Наемник
Шрифт:
– Я вам дам возможность и время порвать глотки, – проговорил себе под нос Любимов, наблюдавший за Тамарой и Жанной во время их борьбы.
– И тем не менее ты посылаешь их по одному делу. Твоему делу, – заметила стоявшая рядом с ним брюнетка.
– Жанна – человек Викинга, Тамара у меня от Перса. Собственно, поэтому у них и отношения на ножах. Каждая хочет быть ко мне ближе, – хмыкнул Петрович.
– А не боишься, что или грузины, или литовцы товар перехватят? Ведь дамочки наверняка сообщат своим хозяевам, куда и зачем едут, – женщина внимательно посмотрела на него. – Или вдруг они сами договорятся с Маркизой? Ведь и Тамара, и Жанна знают Марию по
– Объединиться они не смогут, а если сообщат своим хахалям, – Петрович презрительно махнул рукой, – тогда я добьюсь того, чего хочу. И для грузинов, и для литовцев, учитывая связи Лапы, Дальний Восток будет закрыт. А здесь, в центре, мы с ними скоро сами разберемся. С помощю нашей доблестной милиции, – хрипловато рассмеялся старик и уже серьезно добавил: – А вот на тебя, Надежда, вся надежда. Что ты работаешь со мной, знают единицы, к тому же, и это важно, у тебя неплохие отношения с Маркизой. Так что ждем, что скажет Лапа, и выезжай.
– А Ковбой этот? Как он во все это вписывается? – прикуривая от зажигалки, брюнетка бросила быстрый, внимательный взгляд на Петровича.
– Наемник, – как-то озабоченно проговорил тот.
«Значит, еду в Магадан. Искать пропавших людей Любимова. А что они там делали и почему пропали, мне не объяснили. Интересное кино! Платят деньги, и немалые, за вояж в край вечной мерзлоты в обществе молодой интересной бабенки. Правда, в начале разговора этот старый козел заикался об опасности, но потом ни он, ни она об этом не говорили. А Надя не подарок… Тьфу ты, черт, – засмеялся Серов, вспомнив как после его обращения к женщине по имени, она вежливо, но твердо поправила. – Только от Петровича и при нем я терплю когда меня называют Надеждой. Мое имя Нурия. И впредь прошу называть меня именно так». – Сергей потянулся сильным, тренированньм телом. – Эта Нурия только внешне баба. Характером жестче любого мужика будет. Как допытывалась, почему я удивился, когда она появилась. А кто бы остался равнодушным, если бы узнал, что нанимают для опасной работы, а напарник баба. Что же за работа? Как и где искать этих пропавших без вести? Впрочем, вопросы – в ад без парашюта. По ходу пьесы разберусь. Интересно другое. Почему Любимов больше ни разу не заикнулся о тетради с записями? А он должен был узнать хотя бы адрес, где я нашел эту тетрадь. Хотя все правильно. Зачем ему что-то узнавать? – Серов вскочил. – Сделаю я то, что ему надо, а это, видно, для него очень важно, и спишут меня. Закопают на одной из подмосковных дач для удобрения. Впрочем, для этого нужно, чтоб я живым с Колымы приехал. – Серов подошел к зеркалу и подмигнул своему отражению. – Рановато ты карты открыл, Ковбой. Да нет! – он засмеялся. – Не поверил старик, что у меня нет дубликата, и именно поэтому я буду нужен ему живой в Москве. Пытать меня сейчас смысла нет. Что-то очень ценное утеряно для него на Колыме. Выходит, завязан он чем-то и с кем-то накрепко! Поэтому и боится настоящего больше, чем прошлого. Но это же хорошо! Значит, он и о моем здоровье беспокоиться будет!»
– Мне убить его? – потушив сигарету, женщина вопросительно посмотрела на Любимова.
– Нет, – поспешно ответил он. – Конечно, если Серов будет мешать. Но я не думаю, что он возьмет на себя роль лидера. Он твой платный телохранитель. И если ситуация обострится, – громоотвод для людей Лапы. Но ты можешь на всякий случай взять еще парочку парней.
