Надлом
Шрифт:
Пожалуйста, не закрывайтесь изнутри, пожалуйста, не закрывайтесь изнутри.
Я дёргаю ручку. Заперто.
Проклятый Хай! Я ударяю по чёртовой двери ногой и хлопаю по ней рукой, оставляя следы.
Эта чёртова дверь представляет собой двенадцатидюймовую твёрдую сталь, пробить которую не
смогу даже я. По крайне мере, не сразу. Я ищу хоть какое-нибудь оружие, и мои глаза наталкиваются
на панель для ввода пароля. Хорошо, что Хай сбежал,
утопила эту проклятую панель в его тамплиерской крови.
Кровь Тамплиера.
Ой.
Я кусаю свой палец, пока не чувствую жжение надорванной кожи, и прижимаю кровоточащее
место к сканеру. Со щелчком и шипением открывается дверь.
Как мелодично.
Я уже взбираюсь по лестнице, когда здание сотрясает новый взрыв. Меня отбрасывает к
стене, и перила врезаются в бедро. Я начинаю снова двигаться, поднимаясь по лестнице так быстро,
как только могу. Я чувствую прилив сил, а это может означать только одно: демоны.
Хая до сих пор нигде не видно. Миновав четыре лестничных пролёта, я натыкаюсь на группу
спускающихся по лестнице детей и резко останавливаюсь. Я и не слышала топот их ножек сквозь
вой серены, да и на удивление они ведут себя очень тихо и спокойно, переговариваясь лишь
шёпотом. Несомненно, живя здесь, они всю жизнь готовились к смертельно опасным ситуациям. Они
55
подпрыгивают при виде меня — несмотря на их напускное спокойствие, они напуганы. Дети
держатся за руки, а ребята постарше несут самых маленьких. Должно быть, они спускаются, чтобы
спрятаться в подвале. У них нет выбора — они не обладают теми же способностями, что и я.
Покинутый мною склеп является для них лучшим вариантом.
Я встречаюсь глазами с тринадцатилетней девочкой с чёрно-синими волосами, которая
выглядит старше всех. Совсем маленький мальчик со светлыми кудряшками уткнулся личиком ей в
плечо. Она гладит его по спинке, укутанной в пижаму, и говорит, что всё будет хорошо. В то же
время её глаза спрашивают меня, так ли это.
Я пожимаю плечами. Откуда мне знать? Я отхожу вправо, чтобы обойти их и продолжить
своё движение наверх.
Маленький ручеёк детей превращается в целый поток, когда я миную последний лестничный
пролёт. Ещё один взрыв сотрясает здание, и непроизвольный крик ужаса невольно вырывается из их
горла. И я совсем их не осуждаю — один из воплей принадлежит мне. Я протискиваюсь между
детьми, словно рыба, плывущая против течения, пока окончательно не выбираюсь с лестницы в
фойе. Оно кишит детьми, выстраиваемыми
женщиной с короткими светлыми волосами. Мои глаза пробегают по всем сторонам, но я до сих пор
не вижу ни единого признака разрушения. Я нахожу Хая, который выше остальных как минимум на
два фута. Он пробирается между детьми в другой части зала.
— Хай, — зовёт его блондинка.
Он оборачивается, чтобы посмотреть на неё, и я ныряю в тень, наблюдая за происходящим.
Из-за атаки лицо его грозное и… докрасна раскалённое от возбуждения, разожженного
предвкушением битвы.
— Старшеклассники должны пройти в спортзал для получения инструкций, — кричит
блондинка. Она поворачивается, чтобы схватить мальчика, направившегося не в ту сторону, поэтому
ответный кивок Хая остаётся незамеченным. Парень начинает проталкиваться сквозь толпу в
направлении спортзала.
Должна ли я последовать за ним? Если он меня поймает, то, возможно, попытается отправить
обратно в подвал. С другой стороны, я не хочу сбегать из школы, так почти ничего и не узнав, к тому
же, уверена, что в спортзале расскажут что-нибудь о происходящем. И хотя важнее всего — выжить,
я не хочу покидать Тамплиеров. Не сейчас, не после того, что я только что узнала. Я сделаю это
только в крайней необходимости.
Я бросаюсь за ним.
Добравшись до коридора, он переходит на бег, и я тоже набираю темп. Мне следовало бы
замедлиться, ведь обычный человек не может успеть за Хаем, но эта школа — самый настоящий
лабиринт, поэтому даже несмотря на то, что я уже дважды была в спортзале, я всё ещё не уверена,
что смогла бы найти его самостоятельно. Я проклинаю себя за глупость, из-за которой раньше не
обратила внимания на наш путь; в этот раз я просто обязана его запомнить. Я ищу глазами
остальных учеников, но никого не вижу. Нам долго пришлось подниматься из подвала, так что,
должно быть, мы — последние.
Неожиданно сирены затихают, и внезапная тишина поражает меня так же, как и внезапный
шум, поэтому я слегка спотыкаюсь. Как же я рада, что ко мне возвратилось моё пятое чувство, а ещё
больше благодарна своей координации — теперь я слышу, как из левого коридора приближаются
шаги. Я замедляюсь, надеясь, что это ни Джо и ни Зеведея. Я ныряю в пустой кабинет, но это
оказываются всего лишь какие-то пятнадцатилетние мальчишки с тем же разгорячённым
возбуждением на лицах, которое я видела у Хая. Я следую за ними, но уже немного медленнее. Ко
мне вернулся слух, так что теперь мне не надо бежать за ними по пятам.