разумеется, считает, что все подозревают и ее. Она отвратительная особа, вот и все.
— Совсем недавно я думала, что это я отвратительная, — сказала Кейт, криво усмехнувшись. — Но Шарлотта сотворила чудо. Я больше не стесняюсь себя, — добавила она с улыбкой.