Наркота
Шрифт:
Сергей, волоча ноги, полез из ямы. Никто не удивился, когда он, черный, пропахший столетним илом, подошел к своим.
*
– Ну и задачку ты подкинул, - сказал генерал Сердюков с уважением посматривая то на измученного сержанта, то на доставленную им карту. – Что теперь делать прикажешь? А?
– Уничтожить.
– Кого? То, что мы считали просто замаскированной площадкой по производству наркоты, оказалось двенадцатью населенных пунктов плюс штаб американской военной базы.
– Насчет штаба не знаю. А вот селения спалить надо.
– А как же люди?
– Да нет там никаких
– Выходит, так… Голова в штабе Торабаб.
– Значит, Джонни Сохатый все и организовал?
– Да, ты прав. Ты знаешь, что за твою башку я им пообещал, когда наши опера перехватили приказ Сохатого живым тебя не брать? Все их объекты спалить, пленных не брать. Саму военную базу с лица земли стереть. Третью мировую сгоряча пообещал, - поверили. Может, оно и к лучшему, что таких полномочий у меня нет.
– Кстати, откуда наши «вертушки» с десантом свалились?
– Ну, это начштаба постарался. Когда мы узнали, что у америкосов сбор по тревоге, поняли, что ты ушел, а всю базу отправили тебя ловить. Он прикинул, куда ты пойдешь, куда сунешься в случае крайней опасности. Вертолетчикам и спецназу приказал организовать круглосуточное патрулирование по определенным маршрутам. Когда поднялся весь этот шум, за американцами уже следили. Ну, а когда они подошли к одиннадцатому секрету, там их уже без спецтехники видели и слышали. Они и вызвали дежурную пару – уже понятно стало, что на хвосте у тебя сидят.
– Ясно.
– Тут, Серега, МИД надо подключить. А насчет поселений динозавров всяких сегодня ночью размышлять буду. Я тебя к Герою России представлю. Через месяц, глядишь, звезду в стакан бросим.
– Мне бы в отпуск, Иван Савельич…
– Да это само собой. Помнишь, я говорил «проси, что хочешь»? Так вот, сколько тебе нужно?
Рогожин потупил голову:
– Месяца хватит…
– Сдурел? Мы же только начали. Очень скоро ты мне здесь будешь нужен. Дам вертолет на проезд туда-обратно и пять круглых суток отдыха. Ну, иди, иди, Сергей. Собирайся.
Генерал протянул руку.
*
Вертолет на минуту завис над центральной площадью поселка Пески. Медленно опустился на землю. Его тут же окружила толпа.
– Откуда у нас столько народу взялось? – Сергей весело спросил штурмана, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу у двери.
– Говорят, твоя заслуга, - ответил штурман, открыл дверь и откинул лестницу. Сергей, сдерживая эмоции, прокричал:
– Здорово, земляки!
В ответ толпа заревела, все бросились к вертолету. Не успел Сергей стать на ступеньку, его подхватили и принялись качать.
– Качай его! Качай его! Качай его! Качай его! – неслось отовсюду, как будто все знали, через что пришлось ему пройти за последний год. Наконец, помятого и поцарапанного опустили на землю. А он все выглядывал Ольгу.
Летчики попросили всех отойти подальше от машины. Раскрутили «пальму» и быстро исчезли за лесом. Еще две минуты
Народ все шумел, каждый хлопал по плечу с такой силой, что Сергея бросало из стороны в сторону. Он потихоньку начал выбираться из плотного окружения. И тут заметил, как вдоль центральной улицы бежит, несется молодая женщина с необыкновенно ладной фигурой и бледным лицом. По плечам хлопал белый платок, длинная юбка сбивала бег, она беззвучно смеялась и руками прижимала к телу расстегнувшуюся кофточку. «Ей-богу, ангел», подумал Сергей и быстрым шагом пошел навстречу. Они влетели в объятия друг друга, плотно прижались и стояли так, без слов, недвижно. Скоро Сергею стало неудобно, он осторожно взял Ольгу под руку и повел к своему дому. Сбегал за ключами, отпер дверь, оглянулся. Улица была совершенно пуста, и только его женщина с растрепанными волосами, счастливая, спокойно смотрела ему в глаза.
Целый день они не выходили из дома, и их никто не посмел потревожить.
На следующее утро вышли прогуляться по поселку. Было довольно многолюдно, во дворах кипела работа, появились новые дома. Они зашли в только что срубленную часовню и помолились перед двумя новодельными иконами. Заглянули к родственникам в гости, допоздна задержались у Юрия, двоюродного брата Ольги. Он долго извинялся, ходил, немного наклонив голову, но регулярные визиты к доктору и забота сестры позволяли надеяться, что дела его пойдут на поправку.
Вечером долго пили чай, болтали, распланировали оставшееся время и счастливые, немного уставшие, легли спать.
*
На третий день занялись обустройством Серегиной полупустой избы. Вымыли стены, потолок, полы. Перетащили Ольгину небогатую мебель и разного рода утварь, расставили по местам. Перегнали двух телят, свиноматку и десяток гусей на новое место.
Вечером, когда Рогожин обновлял кормушки и менял прогнившие доски на скотном дворике, а Ольга полировала окна, пришли мужики. Сразу перешли к делу: подогнали забитый сухостоем лесовоз, разгрузили, договорились, сколько заготовить сена, где поставить копны. О деньгах даже не намекнули.
*
На четвертый день в отдохнувшей за год «Ниве» отправились в город, к архиерею Никодиму. Он часто навещал Пески, особенно усердствовал, когда в поселке распространилось зелье. Тогда он многих спас беседами и молитвами.
Купили несколько старых икон, получили в подарок настенное распятие из дуба, вырезанное в прицерковной мастерской, и старинную божницу-складень. Потом прошлись по магазинам, взяли недостающую посуду, обновили кое-что из одежды. Не забыли про кольца – Никодим обещал приехать на следующий день, повенчать молодых.
*
Пятый день выдался тяжелым. С утра, после встречи с архиереем, Сергей чистил колодец. Потом до позднего часа пилил и колол дрова.
Рано утром проснулся от сильного беспокойства. И через пять минут услышал знакомое посвистывающее хлюпанье винтов. Вот и все. Вскочил, как по тревоге, быстро оделся, обнял не спавшую всю ночь невесту и, даже не позавтракав, выскочил из дома.
*
В штабе, по своему рабочему кабинету, из угла в угол, насупившись, расхаживал генерал Сердюков. Они пожали руки и командир, не спросив, как прошел отпуск, выпалил: