Нарисованные герои

Крапивин Владислав Петрович

О множественности и многомерности параллельных миров я догадывался уже тогда, хотя догадка эта в ту пору была еще расплывчатой, не оформленной в систему…

Конечно, можно было закончить повесть маленьким, минутным торжеством Витальки, но это было бы мелко и нечестно. А привести Витальку к пониманию, что Рождественская звезда не менее реальна, чем Юпитер, в ту пору, в начале шестьдесят пятого года, было немыслимо. Дело даже не в том, что повесть была

бы обречена гонениям и запрету. Мне казалось, что к восприятию такой истины просто не готов читательский мир. Да и сам Виталька, сын своего времени, не был готов. Для этой готовности нашему реальному пространству того времени надо было еще созреть…

Пространство «созревало» медленно. И порой хотелось (впрочем, как и сейчас) плюнуть на него и уйти в другие миры. Так появилась мысль о рассказе про деревянный кинжал. Кое-какие детали из него (сам кинжал, например, и Славкины стихи) потом вошли в повесть «Дети синего фламинго». Но в основном рассказ так и осел в виде карандашного черновика в старой клеенчатой тетради, на которой стоит дата – 70 г .

Деревянный кинжал

1

И совсем это было не похоже на то, что пишут в разных фантастических книжках. Никаких там антенн, зеркал, проводов и локаторов. Никакого радужного тумана и электрических потрескиваний. Это была обыкновенная машина. С блестящим олененком на капоте, как у строй «волги». Пыльно-серая с голубыми шахматными квадратиками на дверце. Только номер был не с такими буквами, как в нашем городе, а с непривычными: МВР 12-02. «МВР» – это, видимо, и означало «машина времени».

Я вызвал ее по телефону, номер которого прочитал в объявлении, в «Вечёрке». Ну, вы, наверно, помните: еще и по радио передавали…

Очень удачно подвернулось это объявление. В самый подходящий момент.

В общем, позвонил я и стал ждать. Этих таксистов обязательно ждать приходится, на простой они машине или на сверхфантастической, все равно. Часа через полтора он постучал. Водитель. Молодой такой парень в фуражке-восьмиуголке с лаковым козырьком. Сердитый.

– Вы, что ли, машину вызывали?

– Я вызывал. Давно, между прочим. Могли бы и поторопиться.

– А вы бы не ждали здесь, а встретили. К вам тут только на вертолете добираться, все перекопано. Я машину гробить не обязан.

Еще и с претензиями… Будь это обычное такси, я бы, конечно, встретил. Потому что и в самом деле к нашему дому не подберешься: все время копают. То какие-то трубы меняют, то кабель тянут, то вообще неизвестно зачем траншею выроют и зарастает она одуванчиками. Простой «волге» или «москвичу» сюда лучше не соваться. Но ведь эта машина…

– По времени взад-вперед ездите, а тут кочек испугались, – сказал я.

– По времени – это не по канавам… Паспорт

давайте.

Еще новости!

– Зачем это?

Он поморщился.

– Вот затем. Правило такое. Не я выдумал.

Я достал паспорт. Водитель раскрыл его и сразу стал похож лицом на дежурного милиционера.

– Странно все-таки сказал я. – Что я, за границу еду? Еще характеристику потребовали бы…

– Может, и потребуют, если надо будет… – Он достал блокнот и начал что-то переписывать из паспорта. – Потому что встречаются такие любители: умотают лет на двести вперед… в светлое будущее, на все готовенькое – и с приветом. Там от него никакого толку. А здесь у нас неприятности. Попробуй разыщи.

Вот оно как бывает! Я даже развеселился слегка.

– Я-то не в будущее, я назад. И не на двести лет…

Он удивленно поднял глаза, потом поскучнел как-то и подобрел в то же время.

– А-а… Ну, понятно. – И протянул паспорт. – Видать, не успел в те времена что-то? Доделать хочешь?

– Да нет… Так просто. Родственников повидать.

Буду я ему еще про все рассказывать!

2

Слишком уж обычно все было. Мы выехали на окраину и у красного указателя свернули на узкую бетонку. Мимо побежали кусты.

– Ну, давай, – сказал водитель. – Куда тебе?

– Значит, так… Двадцать два года в обратную сторону.

– В этом же городе?

– Нет.

И я назвал город, где жил, когда был маленький.

Он включил счетчик. Сразу выскочили такие цифры, что я крякнул.

– Слушай-ка… что это он так мотает? Может, испорчен?

Он хмыкнул, не оборачиваясь:

– А ты чего хотел? Это же тебе не на вокзал бабушку встречать. Два десятка с половиной по темпомеру да триста верст в сторону.

В общем-то да. На простом такси я за эти триста километров не меньше бы заплатил. И без всякого перемещения во времени.

Впрочем, никакого перемещения не было заметно. Один раз только сильно закружилась голова. Но меня и в обычных автомобилях иногда укачивает, если на голодный желудок.

Кусты за окном сливались в зеленые полосы. Шофер обернулся и зашевелил губами. Я с трудом расслышал:

– Когда остановиться-то? Месяц какой, день, время? И где?

Все у меня было продумано.

– Второго июля, полдевятого утра. Угол Первомайской и Герцена.

– А что за место? Лучше бы подальше от центра. Машина для здешнего времени здорово приметная. Пацаны сбегутся, толпа. – Он, видать, слегка нервничал. Молодой шофер.

– Подходящее место. Тихое, – сказал я, и вдруг мгновенным волненьем перехватило горло: неужели не сказка? Неужели – сейчас?

Зеленые ленты замедлили бег, разорвались на клочья с проблесками солнца. Потом вылетели мы на луг, в белую россыпь ромашек, а за лугом был город.