Нападающий
Шрифт:
— Слушай, — сказал я. — Я знаю, что я не твой первый выбор, когда дело касается бойфрендов для Скарлетт...
— Ты даже мой не второй, третий или четвертый выбор.
Я проигнорировал его раздраженное ворчание и продолжил.
— Но я забочусь о ней больше, чем о ком-либо другом в мире, и я не хочу, чтобы ты винил ее во всем этом. Она ненавидела лгать тебе, но она так беспокоилась о твоей карьере, что не хотела просто так вываливать на тебя эту новость.
Винсент нахмурился.
—
— Она беспокоилась, что, если ты узнаешь, это ухудшит наши отношения и повлияет на нашу игру. Она знает, что сказал тренер о том, чтобы посадить нас на скамейку запасных, если мы не сможем работать вместе. Она не хотела усугублять проблему.
Он выдохнул с глубоким вздохом.
— Точно.
Первоначальный бездумный, инстинктивный огонь нашего гнева угас, оставив нас истощенными. Бруклин фактически отправила нас на тайм-аут, но он был нам нужен.
— Я не сомневаюсь, что она тебе небезразлична, — сказал Винсент. — Тот факт, что ты пропустил матч против «Холчестера», чтобы быть с ней, доказывает это. Но дело не в твоих чувствах к ней. Дело в честности. Вы оба лгали мне. — Его губы сжались в тонкую линию. — Когда мы были в «Разъяренном кабане» после благотворительного матча, ты позволил мне снова и снова говорить о том, как я ценю, что ты не приставал к ней, и ты не сказал ни черта.
— Я знаю. — Чувство вины пронзило меня. — Мне жаль.
Это был мой первый раз, когда я извинялся перед Винсентом. Это было легче, чем я думал, потому что я имел это в виду. Если бы я был на его месте, я бы тоже расстроился.
— Мы собирались рассказать тебе на той неделе, когда ты вернулся в Лондон, — сказал я. — Но мы с тобой начали находить общий язык, и после твоей речи в «Разъяренном кабане» я еще больше забеспокоился, что ты не... воспримешь новость должным образом. Это я убедил Скарлетт отложить наш разговор. Я не хотел рушить наше перемирие так близко к началу сезона.
Оглядываясь назад, мы могли бы лучше справиться с ситуацией. Лучше взаимодействовать. Но эти вещи стали яснее задним числом, и было трудно принять правильное решение в тот момент.
— Тебе следовало просто сказать мне, — прорычал Винсент. — Я капитан нашей команды. Я переживаю за сезон и за победу так же, как и ты, если не больше. Я бы справился с этим лучше, если бы ты сказал мне это в лицо, как мужчина, вместо того чтобы позволить мне самому разобраться, пока моя сестра в гребаной больнице.
— Я должен был это сделать, — признался я. — Но теперь уже слишком поздно.
Он снова фыркнул.
— Ты думаешь?
Снова тишина.
Гул торговых автоматов разносился по воздуху, заглушая слабые голоса и шаги
— Мы выиграли? — спросил я после нескольких минут молчания. — Матч. — Я не проверил окончательный счет, прежде чем он появился.
Винсент покачал головой.
— Ничья. Два-два.
— Блять.
— Ага.
Мы выдохнули наше разочарование двойным вздохом.
— Кстати, тренер на тебя в ярости. — Винсент звучал слишком уж довольным. — Он сдерет с тебя кожу живьем, когда увидит тебя в следующий раз.
Я поморщился. Я предвидел много тяжелых забегов в будущем, но мне было все равно. По большей мере.
— Ничего страшного, — сказал я. — Я выживу.
— Ты всегда так делаешь. — В голосе Винсента прозвучала горечь, напомнившая мне о причинах, по которым он меня недолюбливает. — Ты как тефлон.
— Поверь мне. — Я вспомнил тысячи ужасных сообщений, которые получил после того, как объявил о своем переводе в «Блэккасл». — Я не такой непобедимый, как ты думаешь.
— Может, и нет, но позволь мне думать, что ты такой. Так легче снова тебя ненавидеть. — Он потер рот рукой. — Неважно, что я делал, меня всегда сравнивали с тобой. Мы даже не играем на одной позиции, но ты был там, всегда упоминался в одном ряду со мной, когда я знал, что мне не сошла бы с рук и половина того дерьма, что ты натворил.
— Если тебе от этого станет легче, — сказал я после долгой паузы. — У тебя есть Чемпионат мира, а у меня нет.
Винсент коротко рассмеялся.
— Вообще-то да.
Еще вчера я и не мечтал шутить о Чемпионате мира. Увидеть, как победа ускользает от меня на последнем турнире, навсегда останется одним из определяющих моментов в моей жизни и карьере. Я никогда этого не забуду.
Но моя предыдущая ссора с Винсентом позволила мне выплеснуть часть накопившегося гнева, а наше перемирие последних нескольких недель смягчило острые края моей обиды. Он заступился за меня против Боччи и Лайла, и нравится мне это или нет, мы были в одной команде. Даже если бы мы не были, мне пришлось бы регулярно взаимодействовать с ним из-за Скарлетт.
Все это сделало инцидент на Чемпионате мира более легким для восприятия. На самом деле, пришло время оставить его позади, но это не означало, что я не отомщу в следующий раз, когда мы будем играть друг против друга.
— Но не волнуйся, — сказал я. — Через два года все изменится.
Следующий Чемпионат мира стремительно приближался. Отборочные матчи в Европу начались весной, и я уже чувствовал волнение. Не было никаких шансов, что Англия не попадет на турнир. Наша национальная сборная была лучшей за последние десять лет.