Накануне
Шрифт:
Оператор крутит ручки теплопеленгатора, перемещая зеркало по азимуту и углу места, совсем как антенну локатора и следит за показаниями стрелки вольтметра: дёрнется она – значит сигнал от нагретого объект попал в фокус. Тогда стоп машина – показания с теодолитного лимба передаются по радио вычислителю, сегодня это – я, а радио – "Моторола SCR-300" УКВ диапазона с дальностью связи – до 5 километров,
Юра быстро смотался за столиком и стулом для меня и вдвоём с напарником умчался оборудовать второй пост в трёхстах метрах от этого в пределах прямой видимости.
"Блин, после первой серии из девяти выстрелов успеваем обнаружить только одну пушку из трёх… Стоп, а какая нам разница, стреляет пушка в данный момент или нет, её ствол сейчас всё ещё разогрет. Это ведь при окружающей температуре +25 градусов сернистый свинец "видит" температуру ствола не ниже ста, сейчас же на дворе минус десять (его график чувствительности от длины волны ик-излучения сдвигается вправо на пару микрометров), поэтому вполне сможет "разглядеть" и более низкую температуру".
– Люба, не останавливаемся, – жму на тангету рации. – продолжайте искать дальше, чувствительности приёмника должно хватить. Приём.
Пытаюсь разглядеть что-нибудь в направлении, на которое указывает зеркало.
"Бесполезно, даже с моим зрением… а по условиям испытаний пользоваться биноклями запрещено".
– Юра, ты тоже не тормози… Вот смотри, чуть-чуть стрелка отклонилась, давай координаты… Так крути дальше… Вот кажется ещё немного отклонилась… Записываю.
"Показания вольтметра надо записывать! Чем выше температура объекта, тем позже стреляло орудие, без этих показаний легко можно перепутать пушки".
– Что ж, посмотрим что у нас тут получилось…. – командарм получает из рук порученца карту испещрённую множеством разноцветных значков. – и где тут что?
В тесном блиндаже стоит стол, освещённый яркой электрической лампой с железным абажуром-воронкой, за котором восседает начальник ГАУ и полдюжины стульев. С одного из них в ту же секунду подскакивает майор-артиллерист
– Чёрным обозначены реальные позиции пушек, – карандаш майора заскользил по карте, останавливаясь на секунду на условных значках. – красным – предполагаемые позиции пушек, по показаниям улучшенной звукометрической станции завода имени Кулакова, синим – по показаниям прибора завода "Темп".
Командарм склоняет голову ниже, напрягая зрение, но через минуту досадливо вздыхает и выпрямляется. Мы с Бенуа вытягиваем шеи, чтобы разглядеть карту.
– Ваши выводы, майор.
– Оба прибора справились с заданием, – неторопливо продолжает тот. – правильно обнаружили по две пушки, те что находились от НП на расстоянии 6 и 8 километров. Точность определения местоположения пушек прибором завода "Темп" значительно выше, чем у его соперника: около пяти метров по дальности и десяти угловых минут по азимуту и углу места. Погрешность показаний станции звуковой станции соответственно – 50 метров и один градус. Третью пушку не смогли обнаружить оба прибора…
– А это та, что мы за горку поставили… – Довольно хмыкает Кулик.
"Как за горку? По условиям испытаний все пушки должны быть в прямой видимости"…
– … точно так, товарищ командарм. Но установка завода "Темп" смогла правильно определить её азимут и угол места….
"Понятно, моя тренога зацепила пушку, а с любиной – она была не видна".
– …в то время как её соперник – дал огромную ошибку по всем параметрам. Расстроенный Бенуа берёт себя в руки и протягивает мне руку, признавая своё поражение.
– Так мы победили, да? Ура! – Люба с разбегу бросается мне на шею.
"Как жаром обдало… как никак первая любовь Чаганова… только не начинай, у меня уже есть девушка… по крайней мере не сейчас… о деле надо думать… товарищ Сталин не шутит… вон даже конкурс по пушкам отменил… ну хотя бы пушку Дегтярёва не запретил и на том спасибо… так руки в ноги и в Архангельск"…
Люба что-то почувствовав, смотрит на меня немигающим взглядом своих огромных зелёных глаз.
Конец четвёртой книги.