– Зачем? – улыбнулась Нурия. – Вы же знаете, я привыкла полагаться на себя. А как вы нашли Серова? – вдруг спросила она. – Кто-то подсказал его кандидатуру? Или вы
– Я его не знал, – покачал седой головой Любимов. – Просто мне понадобился сильный, смелый авантюрист…
– И Архивариус предложил кандидатуру Серова, – поняла Нурия.
– Ты по-прежнему умна и сообразительна, – одобрительно проговорил Петрович. – Серов отлично подготовлен физически. Не любопытен. Перед законом почти чист.
– А его боевая подготовка – не блеф? – поинтересовалась женщина. – Он не производит впечатления супермена.
– Ты слышала о Русском Ковбое? – неожиданно и, как показалось Нурии, не к месту, спросил Любимов. Тем не менее она утвердительно кивнула.
– Разумеется. Но какое…
– Серов и Ковбой – одно и то же лицо, – рыхлое тело старика затряслось от беззвучного смеха.
– Тогда у меня прекрасный телохранитель, – засмеялась и Нурия. – Даже если то, что говорят о Русском Ковбое, правда лишь наполовину, в драках он специалист широкого профиля. Но почему он согласился работать на преступника? Вы же сами сказали, что перед законом он почти чист. Или этого «почти» хватило на то, чтобы заставить его?
Недовольно поморщившись после слов «на преступника.» Любимов, тем не менее, спокойно ответил:
– Слишком велика ставка, чтобы кого-то заставлять работать по принуждению. Все гораздо проще. Серов авантюрист, профессиональный солдат. Он любит и умеет воевать. Ему нравится такая жизнь. Это доказывают его постоянные стычки с самопальными рэкетирами. Ему нравится риск.
– Одним словом, наемник! – презрительно фыркнула женщина. – Но как мне известно, эти солдаты удачи всегда интересуются чужими делами.
– Про Серова я бы этого не сказал, – хрюкнул смешком Петрович.
– Хотите сказать, что он не интересовался, какая работа его ждет? – недоверчиво посмотрела на него Нурия.
– Его волновало только одно. О чем он и спросил. Сколько? – улыбнулся Любимов.
– Что сколько? – не поняла женщина.
– Ему заплатят.
– И все? – брюнетка приподняла брови. Увидев утвердительный кивок седой головы, она пренебрежительно махнула рукой. – Я же говорила, пес войны, дикий гусь.
– Не спеши с выводами. – одернул ее Петрович. – Этот парень имеет свое мнение. И если он уверен в своей правоте, ему плевать, кто его оппонент и что о нем думают окружающие. Ты это учти. На этом можно сыграть. А ты вечером, перед сном, почитай его дело. Поинтересней Дюма будет.
Глава 14
Фаина с интересом смотрела на работавших с полной выкладкой и жестким контактом плечистых парней в кимоно.
– Я возьму вон тех, – решила она, показывая на отошедших к стене троих здоровенных парней.
– Ладно, – с плохо скрытым сожалением ответил Боярин. Увидев смеющиеся глаза женщины, огорченно вздохнул.
– Умеешь ты выбирать. Лучших берешь. Хотя, – он, внезапно повеселев, широко улыбнулся. – На такое дело и нужны лучшие!
Мужчина пронзительно завизжал и, повернув к стоящему рядом Любимову окровавленное, распухшее лицо, отчаянно закричал:
– Не знаю я! Поверь, Петрович! Я правду го… – страшный удар ногой в низ живота согнул его в комок страдающей плоти. Рослый парень с рваным шрамом на левой щеке, пригладив жесткой ладонью короткие черные волосы, удивленно пожал плечами:
– Молчит сука! И ток по яйцам гоняли, и паяльник в задницу – молчит. Что делать-то? – его светло-серые глаза с хищным прищуром вопросительно остановились на лице Любимова.