Нападающий

Хуанг Ана

Повязка на глазах и временная потеря одного из чувств, должно быть, усилили ее удовольствие, потому что ее мышцы напряглись всего через несколько минут. Ее пыхтение стало глубже, и я мог сказать, что она была на грани оргазма, когда я убрал от нее руку.

Хриплый звук протеста Скарлетт замер, услышав звук моей молнии, скользящей вниз, и шуршание фольги. К тому времени, как я натянул презерватив на свой жаждущий, ноющий член, она снова напряглась, ее тело практически дрожало от предвкушения.

Я подтолкнул кончик своего члена к ее входу.

— Держись

за стол, — приказал я.

Она сделала, как я просил, ее пальцы обвились вокруг края как раз вовремя, чтобы я мог погрузиться в нее одним сильным толчком. Она снова застонала, когда я наклонился над ней и уперся руками в стол по обе стороны от нее.

— Как сильно ты хочешь, чтобы я тебя трахнул, Скарлетт? — Мой мягкий вопрос противоречил настойчивому, ненасытному жару, собравшемуся у основания моего позвоночника. Я хотел врезаться в нее и услышать ее крик, увидеть, как она вцепится в стол и развалится на части вокруг моего члена, но я хотел услышать, как она это скажет первой.

Мои губы коснулись ее щеки, и я почувствовал, как по ее телу пробежала дрожь.

Она не ответила, но издала тихий всхлип, когда моя рука поднялась, чтобы схватить ее за подбородок.

— Насколько сильно? — повторил я.

— Жестко, — прошептала она, и ее щеки вспыхнули под моими губами.

— Я тебя не слышу, дорогая. — Я продвинулся немного глубже в нее, не больше, чем на сантиметр, но этого было достаточно, чтобы ее бедра снова дернулись.

— Жестко. — Костяшки ее пальцев побелели. — Я хочу, чтобы ты трахнул меня жестко. Пожалуйста. — Последнее слово вырвалось наружу как всхлип.

Я застонал. Боже, я никогда не мог сказать ей «нет» или насытиться ею.

Я отпустил ее подбородок, снова уперся рукой в стол и трахнул ее именно так, как она хотела. Жестко и грубо, мои яйца шлепали ее по коже с каждым толчком, ее крики и стоны заставляли меня двигаться быстрее, глубже, пока она не кончила с полукриком-полурыданием.

Ее киска пульсировала, сжимая и отпуская мой член таким образом, что через несколько секунд я испытал ослепительный оргазм. Мое зрение затуманилось, и мир превратился в чистую статику под изысканной, почти мучительной волной удовольствия.

Мы со Скарлетт лежали там, тяжело дыша, пока наше дыхание не пришло в норму, и я снова мог двигать конечностями.

Я снял с ее глаз повязку, помог ей встать и вытер нас обоих носовым платком, который принес с собой. Я бросил использованный презерватив и грязную тряпку в коробку, в которой были доставлены книги специального выпуска, и сделал мысленную заметку выбросить всю коробку в мусорное ведро, прежде чем мы уйдем.

Когда я закончил, я мельком увидел, как Скарлетт густо покраснела, прежде чем она уткнулась лицом мне в грудь.

— Я не могу пойти на ужин в таком виде, — сказала она приглушенным голосом. — Я выгляжу...

— Как будто тебя основательно трахнули? — усмехнулся я, когда она подняла голову и пристально посмотрела

на меня, цвет ее щек изменился с бледно-розового на свекольно-красный.

— Ашер.

— Ты все еще выглядишь прекрасно. Ты просто немного более... взъерошенная. — Я откинул прядь волос с ее лба. — Если тебе от этого станет легче, я забронировал нам отдельную комнату. Никто не будет на нас смотреть.

— За исключением официантов.

— Я уверен, что они видели и похуже, и мы можем привести себя в порядок перед ужином. В спа-салоне есть душевые и туалетные принадлежности, которыми мы можем воспользоваться.

У нее отвисла челюсть.

— Серьезно? Почему ты не начал с этого?

— Потому что ты была слишком милой, когда думала, что я заставлю тебя войти в ресторан, пахнущая сексом.

— Ты дьявол. — Но в ее словах была теплота, а глаза светились такой любовью, что она пронзала мне грудь. — На этот раз я пропущу это мимо ушей, ведь ты подарил мне частную автограф-сессию с Изабеллой Валенсией и оргазм. Это может быть лучшая годовщина в моей жизни.

— Лучшая годовщина из всех, — поправил я.

Скарлетт рассмеялась.

— Ты единственный в своем роде, Ашер Донован. — Она встала на цыпочки и нежно поцеловала меня. — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. — Я поцеловал ее в ответ, и мое сердце тяжело забилось в знак согласия. — Больше всего на свете.

Мне не всегда нравилось, как другие люди произносили мое полное имя, словно я был брендом и товаром, а не личностью.

Но когда Скарлетт его произносила, она делала это так, словно видела каждую частичку меня, и хорошую, и плохую, и любила меня из-за этого, а не вопреки разным граням моего характера.

Я был окружен деньгами и славой большую часть своей взрослой жизни. Но это, прямо здесь, со Скарлетт, счастливой и довольной, в моих объятиях?

Это было все, что мне действительно было нужно.

ЭПИЛОГ 1

Адиль: Добро пожаловать в официальный групповой чат книжного клуба «Блэккасла»!

Я: Серьёзно? Ты поставил картинку из «Земля до начала времён» в качестве аватарки группы?

Адиль: Почему бы и нет? Это хороший фильм

Стивенс: Чувак, это так неправильно. Это детский фильм, а мы читаем о том, как динозавры трахаются

Адиль: Хорошо, что мы не заставляем их читать книги, не правда ли?

Адиль: Но ладно, я понимаю твою точку зрения

Адиль: Я хотел сохранить это в тайне, но поскольку вы настаиваете на контроле моих административных решений, я заменил картинку на обложку выбора книжного клуба этого месяца

Адиль: Господа, приготовьтесь к **барабанная дробь** траху спинозавра!