Нарушитель
Шрифт:
– Чё орёшь так? Мужчин никогда не видела, что ли?
– ответил ей парень лет тридцати, низкого роста. Его одеяние напоминало одежду зеков в Советском Союзе, и даже кепка была зековской.
– Что вы делаете здесь?! Кто вы?! Слезьте с моей кровати!!! Хорошо, что родители меня не видят!!! Что вам нужно?!
– истерично кричала Аня.
– У тебя, Анечка, потрясающее гостеприимство и любознательность. Слишком много вопросов глупых задаёшь, зайчик. Я часть той силы, которая вечно хочет зла, и вечно совершает благо.
– Хватит мне зубы заговаривать. Я драться могу. Сейчас я
– Нет у тебя никакой кочерги, сейчас дверь откроется, и сюда ввалятся два пришибленных охранника, пьяных в дымину.
– Хэпи нью х…! Хэпи нью х…! С наступающим, б…а-муха, - охранники, действительно, не заставили себя долго ждать.
– Идите, идите! Я устала от пьянок. Идите! Ребята, - еле выпихнув двух подогретых парней, Аня пододвинула к двери тумбочку и продолжила общение с незнакомцем, - Я поняла, что ты нечистая сила, но зачем тебе понадобилась я?
– Хороший вопрос. Я приехал в этот город из очень отдалённых мест, чтобы почистить его. И когда я посмотрел на твою жизнь со стороны, то понял, что лучшего наводчика мне просто не найти. Соглашайся. Я дам тебе всё, что пожелаешь. Хочешь отличницу из тебя сделаю?
– спросил молодой человек.
– Э, нее. Чтобы мне потом проходу не было от тупачей из нашей группы? Ты лучше мне скажи, как ты собираешься сделать из меня наводчика, я не стукачка какая-нибудь?
– Дура! Я тебе делаю то предложение, от которого невозможно отказаться, а ты ерепенишься. Как думаешь, почему ты оказалась в этом городке, а не осталась в Киеве?
– Почему?
– Когда ты сдавала рейтинги в универе Шевченко, мне пришлось немножко попотеть над твоей работой, чтобы выдать тебя за полную идиотку и двоечницу, а в Донецке тебя сочли не такой уже и плохой.
– Ах, ты!
– Аня набросилась на него.
– Да как ты смел? За что? За что?
– Дура набитая!
– он кинул её на пол.
– Ни за что, а зачем. А затем, что меня отправили в командировку, в этот забавный городишко, и мне нужно было переправить тебя сюда! И компьютер так странно глючил у кассирши, чтобы ты осталась здесь на Новый Год!
– Так значит, Юра, шарик из той наглой чувихи, подводный мир и шкатулка - это всё твоих рук дело?
– он кивнул.
– Ладно, и что же я должна делать, чтобы выполнять обязанности наводчика?
– Да ничего особенного: учиться, жить обычной жизнью, и вместе будем искать интересных и своеобразных людей, чтобы с ними что-то весёленькое сотворить. Я дам тебе всё, что пожелаешь за такую работу, - и тут у него в кармане зазвонил мобильник, Аня насупилась.
– Да-да. Да, Мессир, уговорил. Сложный народ - эти женщины, полчаса её уламывал. Хорошо, не буду разбазаривать командировочные, вне всякого сомнения, - парень повесил трубку и продолжал говорить Ане.
– Эх, женщины! Имя вам - вероломство. Семьдесят лет назад, я с женщинами общался довольно-таки тесно - 2162 изнасилования за один год. На самом последнем, я и попался - приговорили к расстрелу, даже не раздумывая.
Аня сжалась и начала отдаляться от незнакомца, хотела открыть дверь, но ударилась об тумбочку.
– Не
–Нет!!!
– что есть силы закричала девушка, - Не надо мне такое показывать!!
– она ещё сильнее вдавилась в тумбочку.
– Дурёха ты, дурёха! Что я тебе? Фильм ужасов показываю, что так бояться надо? Вот, - незнакомец расстегнул ширинку, и там не было: совсем ничего.
– Вау!! Круто!! Я такое в первый раз вижу. Показать бы нашим девчонкам, они бы попадали и ещё долго не вставали.
– Ну это ещё впереди, - и он застегнул ширинку.
– Кстати, за этой суетой я и не представился. Фёдор Сумкин, можно просто: Федя. А ты, я вижу, хорошо подготовилась к Новому Году, на оценку пять. Пейте дети молоко, будете здоровы, - он взял пакет молока, но ничего там не вылилось.
– Ой-ой! Бедные студенты, бедные вы, бедные, -он щёлкнул пальцами, и сразу же появился шикарный стол с кабанчиком, алкоголем и соками, с салатами оливье, а также другими неизвестными вкусностями, которых только душа пожелает, - ну-с. Налетай, Новый Год отмечай.
И они принялись поедать вкусности. В тот момент, Ане стало совсем хорошо. И уже незнакомца, она принимала за своего, и ей было с ним уютно.
Глава 24. Званный и желанный гость
– Хотелось бы мне узнать, Анечка, какая же у тебя есть печаль, тоска? Какое же твоё самое сокровенное желание?
– спрашивал подъевший и подвыпивший Федя.
– Тоска и горе, в какой-то мере, всегда присутствуют, но плакаться всем и вся, я не считаю нужным. Я же сильная. Сильная и терпеливая, привыкла всегда решать свои проблемы сама и ничего ни у кого не просить, - ободрено говорила также подвыпившая Анна.
– Вот женщины. Вам точно, имя - вероломство. А что? Вам дали свободу, демократию, видите ли! Равноправие. И слишком рано вам дали спуск! Прошло семьдесят лет, как меня здесь не было! И что я вижу?
– тут он начал очень сильно горячиться.
– Сигарета в зубах, бутылка в горле, матерятся, как мужики-алкоголики. И всем, без исключения девушкам можно давать титул „железная печень”. И насколько я понял, в семьях произошла рокировка: теперь жена - мужчина, а муж - женщина. Управы на вас нет! Вот раньше….
– А что раньше?!
– Аня тоже начала раздражаться.
– Я читала в книжке о Петре I, что женщин там лупили и лупили. И царицу Евдокию на свадьбе выпорол отец и дал хлыст мужу, чтобы он теперь был садистом!!! Это, по-твоему, справедливо?! А одну жену, заживо закопали за то, что мужа убила. Да! Да! Это грех! Но я бы удивилась, если бы она такого зверя не убила! Эта домостроевская фигня своё уже отжила!! Если бы меня побил муж - это было бы последнее „побил” в его жизни.
– Солнце, да причём тут домострой? Я хотел сказать, что раньше женщины были женщинами. А сейчас девушки больше похожи на свиней и кобыл, и вести себя они не умеют совершенно. Они стали легкодоступными и, поэтому совершенно неинтересными, так как манерами, характером, похожи одна на другую.