Находка
Шрифт:
В углу стояла небольшая мультиголографическая инсталляция, демонстрирующая возникновение и схлопывание черных дыр — посетители могли подойти и взаимодействовать с ней, изменяя, например, напряженность и потенциал гравитационного поля.
Над барной стойкой парили меню, набранные шрифтом стилизованным под математические обозначения. Коктейли носили названия вроде «Парадокс Риммео-Таггу» (темно-фиолетовый напиток с эффектом расслоения на три фазы), «Горизонт событий» (черный коктейль с золотистой поверхностью, подающийся в сферическом бокале), или какой-то вообще «Порог барионной
Доктор Илай Неттор сидел за столиком под светильником, который назывался «Суперпозиция» — в центре композиции висит темная непрозрачная сфера (очевидно частица в ее истинном состоянии до момента наблюдения), от сферы во всех направлениях плавно и хаотично изгибаются тончайшие нити, создавая постоянно меняющийся трехмерный узор (очевидно вероятностное облако, или просто набор волновых функций, кому как).
За столиком с Неттором сидели его постоянные друзья — Томео Ду, инженер-конструктор, Лисса Портен, биоинформатик, и Эвин Труильо, архитектор виртуальных пространств. Все трое дружили с университетских времен, причем с Ду Неттор учился на одном факультете. Еженедельные встречи в этой компании были для Неттора одним из тех «глотков нормальности» в его регламентированной жизни.
— И тогда Маттео мне говорит: «Илай, еще один такой косяк, я лично выброшу твой терминал в ближайшую черную дыру».
— Чтобы ты — и накосячил? — Лисса рассмеялась.
— А что? — Неттор отхлебнул свою «Эволюцию смешанных состояний» — смесь темного рома и чего-то искрящегося синим. Напиток менял общий тон по мере того как его пили, переходя от болотно-зеленого к светло-голубому. — Я ведь все-таки человек, обычный? В общем, перепроверяю, и, да, нахожу ошибку в третьем порядке.
— Одержимость точностью, — подначил Томео, — твоя секретная суперсила.
— Почему секретная? — Неттор отставил стакан. — Нет, почему секретная-то?
От соседнего столика отделился субъект в помятом костюме. Проходя мимо Неттора, он зацепил стол, и бокал с синевато-зеленым коктейлем опрокинулся.
— Черт! — Неттор выпрямился. Пятна расползались по белой ткани рубашки, тускло переливаясь искрами.
— Извиняюсь, приятель, — отозвался субъект.
— Могли бы поосторожнее…
Субъект хирургически отмеренным движением ударил Неттора по темени — в руке что-то сверкнуло.
— Неттор! — Лисса вскочила.
Тот рухнул лицом в стол. Субъект растворился в полумраке бара. Охранник Неттора за соседним столом вскочил, застыл в замешательстве. Второй бросился за субъектом, протискиваясь сквозь толпу, но быстро вернулся. Нападавший исчез.
В баре поднялся шум. Посетители оборачивались, вставали.
— Скорую! — Лисса схватила коммуникатор.
Госпиталь встретил бригаду стандартной процедурой. Дежурная
Из коридора появилась женщина в халате с фалерой «Травматология. Старший дежурный врач».
— Итак, доктор Илай Неттор? — она просканировала документ.
— Да, — Илай кивнул. — Только знаете… Обычный инцидент в баре. Не будем поднимать шум.
— Не волнуйтесь, — успокоила врач. — Нам нужно провести энцефалоскопию. Стандартная процедура при подозрении на сотрясение мозга, убедиться, что нет внутренних повреждений. Займет около пятнадцати минут… Пожалуйста, подождите здесь, — она повернулась к друзьям Неттора, указав на зону ожидания.
Неттора повезли в диагностический блок. Сейчас, поздним вечером, плановой работы уже не было — только один сканер вращал свой цилиндр вокруг головы такого же «экстренного» пациента. Врач направила каталку к сканеру номер четыре. Затем помогла Неттору перелечь на подвижной стол.
— Здесь голова не фиксируется, это мешает процессу. Так что постарайтесь лежать максимально неподвижно. Как себя чувствуете?
— Голова просто очень болит.
— Дадим обезболивающее сразу после сканирования.
Она активировала систему, и массивный цилиндр сканера двинулся. Резонатор, в корпусе стандартного энцефалоскопа, считывал уникальный паттерн электромагнитного излучения мозга Неттора, и фиксировал его на редчайшем кристалле размером с маленький беттейский орех.
Врач вышла из камеры сканера, стала наблюдать за процессом на терминале — прогресс: 15 %… 28 %… 41 %… Сканирование завершилось. Цилиндр замер, стол откатился. Врач вернулась в камеру сканера, помогла Неттору подняться.
— Как себя чувствуете сейчас?
— Голова кружится… Но в целом терпимо.
— Отлично. Сейчас мы проанализируем результаты и определим дальнейшие шаги. Подождите здесь несколько минут, пожалуйста.
Она вывела его в коридор. Вернулась в модуль сканера, достала из кармана халата контейнер, извлекла из аппарата кристалл, уложила в контейнер — который затем скользнул обратно в карман. Затем вышла к Неттору со стандартным заключением.
— Хорошие новости, доктор. У вас легкое сотрясение мозга, но никаких серьезных повреждений. Рекомендуем наблюдение в течение трех суток. Вы можете остаться здесь, или уехать домой, если за вами есть кому присмотреть.
— Домой, — Неттор поморщился.
— Конечно. Подпишите форму отказа от госпитализации, и я провожу вас в приемную к вашим друзьям.
Неттор приложил палец к планшету дежурного врача травматологического отделения.
Глава 6
В центре обзора, раной на черном бархате космоса, пылал яркий М-карлик 4-227-АД-12-КР. Звезда источала тревожный багрово-малиновый свет — холодный для звезд, но достаточный чтобы раскалять поверхности планет на близких орбитах до температур сжигающих камень.