Наши в Блонвуре
Шрифт:
— Может, и отругала – когда мы ушли. Зачем только он с ней живёт?
— Возможно, ради ребёнка.
— А его ли это ребенок? Мальчик же совершенно на него не похож.
— Да, я бы на месте Джона задумался о верности супруги, — согласился Вик. — А вообще мне его очень жаль. Как-то всё у него в жизни не так. Живёт с чужой ему женщиной. Работает явно не по призванию.
— А теперь, по нашей милости, ему ещё и память отшибло.
— Да уж, не везёт бедолаге.
— Кстати, если он маг, почему у него короткие волосы? — спросила
— Среди магов-людей короткие волосы не такая уж редкость. Предпочитают приспосабливаться под окружающую действительность, а ходить в мороке лень.
— То есть тут как раз никаких противоречий?
— Угу. Возможно, это вообще единственное, в чём у него не наблюдается противоречий. А вот то, что он попытался искать родственную душу в вампире, опять же довольно необычно. Не слишком-то люди нас жалуют.
— Но он действительно как-то сразу к нам потянулся. Давай как-нибудь навестим его снова, — предложила Клео.
— Давай, — поддержал идею Вик. — Вот только бы знать, когда его мегеры не бывает дома.
89-2
***
За неделю Вик с Клео так и не выбрались в Пейсон, чтобы навестить Джона. А в следующую субботу утром возле дома Вуледжей остановился незнакомый автомобиль. Семья ещё завтракала на кухне.
— Кто это к нам? — удивился Джордж, глядя в окно. — С белой территории – номера не наши.
Клео, правда, про себя, сразу предположила худшее – Полярников. Остальные просто выжидательно смотрели в окно. Наконец водитель вышел из машины.
— Джон, — оторопело констатировал Вик. — Откуда он тут взялся?
Выпустив с заднего сидения сына, парень двинулся к двери. Вик сам пошёл открывать. Клео ринулась с ним.
— Привет. Извините, что без приглашения, — виновато улыбнулся Джон.
— Мы рады тебя видеть, — поспешила заверить его Клео.
— Но как ты нас нашёл? — спросил Вик. — Мы ведь тебе даже не представились.
— На вашей машине были номера резервации апачей, — пояснил Джон. — А уж тут отыскать парочку белых оказалось совсем несложно. Похоже, вас тут знают буквально все.
Признаться, Вик с Клео и сами не подозревали, что имеют в резервации столь широкую известность. Но, может быть, Джону просто повезло сразу же наткнуться именно на индейцев, знавших о них.
Наконец назвав свои имена, пара пригласила мужчину в дом и познакомила со всеми Вуледжами и Красным Пером. Гостей тут же усадили за стол. Джон явно не собирался набиваться на завтрак, однако отказываться не стал – возможно, был в курсе, что может обидеть этим хозяев.
Его сына, правда, куда больше еды заинтересовал сенбернар. Большая собачка с первого взгляда вызвала у него настоящий восторг – чем Рэй не преминул воспользоваться, выпросив у мальчика угощение по максимуму. Но за это позволил тому трепать, обнимать и почесывать себя сколько душе угодно.
В общем, подружились они моментально. А после завтрака немедля отправились
— Так ты правда вампир? — тихо спросил Джон, опасливо оглядываясь на дверь. — Мне не почудилось по причине полученной травмы?
— Правда, — улыбнулся Вик, вновь демонстрируя клыки. — И это ни для кого здесь не секрет. А Вуледжи, кстати, оборотни.
Джон выдохнул с явным облегчением:
— Значит, вы реально существуете. Это не плод моего воспаленного воображения.
— Конечно, нет, — подтвердил Вик. — Но данное знание лишь для посвящённых. Только, честно говоря, я не очень понимаю, почему тебя столь сильно волнует именно существование вампиров и оборотней.
— Если бы ты провёл из-за этого в психушке лет пять – наверняка понимал бы лучше, — невесело усмехнулся Джон.
— Пять лет в психушке?! — ужаснулась Клео. — И об этом ты помнишь?
— Такое не забывается.
— Но неделю назад ты утверждал, что не помнишь ничего из своего прошлого, — напомнил Вик.
— Видимо, вы меня неправильно поняли, — печально улыбнулся Джон. — Память я потерял вовсе не после того, как вы меня сбили, а гораздо раньше, ещё до психушки. Я очнулся в больнице – вышел из комы, как мне сказали тогда. И вот до этого момента моя память – абсолютно чистый лист. Я не помню ни кто я, ни что со мной случилось – вследствие чего я оказался в той больнице. Уже одного этого было достаточно, чтобы мной занялись специалисты психиатрии. А я ещё имел глупость начать болтать про магию, нелюдей и всё такое… Я ведь не помнил, что данные темы лишь для посвящённых.
И вот спустя ещё пять лет, когда я уже уверовал в то, что ничего такого не бывает, вдруг появляетесь вы. Представляете, что это значило для меня – увидеть твои клыки, узнать, что ты лечил меня магией!..
— Выходит, о себе ты не помнишь ничего. Однако сведения о реальности магии из твоей памяти не истёрлись, — задумчиво заключил Вик.
— К сожалению, только сам факт её существования, — вздохнул Джон. — Уверен, в прошлой своей жизни я был магом, но что и как делается, тоже не помню. Хотя иногда какие-то умения прорываются сами – видимо, откуда-то из подсознания. Из той же психушки я сбежал отнюдь не без помощи магии. Только потом осознанно повторить проделанного во время побега так и не смог.
— А когда ты сбежал на волю? — спросила Клео.
— Пять лет назад.
— Но мальчику на вид лет восемь.
— Пол не мой сын. И он тоже об этом знает, хотя называет меня папой. Иногда он встречается с родным отцом. Правда, тот вспоминает о нём всё реже и реже. Что же касается меня… Вырвавшись из психушки, я оказался в положении немногим лучше – жить негде, на работу без документов не устроиться, да и своей специальности я не помню. Тогда меня приютила Хелен. И я стараюсь быть благодарным.