Наследие
Шрифт:
Вместо этого вперед вышла Виерна, зловеще поигрывая своим пятиголовым змеиным хлыстом.
«Если ты победишь меня, то можешь вновь обрести свободу», – поддразнила она его на языке дроу и бросила Твинкл на пол к ногам Дриззта. Едва он нагнулся за оружием, как Виерна ударила. Но Дриззт ожидал нечто подобное и отпрыгнул назад, так и не добравшись до скимитара.
Драйдер подался вперед, и топор задел плечо Дриззта, подталкивая его назад к Виерне. Теперь у рейнджера не было иного выбора и, собрав последние силы, он нырнул головой вперед, протягивая руку к клинку.
Змеиные
Жуткий хлыст Виерны мелькнул вновь, пять голов яростно впились в плоть Дриззта, распространяя по всему телу волну оцепенения. Беспощадная жрица беспощадной богини ударила своего беспомощного пленника с дюжину раз, ее лицо было искажено злым ликованием.
Дриззт упрямо не желал терять сознание. Он не сводил с Виерны презрительного взгляда, что лишь еще больше подстегивало ее, и вероятно она забила бы его до смерти, если бы не Джарлаксль и Энтрери, которые подошли и успокоили ее.
Для Дриззта, бившегося в агонии, это была всего лишь отсрочка смертного приговора.
«Ааррргх!» – воскликнул Бруенор. «Мои дварфы!»
Реакция Тиббледорфа Пвента на сцену из семи убитых дварфов была еще более драматичной. Берсерк с трудом добрел до стены туннеля и начал биться головой о каменную стену. Несомненно, он бы разбил себе голову, если бы Коббл тихонько не напомнил ему, что стук мог разноситься на многие мили вокруг.
«Убиты быстро и профессионально», – заметила Кэтти-бри, пытаясь оставаться рациональной.
«Энтрери», – рыкнул Бруенор.
«По имеющимся у нас уликам, если он в действительности скрывался под маской Региса, эти дварфы пропали прежде, чем он попал в эти туннели», – рассудила Кэтти-бри. «Похоже, что у убийцы есть помощники». У нее из головы никак не выходила крошечная арбалетная стрела, и она искренне надеялась, что ее подозрения окажутся неверны.
«Они станут мертвыми помощниками, когда я наложу свои руки на их кровожадные глотки!» – пообещал Бруенор. Затем он упал на колени, склонившись над одним из дварфов, который был его близким другом.
Кэтти-бри не могла вынести этого зрелища. Она отвела взгляд от отца, к Вулфгару, который тихо стоял в стороне и держал факел.
Хмурый взгляд варвара, направленный в ее сторону, слегка удивил ее.
Она пару мгновений испытующе смотрела на него. «Ну, говори, что у тебя на уме», – потребовала она, чувствуя себя неловко под его неумолимым взглядом.
«Тебе не следовало идти сюда», – спокойно ответил варвар.
«Выходит, что Дриззт мне не друг?» – спросила она, и вновь удивилась тому, как налилось яростью лицо Вулфгара при упоминании о темном эльфе.
«О, он твой друг, я в этом не сомневаюсь», – ответил Вулфгар, его слова буквально сочились сарказмом.
Глаза Кэтти-бри широко распахнулись от возмущения, и пламя факела, отражавшееся в них, создавало ощущение, словно они пылают какими-то внутренними огнями. «Не тебе решать это!» – громко крикнула она – так громко, что Бруенор и Коббл обменялись встревоженными взглядами, и король дварфов поднялся от своего мертвого друга и направился к дочери.
«Ты будешь моей женой!» – в столь же повышенных тонах напомнил ей Вулфгар.
Кэтти-бри даже не вздрогнула и не моргнула, ее уверенный взгляд заставил Вулфгара отступить на шаг. Непоколебимая девушка, несмотря на свою злость, едва не улыбалась, зная, что на это раз варвар попался.
«Тебе не следует находиться здесь», – вновь произнес Вулфгар.
«Тогда проваливай в Сеттлстоун», – ответила ему Кэтти-бри, ткнув пальцем в могучую грудь Вулфгара. «Поскольку, если ты думаешь, что я не должна находиться здесь и помогать в поисках Дриззта, то ты не можешь называть себя другом рейнджера!»
«Разумеется, до „таких“ дружеских отношений, которые сложились у тебя с ним, мне еще далеко!» – резко бросил назад Вулфгар, буравя ее злым взглядом.
«Что ты сказал?» – спросила Кэтти-бри, искренне сбитая с толку подобной манерой поведения Вулфгара и его абсурдными словами.
Бруенор уже наслышался предостаточно. Он встал между ними двумя, легонько оттолкнул Кэтти-бри назад и встал лицом к лицу с варваром, который был для него как сын.
«Что ты сказал, парень?» – спросил дварф, пытаясь сохранять хладнокровие, хотя сейчас ему хотелось от всей души заехать Вулфгару в челюсть.
Вулфгар даже не взглянул на Бруенора, лишь обвинительно указывая пальцем на Кэтти-бри. «Сколько раз вы целовались с дроу, а?» – крикнул он.
Кэтти-бри едва не рухнула от таких слов. «Что?» – завопила она. «Ты сошел с ума. Я никогда…»
«Лжешь!» – взревел Вулфгар.
«Да заткнись ты!» – не выдержал Бруенор, взмахнув своим гигантским топором. Он махнул им перед собой, вынуждая Вулфгара отпрыгнуть назад и влететь в стенку, затем рубанул сверху вниз, заставляя варвара нырнуть в сторону. Вулфгар попытался отвести удар факелом, но Бруенор одним движением выбил его у него из руки. Затем варвар попытался добраться до Эйджис-фанга, который был пристегнут к походному мешку, но Бруенор не давал ему ни мгновения передышки, наступая и вынуждая уворачиваться и уходить в стороны, ползти по твердому камню.
«Позволь мне убить его для тебя, мой король!» – крикнул Пвент, неправильно оценив намерения Бруенора.
«Не вздумай вмешиваться!» – рявкнул Бруенор на берсерка, и все остальные поразились, Пвент в том числе, той силе, которая сквозила в голосе Бруенора.
«Я уже достаточно насмотрелся на твое бестолковое поведение», – сказал Бруенор Вулфгару, – «но мое терпение иссякло. Ты скажешь мне все здесь и сейчас, или закроешь свою пасть и будешь молчать до тех пор, пока мы не отыщем Дриззта и не выберемся из этих вонючих туннелей!»