Наконец-то!

Басби Ширли

— Любовную связь — да, но не все другие отношения.

— У нас с тобой, — процедила она сквозь зубы, — не может быть никаких других отношений.

— Тогда как ты объяснишь мой сегодняшний визит к мистеру Хэйту? — резонно спросил Тони, откидываясь на черное кожаное сиденье кареты.

— Вообще-то я не собиралась брать тебя к мистеру Хэйту, — откликнулась Арабелла.

— Значит, если я правильно понял, мне не только не следовало показываться сегодня утром в Гринли, но и по приезде в Натчез я должен сразу же оставить тебя одну? — В его тоне слышался откровенный сарказм. — А потом, когда ты закончишь дела с адвокатом, я

снова, как верный пес, должен припасть к твоим ногам, визжа и виляя хвостом от радости?

Арабелла хотела возразить, но быстро закрыла рот. Черт возьми, а ведь Тони прав! Именно так она и хотела построить сегодняшнее утро, и только теперь до нее дошла вся жестокость ее плана.

Она надеялась держать его на безопасном расстоянии, дабы не подвергать испытаниям свое нежное сердце, и не думала о том, что Тони может обидеться. К сожалению, его чувства были ей небезразличны.

Арабелла взволнованно посмотрела на него

— Пойми, Тони, ты ставишь меня в затруднительное положение. Пять лет назад мы расстались при таких ужасных обстоятельствах, какие только можно себе вообразить, и сейчас я встречаюсь с тобой только из-за нашего договора. — Она отвела глаза. — Если нас увидят вместе, пойдут сплетни. — Щеки ее зарделись. — Я не хочу опять пережить такие же страдания. П-после того как… как наша помолвка была расторгнута, ты сразу уехал в Англию и не знаешь, каково это — служить постоянной мишенью для злых языков; слушать, как шушукаются у тебя за спиной и прерывают беседу, когда ты входишь в гостиную; чувствовать на себе косые взгляды, когда ты идешь или едешь по улице. Это очень… неприятно, — добавила она, сильно преуменьшив свои былые ощущения.

Тони поморщился. И как это ей удается ? Он готовился к ссоре — можно даже сказать, предвкушал ее, — а она разоружила его всего несколькими словами, заставив почувствовать себя самым последним негодяем на свете. И все же в одном она ошибалась: он-то как раз привык быть в центре внимания толпы. Каждый его поступок — и большой, и маленький — пристрастно рассматривался со всех сторон, чтобы послужить новым поводом для кривотолков.

Он устало вздохнул:

— Ты, видно, забыла, как относится ко мне большинство жителей Натчеза. Я чуть не с пеленок стал излюбленным объектом сплетен. Мне очень жаль, Белла, что тебе столько пришлось пережить, — тихо добавил он, — и пережить в одиночку.

Она печально улыбнулась:

— С тобой я вряд ли пережила бы все это, так что не надо меня жалеть. Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что твой отъезд был для меня благом. Если бы ты остался, было бы только хуже. Ну да ладно, не будем ворошить прошлое.

— Помнится, раньше тебя не слишком-то волновало мнение света, иначе бы ты ни за что со мной не обручилась.

— Теперь мы оба понимаем, что я совершила роковую ошибку, — мягко произнесла Арабелла, не отрывая взгляда от дороги.

— Нет, — возразил Тони. — Ошибку совершил я. Мне надо было предвидеть, что злодейка— судьба найдет способ разрушить моею единственную надежду на счастье.

Арабелла не нашлась что ответить. Это было бессмысленным и мучительным делом — препарировать труп их погибшей любви. «Моей погибшей любви», — поправилась она. Тони никогда не любил ее по настоящему, иначе она не застала бы его в постели с Молли Добсон.

Почти весь остаток пути до Натчеза они молчали, погруженные каждый в свои мысли, и только два-три раза перебросились

ничего не значащими фразами.

При въезде в город Тони резко сказал:

— Высади меня здесь и отправляйся к своему адвокату. Встретимся на этом же месте примерно через час. Не волнуйся, я найду чем заняться.

Губы Арабеллы сжались в тонкую линию.

— Нет. Мы поедем к мистеру Хэйту вместе. Ты прав, это глупо и жестоко с моей стороны — делать вид, что мы чужие. — Она строго взглянула на него из-под полей своей соломенной шляпки. — Только, пожалуйста, не воображай, будто это что-то меняет, Тони!

Тони согласно кивнул, мысленно поздравив себя с первой победой. Настроение у него значительно улучшилось.

— Как скажешь, дорогая.

Проезжая по широкой лиственничной аллее рядом с главной городской площадью, они встретили нескольких общих знакомых. Если бы Арабелла не чувствовала себя обнаженной под многочисленными взглядами толпы, она от души посмеялась бы. Кто-то сдерживал свое удивление и приветствовал их вежливым кивком, а кто-то буквально застывал столбом, выпучив глаза и открыв рот.

Остановив карету перед адвокатской конторой мистера Хэйта, Арабелла заметила:

— Я думаю , теперь мы с тобой будем главной темой разговоров во всех домах в пределах десяти миль от Натчеза.

— Двадцати миль, — поправил ее Тони, скривив губы в усмешке.

Он спрыгнул на землю, привязал коня к шесту, потом вернулся и подал руку своей спутнице.

Выйдя из кареты, Арабелла встряхнула мятые юбки своего лилового платья в мелкий цветочек и глубоко вздохнула для храбрости.

— Ну что, пойдем проверять, нет ли в моих документах какой-нибудь лишней бумажки?

— А мистер Хэйт? Как ты объяснишь ему мое присутствие?

Арабелла вздернула подбородок.

— С какой стати я буду перед ним объясняться? Хэйт — мой адвокат, а не опекун.

Тони весело расхохотался, сверкнув белоснежными зубами:

— Ох, Белла! Я вижу, ты еще не до конца укротила свой удивительный норов, из-за которого я и полюбил тебя когда-то.

Польщенная Арабелла отвернулась и торопливо зашагала к адвокатской конторе Хэйта. Она так спешила, как будто за ней гналась целая стая диких зверей.

Увидев Арабеллу Монтгомери в сопровождении Тони Даггета, мистер Хэйт скрыл свое неудовольствие, но ответил на холодное приветствие своей клиентки такой же учтивой холодностью. Он послушно принес папку, проводил и в отдельную комнату и, взявшись за хрустальную ручку двери, в упор посмотрел на Арабеллу.

— Надеюсь, у вас все в порядке? — спросил он.

— Разумеется, — отозвалась она, напомнив себе, что адвокат желает ей только добра.

Мистер Хэйт замялся.

— Что-то в последнее время вы, Монтгомери, ко мне зачастили. Сегодня утром заходил ваш брат. Он принес какую-то бумагу — сказал, что это очень важный документ, и попросил убрать его в сейф.

Старый хитрец пытается выудить у нее информацию! Арабелла одарила его лучезарной улыбкой.

— Ваш сейф, безусловно, самое надежное место для важных документов. Я рада, что Джереми проявил благоразумие.

— Хотелось бы мне, чтобы вы проявили такое же благоразумие, — проворчал мистер Хэйт.

Арабелла строго взглянула на него:

— Спасибо , мистер Хэйт. Вы свободны.

Адвокат с мрачным видом вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

— По-моему, здесь веет холодком, — небрежно заметил Тони.