Наследие

Вида Теил

— Лейтенант, вы разрешите войти? — спросил он.

— Входи, раз пришел, — Олин впустила его в комнату. — Что-то случилось?

— У меня? Да, нет, — старшина передернул плечами. — У вас, как я погляжу, тоже все в полном порядке.

— В каком смысле? — Олин заметила, что Атикс вновь перешел на подчеркнуто-официальный тон и сильно нервничает. Это заставило ее насторожится.

— В прямом. Я видел, как от вас выходил капитан Майлов. Он провел у вас ночь?

— Лоурен, по какому праву ты лезешь в мою личную жизнь — это тебя не касается!

— Верно. Вы — командир, я — подчиненный,

никакого права вмешиваться в вашу жизнь, у меня нет. Вообще-то, я пришел кое-что рассказать, но думаю, ваш капитан сделал это раньше меня. Вам ведь известно, что нас могут расформировать?

— Да, но я ничего не могу сделать…

— Естественно! — Атикс криво усмехнулся. — Честно говоря, мне все равно. Сам не знаю, зачем я сюда приперся, на что рассчитывал. Идиот! Даже лучше, если расформируют: надеюсь, меня ушлют куда-нибудь подальше, а ты — ты останешься здесь, со своим капитаном — он не допустит, чтобы тебя перевили! К Акрику это все! — он махнул рукой и вышел, хлопнув дверью.

Олин долго смотрела на закрывшуюся дверь, пытаясь понять, что накатило на Атикса, но никакого разумного объяснения не находила, а в то, которое напрашивалось само собой, совершенно не верилось.

Во время церемонии прощания, Атикс старался держаться подальше от Олин и поэтому, в основном находился с Алингой Хайс, которую сторонилась лейтенант. В соответствии с традицией, металлические гробы с телами погибших выпустили в открытый космос в непосредственной близости от звезды, так чтобы они попали в ее гравитационное поле. И теперь, Олин стояла и смотрела через прозрачную переборку, как те, кто был ей дорог уходят навсегда. В голове эхом отзывались слова траурного гимна:

Алый луч пройдет горизонт, Возвращая нам веру в завтрашний день, Но на лицах, вернувшихся в этот раз, Память о павших оставила тень. Мы приходим сюда вновь и вновь, Оставляя с ушедшим днем прошлому дань, Кровавой линией в нашей судьбе Прошла между жизнью и смертью грань. Мы каждый раз провожаем друзей, Но однажды проводят и нас В последний путь, к своей звезде, С торжественной речью и слезами из глаз. Смерть забирает тех, кто дорог нам И тонкие нити жизни нещадно рвутся, Но все мы — рождены звездой, И снова должны к ней вернуться.

Только теперь лейтенант осознала до конца, что ни Тилы, ни Нилиона уже нет и боль потери, острым клинком вонзилась в душу. Она перевела взгляд на Эрика. По его лицу нельзя сказать, что он испытывает, но в глазах застыла тоска, видимая и понятная только тем, кто терял близких друзей, и кто понимает, что это повторится вновь…

Уже на планете, когда на мемориале выбивали имена погибших, к Олин подошла небарианка, которая все время старалась держаться в стороне.

— Вы —

лейтенант Таил? — уточнила она.

— Да, — подтвердила Олин.

— Стила Харистит, — представилась небарианка. — Жена капитана Нилиона Харистита, вернее, теперь уже его вдова.

— Я могу, вам чем-нибудь помочь? — Олин немного растерялась. Она понятия не имела, что Нилион был женат. За все время их знакомства, капитан ни разу и словом не обмолвился о своей жене. Хотя, он много о чем не говорил…

— Я бы хотела поговорить с вами, у вас найдется время после церемонии?

— Думаю да.

Небарианка кивнула и отошла в сторону. Минут через сорок все закончилось. Олин не стала возвращаться на базу вместе со своей командой и попросила Эрика не ждать ее. Она подошла к сидящей на лавочке Стиле и присела рядом.

— Знаете, лейтенант, я не собираюсь вас ни в чем обвинять, — произнесла небарианка. — Я ведь всегда знала, что рано или поздно — это случится.

— Почему-то именно от вас, я и не ждала обвинений.

— Вы проницательны, Нил в вас не ошибся.

— Он говорил обо мне с вами?

— Бывало. Правда мы виделись не слишком часто, я не могла бросить свою работу, а Нил свою. Теперь жалею. Я хотела у вас спросить, как он погиб? Я ведь даже не смогла взглянуть на его тело. И никто ничего мне не объяснил.

— Не на что было смотреть, — Олин опустила взгляд. — Самоликвидация.

— Стоило догадаться, — Стила вздохнула. — Вообще-то, мне нужно вам кое-что передать, — она вытащила из сумочки конверт и протянула Олин. — Нил оставил его мене, во время нашей последней встречи и просил отдать вам, если с ним что-нибудь случится.

— Спасибо, — Олин взяла конверт. — А вы не знаете, почему он сам не отдал?

— Нет. Но думаю, там внутри есть пояснения всему.

— Пожалуй. — Олин спрятала конверт во внутренний карман парадного кителя.

— Не стану вас больше задерживать, — Стила поднялась. — Наверняка, у вас масса дел. Всего доброго!

— И вам тоже, — Олин встала вслед за небарианкой. — И поверьте, мне действительно жаль, что все так вышло.

Стила кивнула и ушла.

После церемонии, Аири сидел в баре, дожидаясь Эрика и Майкола. Олин, сказала, что ей нужно задержаться в городе, но причину не объяснила.

— Можно к тебе? — к нему подошел Атикс.

— Присаживайся, — Аири указал на стул.

Атикс сел и поставил на стол бутылку и два стакана. Он уже заметно подвыпил.

— Хреново? — старшина наполнил оба стакана и подвинул один Аири.

Сержант едва заметно кивнул, но к стакану не притронулся.

— Мне тоже, — Атикс залпом выпил. — Ты выпей…

— Думаешь, легче станет? Нет. Да и хватит с меня того, что после возвращения, — отказался Аири.

— Твое дело. Я хотел как лучше, — он вновь наполнил свой стакан. — А я выпью. Может, хоть на время забуду все это.

— Я понимаю, тебе сейчас тяжело, ты потерял отца…

— Отец? — Атикс осушил второй стакан и посмотрел на сержанта затуманенным взглядом. Почему-то, Аири показалось, что туман в глазах у него не от алкоголя. — Сгинул и Акрик с ним. Жаль, что ни раньше. Ничего в своей жизни не мог нормально сделать… — он налил себе еще.