Наковальня
Шрифт:
Чуен выла без слов от боли и ярости. Мужчина орал, стараясь перекричать ее вой, и Изадора вдруг поняла, что он вовсе не просит погодить.
— Чуен, стой!.. — Копченый окорок под названием «локоть» врезался Изадоре в живот, отбрасывая ее к стене.
Сквозь боль до нее донеслось рычание Чуен:
— Пусти меня, ты, подонок!..
В руке нападавшего вдруг появился пистолет. Направив его на Чуен, мужик что-то невнятно кричал и тянул бедняжку за воротник.
— Не трогай ее, — ухитрилась
тизированная видом оружия. Только теперь она наконец расслышала, что кричит мужчина. Не «погоди», а…
— Полиция! Я из полиции! — ревел он.
Чуен, похоже, тоже услышала и недоверчиво уставилась на него. Здоровяк полез в карман и вытащил карточку, которая засветилась, как только он на нее нажал.
— Муниципальная полиция, — пропыхтел мужчина. — Лейтенант Хитедоро Изеки, и эта штука установлена на болевой шок, а не на оглушение, так что сделайте себе одолжение!
БЕГ ПО ПЛОСКОЙ СТРАНЕ
Дневник Элспет:
Вот сердце… Вот дорога… npucmaвь кусочки друг к другу, Однажды в подвале и нашла старинную головоломку. Там было сыро, и кусочки разбухли. Ничто не подходит. Ничто не подходит. Ничто не подходит. Ничто…
Несмотря на потрясение, голос Чуен был едок.
— Это что, новое слово в защите закона? — задыхаясь, проговорила она.
Изеки повернулся и указал пистолетом на открытую дверь. — Что там такое? — бросил он Изадоречерез плечо. — Вы, которая на полу! Почему она не должна входить?
Изадора встряхнулась.
— Маленькие искусственные шершни, как… летающие насекомые с полыми иглами. По-моему, они отравлены. Они только что гнались за мной у меня дома, но дальше входной двери не вылетели. Думаю, их запрограммировали действовать только в пределах моей квартиры.
— Шершни… с иглами, говорите? — Порывшись в поясе, Изеки вытащил голубой шарик, похожий на стеклянный и размером с шарик для настольного тенниса, и маленький окуляр, который он поместил Перед правым глазом, закрепив за ухом. —
Включить осмотр, — сказал офицер и взмахом руки снизу отправил шарик в квартиру. — Что я ищу?
— Э… такую маленькую серебряную летающую штуковину… робота, — затараторила Изадора, сознавая, что объясняет не очень хорошо. — Размером с большую осу, но жирнее.
— Большую что?
— Маленького синтфертера.
— О чем ты говоришь, черт возьми? Что за «шершни»? — прошипела Чуен Изадоре.
Изеки сделал ей знак молчать. Он направлял свою летающую камеру путем словесных команд.
— Налево… стоп… вперед, — бормотал офицер. —
Едва полицейский скрылся в квартире, Чуен принялась жаловаться:
— Нет, я в это не верю, это чистейшее сексуальное приставание! — Она застонала. — О-о-о, моя челюсть… и… ты только посмотри! Он сломал мой фон! Смотри!
Изадора слушала эти сетования вполуха: ее больше интересовало, что происходит в квартире. Наконец Изеки вышел а коридор, опуская «видящий шар» в кармашек на поясе.
— Ну, если что и было, сейчас там ничего нет, — категорично заявил он.
— Тогда, может, Он объяснит нам, зачем Он прятался возле моей двери в полшестого утра? — проворчала Чуен.
Изеки прищурился сквозь мрак на татуировку на лбу Чуен и вполне различимо простонал:
— А, черт, надо было догадаться! Сестра этой треклятой Таниты! Я вас ждал. Я понимал, что мне не удастся поговорить по секрету вот с этой вашей подругой: за ней таскается больше народу, чем за стриптезершей с генинжевой прибавкой феромонов. — Тут он повернулся к Изадоре — Может, лучше вы мне расскажете, что это все значит?
— И почему ты бегаешь в халате? — спросила Чуен, только сейчас обратив внимание на ее наряд.
Игнорируя вопрос подруги, Изадора терпеливо рассказала, что случилось в ее квартире. Когда она закончила, лицо Изеки помрачнело. Сузив глаза, он посмотрел на нее долгим и жестким взглядом. Потом вдруг отвернулся и начал бить ногой в стену, ругаясь:
— Черт побери! Черт побери! Черт побери!
Изадора и Чуен обменялись недоуменными взглядами. Через несколько минут Изеки, казалось, устал бороться со стеной и снова повернулся к женщинам.
— Ладно, — сказал он тяжело. — Здесь вы остаться не можете и домой вернуться тоже не можете. Есть у вас место, где можно отсидеться некоторое время?
— Я даже не знаю… — начала Изадора, но Чуен возмущенно перебила:
— Эй, секундочку, я не ослышалась? Отсидеться? Что это еще такое?
— Чуен… — попыталась остановить ее Изадора.
— …Это дело для цурзовцев, Макка их побери! Кто-то только что пытался убить ее!
— ЧУЕН! — взорвалась Изадора. — Черт побери! Ты еще не поняла?
Чуен умолкла. Слишком быстро. В первый раз в жизни Изадора увидела страх на лице подруги и поняла, что до Чуен тоже все вполне дошло.