Надлом
Шрифт:
полу. Он приподнимается, но Ястреб хватается за его шею и шепчет ему на ухо. Главный в шоке
смотрит на своего друга, затем, рыкнув на меня, рисует что-то на линолеуме, и они оба исчезают в
сопровождении громкого, как удар грома, звука.
Пууф. Как-то так.
Грохочущий шум притягивает моё внимание туда, где столкнулись новичок и Щекастый.
Кушетка ржавого цвета перевёрнута, и бойцы катаются на остатках того, что когда-то было
кофейным столиком. Освободившись
ремня длинный, изогнутый и на вид неприятный нож. Я пробираюсь обратно в приемную, но
сохраняю дистанцию, взвешивая свои варианты. Закрываю входную дверь. Неважно, что я решу, я не
хочу ещё свидетелей.
ажда мести пульсирует в венах. Я хочу наказать демона. Раздавить! Убить! А больше всего
— захохотать. Утверждают, что месть — это блюдо, которое лучше всего подавать холодным, но я
нахожу ее в равной степени восхитительной и горячей. Два на одного, мы с парнем, возможно,
11
сможем его взять. Помимо всего прочего, парень сможет послужить для отвлечения внимания, когда
демон будет терзать его в клочья.
Но чувство самосохранения сдерживает меня. Я уже узнала на своей шкуре, что демоны
сильнее меня, или, по крайней мере, больше приспособлены бороться с теми, кто может дать отпор.
Так что я стою. В нерешительности.
Демон выглядит так же нерешительно, его глаза мечутся между мной и парнем, а затем
возвращаются в то место, где исчезли его друзья. Парень стоит на его пути.
— Ты же не думаешь сбежать? — дразнится он, и его голубые глаза сужаются, когда он
перекидывает нож из одной ладони в другую. — Я даже не Борец, а всего лишь ребёнок. Ты же не
боишься детей?
Рычащий прыжок, похоже, означает «нет». Двигаясь слишком быстро для обычного человека,
парень отпрыгивает в сторону, плавным движением поворачивается и запрыгивает на спину демона,
всаживая в него нож. Демон кричит, его спина выгибается, словно натянутая тетива. Парень
прижимает лицо демона к полу, обездвиживая, и кладёт свои руки на его голую шею. Чернильно-
чёрный дым клубится из демона там, где его кожа соприкасается с парнем. Затем дым исчезает в
кончиках пальцев парня. В какой-то момент весь дым всасывается, и парень отпускает уже
безвольного демона и встаёт. Он немного шатается и упирается в стену рукой. Затем запрокидывает
голову и выдыхает длинную струю светло-серой дымки, которую я тут же распознаю. Я распознаю
её потому, что обычно я это ем.
Это квинтэссенция человеческой души.
Я сажусь. Тяжело.
Парень отталкивается от стены, морща в волнении лоб. Волнение —
означает, что он не собирается разобраться со мной прямо сейчас, пока здесь никого нет.
— Ты в порядке? — спрашивает он.
В порядке? Я считала себя Супервумэн (ну, или её злобным двойником), а теперь не знаю, как
спасать свою собственную задницу. Я узнала, что моя любимая мамочка была большой лгуньей, и
прямо здесь и сейчас находится выдыхающий души парень, который может попытаться убить меня в
любую минуту. Это черт знает что такое.
Тут мне приходит в голову, что он, возможно, имел в виду кровь на мне, а не моё
эмоциональное потрясение.
Я киваю, затем хватаюсь за свою ночнушку.
— Это не моя кровь. Другой мужчина был атакован.
Парень направляется к лестнице. О нет, нельзя его отпускать!
— Не оставляй меня!
Он останавливается, и я мотаю головой.
— Он мёртв. Он был… разорван.
При воспоминании об этом во мне вспыхивает Голод, и я опускаю глаза, чтобы скрыть
возбуждение.
— Прости, — извиняется парень, и я украдкой смотрю на него. — Должно быть, это тяжело.
Я стараюсь не фыркнуть.
Я изучаю парня из-под рваной завесы волос. Не похоже, чтобы он что-то подозревал.
Несмотря на его неопрятный вид, глаза бесхитростны, а лицо открыто. Меня одолевает
головокружение. Передо мной стоит второй шанс на получение некоторых ответов, завёрнутый в
простоватую обёртку.
Мне надо действовать осторожно. Только то, что он против моих врагов, не означает, что он
на моей стороне. В самом деле, если бы он появился на полчаса раньше, думаю, у нас с ним вышел
бы совсем другой разговор. Если он почувствует, что я больше, чем просто беспомощная жертва, это
обернётся мне боком.
Но возможность получить кое-какие ответы…
Вопросы про мою «особенность» обычно заканчивались «мы-поговорим-об-этом-когда-ты-
станешь-старше» ответом. Оказывается, проблема была не в моём возрасте, а в маме. К сожалению,
нет книги а-ля «Откуда берутся дети», которая бы восполнила пробелы в моём образовании. Я знаю,
12
мама не планировала, что её убьют, но я всё ещё проклинаю её за недальновидность. И сегодня
больше обычного.
У этого парня, возможно, есть ответы; мне просто надо у него их забрать. Я подсчитываю все
средства, которые есть в моём распоряжении, разглядываю его забрызганную кровью фигуру и
останавливаю свой выбор на оружии, которое использую так редко, что, прежде всего, нужно