Наследие Древних
Шрифт:
Подошедший Рафер, наступил сапогом на голову чудовища и только затем, двумя резкими ударами перерубил тому шею.
— Тварь, — вытерев о неподвижное тело меч, сержант отпихнул мертвеца к стене, — не такие уж они и страшные! Просто на корабле они напали неожиданно, а так глядишь, и отбились бы…
Следующий пролет встретил воинов большой деревянной дверью, которая загораживала дальнейший проход. Петли были жутко проржавевшими, почти все железные полосы, которыми скрепляли доски, отвалились. Так что теперь, эта дверь не казалась
Двумя могучими ударами Гор вышиб её внутрь. Вбежав в комнату, воины просто остолбенели.
С первого взгляда было понятно, что эта комната жилая. Аккуратно расставленные стулья, стоящий на вытоптанном ковре стол. Единственное чего не хватало, так это света. Высказав эту мысль в слух, Равен услышал сдавленный смешок.
От неожиданного звука вся группа сбилась в комок, и воины прижались к стене. Где-то слева мелькнула тень. Лук Лизарда тут же ответил, звонко хлопнув тетивой по рукавице. Стрела умчалась во тьму. Судя по тому, что никто не закричал, Стрелок промахнулся.
— Кто здесь?! — с вызовом крикнул Рафер.
Снова раздался смешок, снова загудела тетива и снова безрезультатно.
— Где твоя честь, мерзавец? Прячешься как крыса в темноте, выйди, покажись!
— Честь? — голос из темноты завораживал своей холодностью и злобой, — сейчас я тебе расскажу о чести…
Комнату озарила яркая вспышка. Оглядевшись, Равен понял, что это зажглось десятка два свечей расставленных то тут, то там, по всей комнате.
— Не туда смотрите, — голос доносился откуда-то справа.
Обернувшись, Равен увидел невысокого человека сидящего в странном резном кресле. Бледное скуластое лицо, чуть раскосые глаза, и небольшой ежик седых волос. В общем-то, не очень приметная внешность. Единственное, что было в нем по-настоящему необычным, так это неестественная бледность.
— Ты кто? — Рафер решил гнуть свою линию до конца.
— А сам-то ты кто? — незнакомец ухмыльнулся.
— Я Рафер Хлид, свободный наёмник…
— Нет, — человек покачал головой и встал, — ты всего лишь труп. Только ты пока ещё об этом не знаешь!
Он распахнул свой плащ и Равен обомлел. К поясу незнакомца были приторочены ножны. Такого странного метала, Равен не видел никогда. Да, что там Равен! Даже его бывалые спутники и те застыли с раскрытыми ртами. Металл был почти белым, а ножны были покрыты затейливыми узорами вперемешку с картинкам и знаками.
— Вы вломились ко мне в дом. Убили двоих слуг, да ещё хамите в придачу? По-моему вы должны за это заплатить.
Он вытащил оружие, которое и скрывали ножны. Это была сабля, почти такая же как у Гора, но… но! Её широкое лезвие, пересекали три вертикальные полоски. Каждая из них своего цвета. Белого как ножны, черного как ночь и зелёного как молодая трава.
Незнакомец неспешно шел к замершим воинам. Шаги его были мягкими и тихими. Он словно не шел, а плыл.
Первым в себя пришел Нирлин,
Глядя на обезглавленного наёмника, незнакомец залился истерическим хохотом. Никто даже не заметил молниеносного движения хозяина башни.
— Жалко, — незнакомец посмотрел на труп и грустно покачал головой, — не удержался я чего-то, теперь живой труп не выйдет.
Он поднял безумные глаза на окаменевших людей и продолжил:
— Ну, это ничего. Вас я так рубить не буду! Я аккуратно…
Он вырос перед воинами будто из-под земли, и его оружие уже начало описывать смертельную дугу, как вдруг Равен выставил перед собой руки и закричал:
— Стой, стой! Мы не хотели вторгаться к тебе, нас послал Виллорд!
Человек остановился и впился глазами в Равена.
— Что ты сказал, червь?
— Меня послал Виллорд! Сами бы мы никогда бы не дерзнули…
— Закрой рот тварь. Виллорд уже лет четыреста как мертв!
— Могу поклясться чем угодно, — Равен не обращал внимание на удивленно-непонимающие глаза своих спутников. Чуть понизив голос, парень проговорил:
— Я знаю правду о Великих!
Зрачки незнакомца расширились вдвое. Он молча опустил саблю и воткнул её в ножны. Развернувшись, он вернулся к своему стулу. Усевшись, чернокнижник поманил рукой Равена:
— Эй, тля! Иди-ка сюда…
Равен подошел к незнакомцу и встал напротив него. Тот ещё с минуту сверлил парня глазами, затем спросил очень тихим и злым голосом:
— Что тебе рассказывал Заточенный?
— Немного, я встретился с ним случайно, — Равен, практически ничего не тая, выложил незнакомцу всю свою историю.
По мере рассказа на лицо человека наползала краска, и когда парень закончил хозяин Геурга вскочил и отвесил Равену тяжелейшую пощечину.
— Что ты мелешь, грязь? Ты, такое страшное ничтожество и трогал руками Древний меч? Да ещё и такой, что сам Виллорд о нём не слышал?
Он схватил Равена за запястье, и всмотрелся в его ладони. Вдруг, его глаза расширились, и он отпрянул от парня, как от прокаженного.
— Ты… но как ты смог? Ты же ничтожество…
Он обхватил голову руками и замолчал. Затем вскочил, схватил Равена за грудки и прорычал:
— Что он тебе приказал? Убить меня? Как он узнал, что я здесь? Говори, говори!
— Он не знает что вы здесь, — у Равена изо рта шла кровь, — во всём Чермаре никто этого не знает! Он говорил, что чувствует здесь часть неведомой силы. Он хотел разузнать, что это такое и использовать её для того, чтобы свергнуть Ложных богов!
— Это Великих, что ли? — человек ухмыльнулся, — а знаешь ли ты тварь, что я такой же отверженный, как и сам Виллорд? Но, нет. Меня, в отличие от этого предателя убили. Но я воскрес! И теперь я им всем отомщу!