Наемник
Шрифт:
– Ты знаешь, что здесь? – Петрович положил руку на папку.
– Разумеется, – поспешно ответил молодой человек. – Нужную информацию о Серове подбирал я. Вы сами ознакомитесь или мне зачитать?
– Ты прочтешь это, когда я скажу. А пока, может, выпьешь чего-нибудь?
– Я бы с удовольствием выпил кофе, – виновато улыбнулся парень.
– Насмотрелись западных сериалов, – с осуждением проворчал Петрович. – Кофе им подавай, – и, коротко хохотнув, добавил: – Раньше сто грамм и хвост селедки просили, а теперь кофе. Ладно, – снисходительно согласился он. – Будет тебе кофе.
Старик
Здоровенный верзила с узкими глазами мрачно посмотрел на всхлипывающего мальчика лет пяти.
– А заявы не будет? – без малейшего намека на акцент, чисто по-русски спросил он.
– Я тебе уже говорил, – раздраженно ответил молодой крепкий мужчина. – Никакой заявы и вообще ничего не будет.
– А иначе как-нибудь нельзя? – еще раз взглянув на мальчика, поинтересовался верзила. – Я, конечно, понимаю. Дела есть дела. Но с пацанвой возиться, – узкоглазый брезгливо поморщился.
– А как мы иначе все узнаем? – вспылил мужчина.
– Думаешь, игра стоит свеч? – узкие глаза стали внимательно-напряженными.
– Стоит, – уверенно отозвался крепкий.
– Лады, – согласился верзила и громко позвал: – Фатима!
Рослый сильный мужчина страстно целовал женщину. Его мускулистые руки нежно гладили ее крутые бедра, тугие ягодицы, мяли высокую грудь.
– Боярин! – послышался за дверью взволнованный мужской голос.
– Черт бы тебя подрал! – раздраженно пробормотал мужчина, неохотно отпуская женщину.
Быстро поправив одежду, несколькими мазками помады придав губам обычный вид, она весело рассмеялась.
– Ты чего? – удивленно посмотрел на нее Боярин.
– Сколько раз тебе говорила: нельзя получать удовольствие от работы и женщины сразу.
Блондинка подошла к зеркалу, поправила прическу и тихо, уже серьезно добавила:
– Постарайся понять, – она заглянула мужчине в глаза. – Слишком высока ставка. А выбор не так уж и велик. И противник очень опасен. Так что или мы будем иметь все, и с нами будут считаться, или нас утопят, как ты говорил, в ванне со щелочью. – Женщина зябко поежилась. – Давай условимся, Иван. Всему свое время.
– Теперь я понимаю, – усмехнулся Боярин, – почему тебя зовут Змеей. Ты мудра.
– И коварна, – улыбнувшись, добавила блондинка.
– А кто ты по нации? – как-то не к месту спросил Иван. – Фаина – вроде казахское имя, но в тебе ничего азиатского нет.
– А мой темперамент? – женщина повисла у него на шее.
– Следуя твоему совету, ввожу для себя твердое правило: делу время, а потехе час, – осторожно освобождаясь из женских объятий, глубокомысленно и к месту изрек Боярин, внезапно пришедшую на ум пословицу. Повернувшись к двери, он громко позвал:
– Кащей! Заходи!
– Петрович что-то затеял, – прямо с порога заявил парень. – К нему приходил лучший ученик Архивариуса, Руслан.
– С кем? – быстро спросила Фаина.
– Здесь уместней вопрос: с чем? – пытаясь казаться остроумным, повернулся к ней Кащей. Но увидев злой всплеск в темных глазах, поспешно добавил: – С довольно толстой папкой.
– Значит, Архивариус по просьбе Петровича уже подобрал человека со стороны, – поняла женщина. – И этот человек поедет
Опередив пытавшегося что-то сказать Боярина, блондинка вплотную подошла к парню:
– Фотограф на месте? – требовательно спросила она.
– Конечно. Мы сделали все, как вы велели.
– Что еще за фотограф? – недоуменно спросил Иван.
– Отлично, – не обращая на него внимания, женщина благодарно улыбнулась парню.
– Это небезопасно, – высказал тот свое мнение.
– Пусть продолжает, – тихо проговорила блондинка. – Нужно узнать, чье досье в папке.
Глава 10
Сергей, удобно развалившись в глубоком кресле, внимательно смотрел на полного пожилого мужчину. «Вот ты какой, загадочный для многих и страшный для всех Петрович. Зачем же я тебе понадобился? Впрочем, это я узнаю. А вот мне ты, старый хрен, тоже нужен! Но об этом ты не догадываешься. Даже предположить не можешь». Сергей приветливо улыбался. Мелькнувшая после стычки с боевиками мысль о разговоре про изуродованных рэкетиров в Измайлове, как он и предполагал, не подтвердилась. Петрович покровительствовал парням, взымая с них какую-то долю добычи. Но заступаться за этих самонадеянных дельцов теневого бизнеса он, конечно, не будет. Уровень не тот. Убрать кого-то за хорошую плату, проституция, наркотики – вот далеко не полный перечень деятельности этого на вид добродушного старика. «А кто этот заморенный? – пытался понять Сергей. – В роговых очках, вид испуганный. Что не из свиты, это и ежу понятно. И вообще, не человек Петровича. Уж больно робок. Тогда зачем этот очкарик здесь?» Сергей не любил вопросов без немедленного, ясного ответа и поэтому немного нервничал.
– Ну что же? – перебил его мысль хрипловатый голос старика. – Все здесь. Можно и начать. Но сначала вопрос. – Петрович наклонился вперед и заинтересованно спросил: – Почему ты из машины с забинтованной мордой и с помощью Валерия и двух парней вылез?
– Одна из укоренившихся привычек, – неопределенно ответил Сергей.
– А конкретней? – повысил голос старик.
– Входить в апартаменты такого человека, – слово «такого» Серов многозначительно выделил, – с открытой для всеобщего обозрения физиономией, извините, сударь, не в моих правилах. Тем более сейчас, когда фотовидеоаппаратура на грани невозможного, и все, у кого есть деньги, имеют к ней доступ. Правда, покупают аппаратуру только те, кому она нужна, – явно намекая на что-то, добавил он.
Но Петрович намека не понял. Удивленно посмотрев на Сергея, он одобрительно кивнул. «Не ошибся в выборе Архивариус, – подумал старик. – Ковбой и в драке мастер, про это все знают, и умен. В этом я сейчас сам убедился. Перестраховщик, возможно, но это лучше, чем недотепа», – Петрович повернулся к парню:
– Начинай, Руслан. А потом скажу я. Если у него, – он махнул в сторону Сергея, – возникнут вопросы, ответишь, но только по теме «Серов С.Н.» Начинай.
«Так вот кто этот заморыш, – досадуя на свою недогадливость, горько вздохнул Сергей. – Я должен был высчитать, болван! Ведь Архивариус давно работает не один».