Наши в Блонвуре

Wolf Lita

— Сколько лет этому Минту? — спросил Дальгондер.

— Зеланна говорила, что он на пару лет младше Хонора.

— Значит, двадцать три, — заключил эльф. — То есть, скорее всего, он и сам не слишком опытен в любовных делах. Хотя некоторые его почти ровесники и старшим дадут фору, — он ехидно посмотрел на Рондвира.

Тот ответил язвительной улыбкой.

— Вряд ли это про Минта, — возразил вампир. — В то время как другие имели возможность преспокойно флиртовать, в жизни его страны были: кровавый

заговор, война и все её печальные последствия. По письмам же скажу следующее. Умысла отвратить Хонора от Зеланны я в них не увидел. Советы отнюдь не все толковые, но некоторые всё же могли бы сработать. Думаю, просто Минт судил исключительно по себе, об орках же он не знает ровным счётом ничего.

— Я тоже прихожу к выводу, что Минт вполне искренне хотел помочь сестре, — произнёс Дальгондер. — Сколь бы абсурдным не казался такой порыв – любой другой на его месте наверняка постарался бы, напротив, предотвратить всякое общение сестры с орком, но для Минта чувства Зеланны, похоже, действительно на первом месте.

— Возможно, дело в том, что они потеряли всех родных, — вставил Рондвир. — Он просто не может заставить её страдать снова. Поэтому и готов поступить даже наперекор общественному мнению.

— Признаться, я не думал найти в этих письмах подтверждение наивным, как я полагал, надеждам Зеланны, — сказал Ворон. — Однако, как и вы, никакого злого умысла со стороны Минта не обнаруживаю. Парень реально желает сестре счастья – с кем бы она его ни обрела.

— Хотя поверить в то, что он может согласиться на брак сестры с орком, всё равно сложновато, — добавил Дальгондер. — Люди же числят их кем-то вроде диких зверей.

— А эльфы? — язвительно вопросил Рондвир.

— А вампиры? — таким же тоном парировал Дальгондер.

— Вернее будет сказать – числили, — поправил Рондвир.

— Как и мы, — ответил эльф. — Но я отнюдь не уверен, что что-либо изменилось в сознании людей. Не многие из них привыкли задумываться и сопоставлять. А тем более – ломать стереотипы.

— Будем надеяться, что Минт всё же из числа этих немногих, — произнёс Ворон.

— Наверно так и есть, — согласился Дальгондер. — Иначе он писал бы своей сестре совсем иное.

— Кстати, почему бы Хонору не полететь в Кордак вместе с Зеланной? — предложил Рондвир. — Познакомится с её братом и сразу расставит все точки над «i».

— Они уже знакомы, — напомнил Ворон.

— Но в несколько ином качестве, — саркастически улыбнулся Рондвир.

***

К утру буря неожиданно улеглась, подарив блонвурцам возможность успеть в Бордгир на празднование Нового года. Выехали они сразу после завтрака. А перед отъездом Рондвир поручил хозяину отыскать и привезти на постоялый двор карету – если ту не слишком потрепал ураган, и она ещё годна в употребление. Вернуть герцогу его имущество всё же хотелось бы.

В середине дня кавалькада наконец достигла границ Бордгира. Несмотря на перемены во внешней политике, зловещий указатель

в форме летучей мыши никуда не исчез с его рубежа. И хотя подавляющее большинство визитёров уже побывало в государстве вампиров, как минимум, однажды, гостеприимная надпись «Дальше только смерть» заставила содрогнуться многих.

Прочтя её, Мэйбл ахнула в ужасе, осаживая коня.

— Не пугайся, это написано для незваных гостей, — успокоил Рондвир её и всех остальных.

— То есть для таких как я? — резко сникнув, уточнила Сэйлиар.

— Нет, — улыбнулся Рондвир. — Я же тебя пригласил.

— Но для меня так точно, — заключила немало испуганная Зеланна. Девушка даже заставила попятиться свою лошадь, очевидно, опасаясь, как бы та не переступила границу случайно.

Хонор тоже остановился в замешательстве, не зная, есть ли у его девушки право следовать дальше.

— Брось, Зеланна, — повернулся к ним Рондвир. — Я не сделал этого до сих пор, но приглашаю тебя сейчас. — Затем он обвёл взглядом всех: — Добро пожаловать в Бордгир!

Кавалькада двинулась дальше вверх по склону.

К Адельвурту они подъехали уже в сумерках. Ворота замка оказались заперты, и отворять их никто не спешил, хотя не заметить приближения отряда в замке просто не могли.

Рондвир замешкался в недоумении, пытаясь понять, что бы это значило. Затем всё-таки спешился и постучал в ворота.

В створке распахнулось переговорное окошко.

— В чём дело? Почему не открываете? — спросил Рондвир.

— Дагратдер велел тебе возвращаться на перекрёсток, — произнёс вампир по ту сторону ворот. — А всем остальным – добро пожаловать.

Заскрежетали засовы и механизмы. Поехала вверх подъемная решётка.

Рондвир стоял ошеломлённый.

— Что случилось? — заспрашивали со всех сторон.

— Ничего страшного, — отозвался Рондвир. — Просто меня лишили праздника. Но вы-то езжайте.

— Э нет, так не пойдёт, — возразил Морис. — Я без тебя никуда не поеду. Давай-ка объясняй, что стряслось. За что тебя наказывают?

— Я тоже без тебя не поеду, — заявила Мэйбл, изрядно обескураженная и даже напуганная таким поворотом.

Её поддержал нестройный хор голосов.

— Никто не поедет, — обобщила Джейлис. — Но за что он так разозлился?

— За ложь, — признался Рондвир. — На самом деле, я это заслужил. Друзья, езжайте.

— Когда и что ты умудрился солгать Элестайлу? — спросил Ворон.

— Когда начался ураган, он связался со мной. Я сказал, что мы вернулись на постоялый двор на перекрёстке дорог.

— Ну, я за такое вранье тоже по головке не погладил бы, — нахмурился Ворон.

— Я не хотел, чтобы они с Лонгаронелем беспокоились.

— А как после данной твоей заботы дальше доверять твоим словам – об этом ты не подумал?!

— Так я и не спорю, что заслужил наказание, — вздохнул Рондвир.

— Но вопрос тут не наказания, а доверия.

— Влад, я понимаю.