Наследницы

Кауи Вера

Кейт рассчитала точно — такси подъехало к клинике без пяти пять.

Она успела рассмотреть витрины множества магазинчиков и лавочек, обнаружила одно довольно симпатичное кафе, уселась за столик с чашкой кофе и попыталась спокойно обдумать случившееся. Первый шок уже прошел, она еще чувствовала себя потрясенной, но по крайней мере к ней вернулась ее способность здраво размышлять.

А в палате она появилась, сияя улыбкой.

— Я вернулась, — бодро объявила она, — надеюсь, не опоздала?

— Точно в

срок. Вы нашли то, что хотели посмотреть?

— Да, это было потрясающе… Столько прекрасных вещей.

Она взглянула на Ролло. Он лежал так же неподвижно, как и перед ее уходом.

— Никаких изменений. — Блэз поднялся на ноги, расправил плечи. — Не сидите здесь долго, — сказал он. — Я пришлю машину в восемь часов, чтобы вас отвезли в гостиницу. Поужинайте в номере и ложитесь пораньше.

— Хорошо, я так и сделаю.

— Как вам Гонконг?

— Просто дух захватывает, — ответила Кейт, нисколько не покривив душой. Потом нерешительно спросила:

— Как вы думаете, я могу позвонить Герцогине, правда?

— Разумеется. Она будет рада вашему звонку.

— Я позвоню ей из гостиницы.

— Только не забудьте про разницу во времени. Между Колорадо и Гонконгом разница в пятнадцать часов. Позвоните ей завтра утром; девять утра в Гонконге — это шесть вечера в Колорадо.

— Спасибо, я совсем забыла об этом. — Кейт упада духом, ей хотелось поговорить с Агатой немедленно.

Ей был необходим собеседник, и немедленно, ей так хотелось рассказать обо всех своих открытиях и тайнах.

Она вновь и вновь прокручивала в голове свалившуюся на нее информацию. Почему она ничего не знала о том, что Ролло был связан с опаснейшей работой во время войны, что он говорит на двух китайских наречиях?

Раньше Кейт думала, что знает о нем все, но она никогда не слышала, что в юности он жил в Китае. Сколько ему тогда было лет? Двадцать? Двадцать один? Ролло познакомился с матерью Кейт в 1946-м, конечно, к тому времени у него вполне могла сложиться собственная, богатая событиями жизнь, которая для нее и, возможно, для всех остальных так и осталась тайной. Шарлотта познакомилась с Ролло перед войной — может быть, она знала?

Если даже и так, она молчала тоже. Теперь этот Лин Бо.

Кому он передает информацию? Полиции? Это он завербовал Ролло? На первый взгляд они были ровесниками.

Лин Бо не сказал ей ничего лишнего о себе. На кого он работает, откуда получает информацию?

— ..для них, — закончил Блэз.

— Что? Ох, простите, я задумалась.

— Я понял. Вы не заходили в «Деспардс»? — спросил он небрежно.

— Нет. И не собираюсь.

— Почему? Вы вправе сделать это.

— Это вражеская территория, — твердо ответила Кейт.

Блэз пристально посмотрел на Кейт и протянул ей газету, которую читал, сидя у постели Ролло.

— Посмотрите, что делается в мире, — сказал

он. — И до завтра.

Газета так и осталась нераскрытой. Кейт вполне хватило того, что делалось в Гонконге.

На следующее утро Кейт позвонила Агате. Герцогиня явно обрадовалась ее звонку.

— Ну что, хорошие новости? — спросила она с надеждой.

Кейт вкратце обрисовала ей состояние Ролло, потом без всяких предисловий спросила:

— Герцогиня, мне нужно поговорить с вами так, чтобы нас невозможно было подслушать. Это возможно?

— Да, — отозвалась старая дама, скрывая свое удивление. — Ты только должна добраться до Чандлер-билдинг, это на Конноут-роуд. Спроси Бенни Фона. Я позвоню ему и объясню, в чем дело. Ему можно доверять.

Когда ты можешь быть там?

— Я могу выйти прямо сейчас.

— Постой-ка, ты ведь на полуострове, значит, тебе придется перебираться через гавань. Оставайся в гостинице, я сейчас пришлю кого-нибудь за тобой. Не беспокойся ни о чем. Все будет в порядке.

Через четверть часа Кейт сообщили по телефону, что машина ждет ее внизу. Улыбчивый юноша-китаец, который представился ей как Джон Фон, племянник Бенни Фона, занимал ее беседой всю дорогу. Они ехали сначала по направлению к гавани, затем спустились в туннель, потом, снова вынырнув на поверхность, очутились у белого небоскреба, выстроенного в американском стиле на берегу залива. Маленький и круглый Бенни Фон уже ждал ее в фойе.

— Миссис Чандлер звонила мне, — почтительно сказал он. — Пойдемте со мною, мисс Деспард.

Он повел ее к лифту, на котором виднелась надпись «Личный», поднялся вместе с нею на самый верх, на тридцатый этаж, и проводил ее в громадный кабинет с окнами на две стороны, из которых открывался вид на Гонконг и на гавань. Перед окном стоял длинный стол, на котором было все только самое необходимое — ежедневник, квадратные часы на подставке, лоток с карандашами и ручками и три телефона.

— Это кабинет мистера Чандлера, — объяснил Бенни. — Сам он появится позже.

Бенни направился к столу, но не за тем, как подумала Кейт, чтобы соединить ее с миссис Чандлер. Вместо этого Бенни Фон открыл маленьким ключиком ящик стола и извлек оттуда еще один телефонный аппарат. Кейт принялась рыться в сумочке в поисках записной книжки.

— Вам ничего не понадобится, мадам, — сказал Бенни. — Миссис Чандлер позвонит вам сама.

Не успел он произнести это, как раздался телефонный звонок.

— Что я вам говорил? — улыбнулся Бенни и оставил ее одну в кабинете.

— Ну вот и я! — начала Агата. — Это частная линия с какими-то электронными штучками, которые не дают подслушивать, и ты можешь говорить все, что хочешь.

Никто, кроме меня, не услышит. Рассказывай, что-то мне кажется, у тебя неприятности.

И Кейт рассказала ей все.