Наследие
Шрифт:
— Как вы допустили такое? — холодно спросил Командор.
— Они застали нас врасплох, — подавленно произнес мужчина, утирая губы и возвращая мех. — Даже не представляю, как им удалось пробраться в город. О вторжении стало известно уже, когда они выдвинули требование открыть ворота для их армии. В противном случае они грозились взорвать Этварк. Вы приказали обеспечить безопасность жителей, я не мог поступить иначе!
— Они действительно могут подорвать город?
— Боюсь, что мерзавцы не блефуют. Они провели показательный взрыв старой кузницы, а для демонстрации всех
— Что с жителями?
— Их не трогают. Захватчики не чинят беспредела, не грабят и не насилуют. Их дисциплина не может не пугать, — церковник утер выступившую на лбу испарину. — Они только увели всех оставшихся в городе магов, и их судьба мне не известна.
— По левую сторону находятся шатры капитанов Гвардии — отправляйся туда. Нам пригодится еще одна пара рук, способная держать оружие.
— Вы собираетесь отвергнуть предложение?! Там же женщины, дети, ремесленники! Они предлагают десять человек за жизнь всего одного мага. Нельзя обрекать их на смерть ради жизней проклятых с рождения! — церковник сначала побагровел, а после побледнел, поняв, что проявление прививавшегося ему на протяжении десятилетий мировоззрения может дорого стоить в нынешнее время.
— Ступай, — Командор оставался невозмутим.
Возвращаясь к штабу, Люфир был занят собственными мыслями. Встреча с одним из выходцев Республики погрузила его в пучину липких воспоминаний: если бы не так вовремя ответивший на его зов лук, подаренный Мешери, и невероятная мощь, скрытая в магическом оружии, жизнь лучника вместе с силой мага была бы выпита до дна в комнате смерти.
Почти каждую ночь на протяжении последних месяцев Люфир возвращался во снах в пугающие его места, проживая краткие отрезки жизни тех, кого он встретил в Республике. Юноша предпочел бы окунаться в воспоминания Фактория и его подчиненных лишние десятки раз, только бы не видеть открывшихся ему экспериментов, проводимых работниками исследовательских лабораторий. Экстрактор и его жертвы, иссушенные и безжизненные, выбрасываемые, словно мусор, оставили в сознании лучника гнилостный привкус животного страха и въедливого отчаяния.
Люфир застал Командора среди беспокойных мыслей и наполнившегося жаром воздуха шатра.
— Они убьют всех, кто попадет к ним в руки. Всякого мага ожидает долгая и мучительная смерть, — тихо произнес Люфир.
— Я не забыл твоего рассказа о пребывании в Республике, — Командор устало опустился на край стола, сжав его пальцами. — Десять тысяч жизней против одной. Чтобы выбрал ты?
— К счастью, этот выбор делать не мне, — уклончиво ответил лучник, и Фардн усмехнулся под маской.
— Можно ударить по их войску, не дожидаясь истечения отпущенного времени, — Командор пустился в размышления. — Сейчас они все в одном месте, вдали от нас, и пара удачных взрывов все закончит.
— А еще пара положит конец существованию Этварка. И нет гарантий, что армия под стенами города, — не еще одна талантливая иллюзия.
— Войдя, своими первыми словами ты защищал жизни магов, а теперь — тех, кто в городе, — голос Командора пропитался горьким весельем.
— И те, и другие
— Если бы мы могли определить, где находятся бомбы, и унести их подальше, тогда можно было бы выступить против них в открытом бою. Но у нас слишком мало времени, а идей, как обезопасить город и того меньше.
— Но они есть? — Люфир с неизменной верой посмотрел на Командора.
— Да, можно попробовать…
— Командор! — Фьорд ворвался в шатер. Его правая рука безвольно висела, выбитая из сустава одним сильным ударом. — Оника! Она знает! Я случайно столкнулся с ней несколькими минутами ранее. Она сказала мне о предложении, поступившем от Ассамблеи, и попросила держаться подальше. Я пытался остановить ее, но она даже не стала меня слушать!
— Проклятье! — Командор сорвался с места и выскочил из шатра, сопровождаемый лучником и магом огня.
Следуя за Сапфировой Маской к окраине лагеря, Люфир все силился вспомнить, когда мирное полуденное небо сменилось воющим ветром, сгоняющим к Этварку отару облаков. Маги вокруг обеспокоенно смотрели вверх, морщась от резких раскатов грома и расступаясь перед бегущим Командором.
Люфир едва поспевал следом, расталкивая смыкавшуюся за Сапфировой Маской любознательную толпу. Он и думать позабыл о затерявшемся сзади Фьорде, с трудом пробирающемся через растревоженный лагерь с перебитой рукой.
— Оника! — Люфир вырвался на границу лагеря в момент, когда Фардн окликнул дочь. — Что ты делаешь?
— Избавляю тебя от выбора и последующих мук, — обернувшись, с насмешкой ответила она. — Не стоит благодарности. Я пойду дальше, хорошо? Вам не стоит плестись за мной следом: для ответа Ассамблее достаточно одного посланника, а завидев такой эскорт, мои «верные последователи» наверняка начнут нервничать.
Стоя за спиной Командора, Люфир пытался узнать в девушке ту, которая смогла найти путь к его сердцу. Но ее облик, одетый в зловещие тени, и сочащийся надменностью голос были ему незнакомы.
— Оника, опомнись! Ты подвергаешь опасности не только саму себя, но и весь город. Тебе лучше остановиться.
— Опять ты за свое!
Командор не дал дочери договорить, окружая ее каменной стеной и обрушивая ту на голову девушки. Оника с легкостью перехватила камень, и, одновременно отбив запущенную в нее сферу пламени, бросила обломки глыбы навстречу Фардну. Ребром ладони мужчина разрубил камень на две половины, прежде чем его запястье неестественно выгнулось, а вместе с ним и все тело.
— Не мешай мне! Ассамблее стоит напомнить, кому и чему они обязаны своим существованием!
Оника растворилась в воздухе, а Фардн тяжело выдохнул, вернув контроль над собственным телом.
— Она стала невообразимо сильна, — произнес Командор, потирая запястье и направляясь к лагерю. — Люфир, передай всем капитанам, пусть готовятся к наступлению.
— Но Командор…, — Люфир растерянно смотрел на место, где совсем недавно стояла Оника.
— Ты слышал ее. Она не оставит ни нам, ни Республике другого выбора. И остановить ее не в моих силах. Теперь ее даже не найти. Но, уверен, долго она скрываться не будет.