Наши в Блонвуре
Шрифт:
— Да, это хранители мечей Стихий, я их узнаю, — ответил Инри. — Зэндел, хочу пояснить, если ты ещё не понял, уродами я назвал не изображённых на картине живыми, а селян. Произошедшее мне стало ясно ещё до того, как я присмотрелся к глазам стоящего мужчины. Надо же, мы столько лет проклинали похитителей мечей за убийство хранителей, а они, оказывается, не только не убивали наших предков, но и покарали их настоящих убийц.
— Вот уж действительно уроды! — зло бросил Айнвор. — Драконы пришли к ним, чтобы спасти их мир, а эти твари подло убили тех, кто желал им добра, лишь бы завладеть артефактами.
— В принципе, ничего
— Кстати, кто эти трое мужчин на картине, я знаю, — сказал Зэндел. — Тот, что присел возле мёртвого дракона – мой предок. Холст с мечами у трупа селянина забирает предок Влада. А воспоминания о недавней сцене запечатлены в глазах отца Нистэмпа, Кронсталла и Адельвурта. Сдается мне, что именно кисти Адельвурта и принадлежит сие полотно?
— Вне всяких сомнений, — подтвердил Айнвор. — Очевидно, историю, изображённую здесь, он слышал от отца.
— Что ж, порадовать Торнвертора другими работами автора данной картины мы определённо можем, — улыбнулся Элестайл. — Правда, Лонгаронель не является потомком Адельвурта, хотя в некотором родстве с ним всё же состоит.
— В каком именно? — полюбопытствовал Логвэй.
— Предком Лона является Кронсталл. Он потомок его дочери, вышедшей замуж за члена клана Адельвурта. Ладно, поскольку Кронсталл тоже рисовал, скажем Торнвертору, что предполагали его авторство, а оказалось, что картина написана его братом – то есть моим предком. Надеюсь, наш любезный герцог не откажется подарить или продать полотно мне самому.
— Тебе, я думаю, тем более не откажется, — улыбнулся Лонгаронель. — Но что у нас с четвёртым похитителем, вернее, похитительницей?
— Видимо, она оборотень, — заговорила Дайнрис. — Недаром ведь унюхала запах яда или сонного зелья.
— Что четвёртый похититель – оборотень, нам и раньше было известно, — хмуро заметил Инри.
— Но теперь у нас есть её изображение, — подчеркнул Лиссант.
— Толку-то?! Кто-нибудь узнал её?
И Линдэйл, и Дайнрис помотали головами. Зэндел тоже.
— К сожалению, у нас нет портретных галерей предков, как это заведено у вампиров, — сказала Дайнрис.
— В том-то и дело. Наличие портрета девушки-оборотня не дает нам ровным счётом ничего. — Инри скис окончательно. — И насчёт меча Огня картина не дала нам никаких подвижек! Что он достался братьям, мы не сомневались и до того. А вот кому из них конкретно – Нистэмпу или Адельвурту – по-прежнему неясно.
— Погоди, быть может, всё не так плохо, как тебе кажется… — произнёс Элестайл, внимательно изучая место на холсте, где были изображены лежащие на земле мечи. — Жаль, что ты сам не рискнул нарисовать меч Огня по памяти. Думаю, я знаю, где его искать. По крайней мере, рукоять у того в точности как здесь. — На картине меч Огня лежал поверх остальных, и его рукоять с замысловатой гардой можно было хорошо рассмотреть, — За исключением навершия, конечно.
— Где этот меч? — в один голос вскричали Инри и Айнвор.
— В Анклаве.
— Нет в Анклаве никаких мечей, — возразил Айнвор без малейших сомнений в голосе.
—
— Не бывал, естественно. Но что там хранится, знаю не хуже тебя. Прадед рассказывал деду, а тот – отцу и нам, — на губах Айнвора тоже всплыла язвительная улыбка.
— То есть сведения у тебя трёхсотлетней давности. Впрочем, определённая польза от них всё же имеется – выходит, меч в Анклав поместил именно мой дед. Ну, или дядя. Тем больше шансов, что он является наследством Адельвурта – ведь с тех пор Анклав принадлежит его династии.
— А «Анклав» – что ты вообще подразумеваешь под этим словом? — поинтересовался Олег.
— Так у нас называется своего рода сокровищница, доступ в которую есть лишь у короля, — пояснил Лонгаронель.
— Когда летим в Бордгир? — осведомился Инри тоном, явно не допускающим вариантов с «не летим».
— В выходные, — озвучил Элестайл своё королевское решение. Борьба между ними за позицию лидера не прекращалась ни на минуту. Они прекрасно относились друг к другу… но вот уступать «первую скрипку» не желал ни один. Элестайл вполне мог панибратствовать и с другими королями, и со своими подданными, и с чужими, однако над собой не терпел никого. Дракон тоже мог общаться на равных с кем угодно, но однозначно не привык ко вторым ролям, имея дело с представителями иных рас. — Главное, чтобы наша бескрылая молодежь не совершила массовое самоубийство с досады, что их не взяли с собой… — добавил вампир с улыбкой.
84-2
***
Россия, Москва
«Чёрт, как же предупредить Вика, чтобы не возвращался домой?» — в голове у Клео вертелся лишь этот вопрос, но ответа она не находила. Даже если бы она изыскала возможность позвонить, у него телефона всё равно не было.
— Где Виктор? — спросил блондин, заглянув в первую комнату. Странно ещё, как не ринулся дальше, в спальню, и не посмотрел в шкафах. — Не пугайтесь так. Нам нужно всего лишь поговорить. Моё имя Кирилл Лисовский.
В первый момент у Клео едва не разорвалось сердце. Хорошо, в следующий она сообразила, что фамилия главы Полярной Звезды хоть и тоже заканчивается на «овский», но всё же другая – Розовский. Однако «Лисовский» Клео также уже где-то слышала. Только сейчас никак не могла вспомнить, когда и при каких обстоятельствах.
— Здесь нет никакого Виктора, — запоздало решила она попытаться спасти положение.
— Сейчас – нет. Но он был тут не больше четверти часа назад – запах совсем свежий, — выдал Лисовский довольно неожиданное для вампира заявление. Если бы он сказал «свежий след энергетики»… но запах!.. — Я – оборотень, — пояснил блондин, очевидно, прочтя недоумение в её глазах, — и у меня звериное обоняние.
— Лисовский! — воскликнула Клео, наконец припомнив, что именно эту фамилию носит друг Вика и Влада, тоже оборотень.
— Ну да, я же уже представился – Кирилл Лисовский.
— Простите, ничего не соображаю, — честно призналась она. — Я подумала, что вы вампиры. Из Полярной Звезды.
Лисовский улыбнулся:
— А я уж было решил, что оборотни вызывают у тебя панический ужас.
— Вы проходите, — вспомнила о гостеприимстве Клео, приглашая их в комнату. — Вик скоро вернётся, он с собакой вышел. Я правильно понимаю, что вы, Кирилл, родственник Олега Лисовского?