Нареченная
Шрифт:
Собака бегала кругами, стараясь, очевидно, привлечь внимание сидящих в вертолете.
— Я спущусь пониже, а ты посмотри, что там такое, — распорядился Барни, направляя машину к земле.
В красной пыли, зарывшись колесами по самое брюхо, стояла машина. Людей не было видно. Собака перестала лаять и напряженно следила за снижающимся вертолетом.
— Оставайся на месте, — приказал Барни, мягко посадив винтокрылую машину.
Клэр кивнула.
Ни одного месяца не проходило, чтобы какой-нибудь турист, решивший самостоятельно исследовать пустыню, не попал в беду. У Барни мелькнуло в
— Как самочувствие? — спросил Барни, с трудом нащупав пульс мужчины.
— Мой племянник… — с трудом вымолвил мужчина и попытался поднять голову, но не смог. — Он ушел в надежде найти какую-нибудь помощь.
Барни с трудом сдержался, чтобы не отчитать пострадавшего. На всех въездах в пустынные районы стоят щиты, на которых огромными буквами написано: что бы ни случилось, не покидайте свой автомобиль. Очень немногие обращали внимание на это предупреждение.
— Сейчас я принесу воды, — коротко бросил он, — а потом отправлюсь на поиски вашего племянника. Он давно ушел?
Мужчина, превозмогая себя, покачал головой: он уже давно потерял счет времени. Барни наклонился к нему и похлопал по руке.
— Постарайтесь не волноваться. С воздуха вашего племянника будет легко обнаружить.
Барни побежал к вертолету. Клэр уже стояла в проеме двери с флягой воды и аптечкой.
— Бедняга совсем плох. Я отправляюсь на поиски его племянника, а тебе придется пока побыть с этим горе-путешественником. Хоть кол на голове теши — все равно будут лезть сюда без подготовки, — сдерживая гнев, проворчал Барни. — Я сейчас отведу тебя к нему и объясню, кто ты.
Моя девушка, вдруг подумал он. Моя женщина. Я люблю тебя, чуть не произнес он вслух.
— Может, взять брезент, который лежит в углу кабины? — спросила Клэр, не подозревая, какие мысли бродят в голове Барни.
Он достал мешок с брезентом.
— Я постараюсь недолго, — мягко произнес он, коснувшись ладонью ее щеки.
— Будь осторожен, пожалуйста, — попросила Клэр, зная, насколько хрупка жизнь человека.
Барни нагнулся и быстро поцеловал ее в губы.
— Ничего не бойся, я скоро вернусь.
Мужчина — Джон Кортни, старый дурак-академик, так он представился Клэр — теперь лежал под импровизированным тентом: Барни накинул на куст брезент. Вода немного восстановила силы страдальца. На теле были солнечные ожоги, руки исцарапаны в кровь. Он даже не знал, когда это произошло.
Клэр, как могла, старалась утешить и подбодрить ученого. Пес по кличке Блу сидел рядом с Клэр, словно выбрал ее по каким-то своим собачьим соображениям хозяйкой. А может, животное было благодарно за воду, которой девушка напоила его из пластмассовой миски.
Клэр чувствовала, как по телу струится пот, волосы тоже стали влажными. В какой-то момент Джон Кортни стал заговариваться, и его тело обмякло. У Клэр сердце оборвалось от мысли, что у ее подопечного может случиться инфаркт или инсульт. Она молила Бога о скорейшем возвращении
Барни с трудом отыскал молодого человека в глубоком овраге среди зарослей высоких колючек. В них часто прячутся большие кенгуру, когда хотят немного поспать в тишине.
Он был, как и его дядя, сильно истощен, с пересохшими от жажды губами и покрытой солнечными ожогами кожей. Барни оказал ему первую помощь и, поскольку молодой человек не мог даже идти, вынужден был донести его до вертолета. В такие минуты Барни благодарил Бога за свою силу и выносливость. Он связался по радио со службой спасения и сообщил точные координаты найденных им людей. Незадачливые путешественники нуждались в срочной медицинской помощи.
Барни очень беспокоился о Клэр. Он знал, как долго тянется время для человека, находящегося в пустыне. Он думал также о ее сливочно-нежной коже, которую защищала лишь соломенная шляпка. Он сел в кресло пилота, завел мотор и поднял вертолет в раскаленный воздух.
Служба спасения прислала врача и медсестру. Это была супружеская пара, которую Барни хорошо знал.
— Молодой человек оправится, а вот с его дядей сложнее, — сказал врач, осмотрев обоих путешественников. — Им повезло, что ты обнаружил их. Еще один день, и они бы не выжили.
— Я позвоню вечером, Билл, узнать, как их самочувствие, — сказал Барни.
Клэр и Барни смотрели, как вертолет службы спасения набирал высоту, а затем исчез за горизонтом. Блу, оставленный на их попечение, провожая хозяев, жалобно поскуливал.
Барни взял Клэр за плечи и посмотрел в ее раскрасневшееся от жары лицо.
— Ты, молодец, Клэр.
— Это ты спас их. А я что? Подумаешь, сказала несколько утешительных слов пожилому академику.
— Что бы ты ни сделала, он убежден, что ты — ангел, присланный Господом оказать ему помощь.
— Это все мои светлые волосы и голубые глаза, — улыбнулась Клэр.
— Конечно. Если человек на грани жизни и смерти, то лучше, если с ним рядом в этот момент будет находиться ангел. — Он говорил весело, но взгляд его серых глаз был напряженным.
— Я смертна, Барни, — покачала головой Клэр, тоже не сводя с него глаз.
— И все же Кортни благословил тебя. Я делаю то же самое.
Барни взял в ладони ее лицо и остановил взгляд на полных красивых губах девушки. Он ощущал внутри себя огонь, к которому уже стал привыкать. Барни приложил немало сил к тому, чтобы обуздать влечение сердца, но Клэр достаточно было взглянуть на него один раз своими фиолетовыми глазами, чтобы все усилия пошли насмарку.
— Ты не такая, какой я ожидал тебя увидеть, — мягко сказал Барни. — И я постепенно сдаю одну позицию за другой.
— Я всего лишь одна из женщин, Барни. — Клэр казалось, что она растворяется в его магнетической ауре.
Барни чуть было не рассмеялся. Ничего себе «всего лишь», подумал он. Не успела приехать, а я уже ем у нее с руки. Интересно, сознает ли она свою власть надо мной?
Дыхание Барни участилось. Ему отчаянно захотелось прижать Клэр к себе и целовать ее до потери сознания. Он потянулся к ней, и она раскрыла губы в ожидании поцелуя. В глубине его серых глаз вдруг ярко полыхнуло что-то.