Намбату
Шрифт:
— Она, правда, грозилась сломать тебе руку? — дворянин вопросительно изогнул бровь.
— Ну-у-у… Шутки ради. На самом деле, ничего бы мне она не сделала.
— Ты так в этом уверен?
— Ну да, — пожал плечами иролец.
— И вы поженились через неделю после знакомства? — Филара тоже никак не могла выбросить из головы эту тему.
— Нет. Через три примерно. После первой мы только приняли такое решение.
— О, — девушка задумалась.
— Где праздновали? — Ральдерик вспомнил избушку и пещеру дракона.
—
— Никакой, — герцог резко утратил интерес к разговору.
— Мы еще пока не отмечали, — ответил Гудрон, прекрасно знавший, что на нем гнев супруга вымещать никогда не станет. — Просто прошли все ритуалы типа «Объявляю вас мужем и женой! Можете поцеловать невесту».
— Дядя ужасно обидится, если не окажется в числе приглашенных, и если ему не позволят самому всё организовать, — черноволосая волшебница почему-то успокоилась и снизошла до пояснений. — Поэтому праздновать придется в королевском дворце с кучей гостей, послами из других стран, помпой, фуршетом и всё такое. Отсрочиваем этот момент, как можем.
— Ага, — тоскливо кивнул кузнец, позволяя супруге заплетать его кудри в неаккуратную косу. — Представьте меня на светском приеме. Это же кошмар!
— Я не лучше, — спокойно отозвалась девушка. — Уважение к этикету мне так вбить и не смогли.
— Это… будет очень веселая свадьба, — представил гендевец.
— Не ехидничай, — посоветовал иролец, заметив в словах друга сарказм. — Тебе как шаферу веселее всех будет.
— А?
— Да-да, нечего так удивляться. Будешь ходить и заминать международные скандалы, успокаивать подожженных или облитых вином дам, прятать трупы и объяснять всем присутствующим, что молодые так шутят, — хихикнула Эрлада.
— Короче, начинай готовиться, — вздохнул Гудрон. — Хотя бы морально.
— Ээээ… Я, конечно, польщен, — растерялся вельможа. — Но, боюсь, вам на всякий случай стоит подыскать запасного кандидата, а то, боюсь, Намбату…
Дворянин сделал неопределенный взмах рукой, призванный означать «существует большая вероятность, что я погибну или буду вынужден коротать следующие шестьсот лет в каменном или какой он там коконе». Филара скромно сидела и надеялась, что ей тоже достанется какая-нибудь роль, но молчала, поскольку считала, что напрашиваться будет неприличным.
— Я есть хочу! — заявил вернувший обычное состояние души Макела Вантазий.
— В общем, можешь уже сочинять речь, — кузнец проигнорировал намеки товарища.
— Я УЖАСНО хочу есть! — голос ученого стал звучать сварливей и капризней.
— Ага, сейчас, — блондинка, так и не дождавшись приглашения, печально поднялась с земли и побрела за котелком и продуктами.
— А ты себе платье пока придумывай, — крикнула ей вслед черноволосая волшебница, приводя волосы супруга в первоначальное состояние. — Боюсь, тебе придется быть единственной подружкой невесты,
— Ладно, — счастливо кивнула девушка, берясь за процесс готовки с большим энтузиазмом.
Воспоминания о трупе отошли на задний план, поэтому вопрос «обедать или не обедать?» даже не возникал.
— Тебя всего ленточками обвяжем и бантиками, — продолжала планировать грядущее когда-нибудь событие Эрлада. Шун с сомнением на нее покосился, но говорить, что он думал об этой затее, всё же не стал из соображений собственной безопасности. — А вас… Нет, вас там не будет.
Гений науки обиженно засопел и отвернулся.
Путники еще какое-то время помусолили эту тему. После обеда они поехали дальше. Согласно карте, река скоро должна была вильнуть вправо, лишая их своей компании, и это сильно удручало. Зато они перейдут на следующую страницу атласа, и можно будет проверить слова Вантазия о местонахождения кахолитета старым проверенным способом. Верному стеклянному шарику гендевец доверял больше, чем трехтысячелетнему ученому.
— А у нас скоро будет привел? — зевнул Шун, потягиваясь.
— Устал никак? — фыркнул Ральдерик. — Ты ж дрыхнешь чуть ли не сутками.
— Вот именно! — решительно захлопнул пасть кот. — Я бегать хочу! Хищник я или кто?
— Воротник ты меховой, а не хищник.
— Но-но! — возмутился зверь. — Может быть, в душе я тигр! Только маленький.
— Крошечный.
— Когда я вижу дичь, в моей крови начинают кричать поколения и поколения моих предков! — животное серьезно покачало головой, вперяя взгляд в пространство. — Дикие древние кошки — ужас пещерных людей. Гигантские, зубастые и беспощадные! Их еще более ранние предшественники с торчащими изо рта клыками и когтями, легко раздирающими бычьи туши. А также их бесчисленные потомки! Все они воют и рычат во мне и…
— Призывают тебя ловить бабочек?
— Вообще-то, — тряхнул головой Шун, возвращаясь из мечтаний к реальности. — Разрывать лошадей на части и тащить их на дерево или в пещеру, где никто не сможет мне помешать их есть, но я трезво оцениваю свои возможности. Что?
Герань остановился, повернул голову назад и многозначительно посмотрел на своего пассажира.
— А я-то что?! — принялся оправдываться тот. — Это всё зов предков! И вообще, я тебя хоть раз когтем тронул?!
— О-о-о… — ученому без книги было тоскливо, так что он пустился в философствования. — Каждое живое существо состоит из всех тех, кто жил до него. В нем часть его отца и матери, дедушек и бабушек, прадедушек и так далее до самого конца. Человек по сути своей тоже — сотни и тысячи спрессованных жизней своих предков. Он точно так же продолжит жить в своих потомках. Он будет течь в их крови рядом с теми, кто совсем недавно тек в его… И этот бесконечный процесс…
— Дайте ему уже что-нибудь почитать! — взмолился Гудрон. — Пусть атлас хотя бы смотрит!